— Я не понимаю, вроде все в порядке! Стихи для тебя спер, Журавлеву послал, кота забрать хочет. Что тебе не так-то?

— Да все так, — нервно отозвалась я. — Просто…

— Просто — что? — остановилась по центру комнаты девушка. — Что не так?

— Мне не верится, — тихо пробормотала я. — Кажется, как будто он спасует. Перед своим тираном- отцом, как минимум. Ну и перед мамой своей. Ведь она теперь считает, что лучше уж Аля, чем такая как я.

— Но там, в театре и ресторане — была не ты! — напомнила подруга.

— Но они-то этого не знают!

— А ты покажи им другую версию себя, уверена, она им понравится!

Я поежилась, представляя грядущую встречу с Авариными-старшими. А ведь она случится очень скоро, на той самой конференции. И помимо наших терок, там произойдет еще кое-что. Дима сказал, что пригласил деда и Лилю, что явно не понравится Александру Ивановичу…

Однако была еще одна мысль, приносящая куда большую смуту в мою и так уже изрядно поистрепавшуюся душу. А что, если Аверин вскоре поймет, что ошибся? Недавно он запал на Журавлеву, а теперь… теперь заинтересовался мной. Надолго ли? Обжигаться в первых отношениях — это не то, чего бы я хотела в данную минуту.

Пора признаться — я боялась довериться этому человеку. Вдруг он разрушит то светлое и прекрасное, что зарождается в нас?

А что, если я стану той, кто все сломает? Скажу что-то не то или сделаю… Может произойти что угодно! Одно дело — когда я в голове своей представляла, как у меня появится парень, как мы будем ходить в кино и гулять по парку, держась за руки.

Но реальная жизнь куда сложнее, чем розовые мечты. И это пугало. Очень сильно.

Я не знала, стоит ли говорить о своих переживаниях Алисе? Наверное, необходимо открыться, а то боюсь, закапываясь в тревоге, я отдалясь от подруги.

— Знаешь, Сима, — прошептала она, усаживаясь рядом на диване, — у тебя есть только одна проблема.

— Какая? — встревоженно спросила я.

— Порой ты слишком много думаешь, — вздохнула подруга.

Я грустно улыбнулась. Что есть то есть.

— Мне тоже было страшно, когда Илья впервые предложил с ним прогуляться. Да и если честно, — призналась Алиса, — мне до сих пор бывает не по себе. Но… Кажется, это нормально. Мы ведь не можем все контролировать. Да-да, Сима, знаю, что ты частенько пытаешься заниматься чем-то таким, но поверь, контролировать все и сразу — нереально. Понимаешь?

Я молча кивнула, почувствовав себя ученицей на уроке, под названием жизнь. Меня это нисколько не удручало, а даже наоборот — стало интересно, что же еще скажет Алиса. Казалось, что за последние десять дней мы сильно изменились.

— Знаешь, — с улыбкой произнесла она. — Как-то я сказала Илье о своих страхах, а он… Признался, что тоже боится, представляешь? Я так удивилась, что он не застеснялся, сказал… И после этого мне стало легче. Я поняла, что никто из нас не может предугадать, как будут развиваться события в дальнейшем. Единственное, что мы можем, это строить наши отношения, жить, учиться, пробовать. Понимаешь?

Я задумалась — вдруг Аверин тоже боится? Он ведь частенько задевал меня, и вполне возможно, что сейчас ему не захочется рушить то, что мы с таким трудом построили за эти дни.

А если вдруг ему плевать? Борясь с накатывающим волнением, я медленно вдохнула и осторожно выдохнула.

Алиса права. Мне не под силу взять все под свой контроль. Пора это принять и просто жить.

Подруга включила песню Вани Дмитриенко «Цветаева» и мечтательно произнесла:

— Вот, послушай, как он поет, а самое главное — о чем он поет? Эх, почему наши мальчики не такие романтичные.

«Кем я должен стать, чтобы ты была со мной? Строчками Цветаевой или ночной Москвой?»

— Максимум их романтики, — продолжила ворчать Алиса, — это, ну, ты мне нравишься, давай встречаться? Да уж, о таком даже в дневнике писать стремно. Или прикинь, вот буду я с Ильей вместе и дальше, что потом скажу нашим детям? Они такие, мам, пап, а как вы начали встречаться? Может мне им какую-то историю выдумать?

— Алис, — напряглась я, — у тебя что-то случилось? Ты чего так сорвалась? Илья тебя обидел?

— Да нет же, — отмахнулась она, — просто… Душа просит романтики, вот и все.

Хотелось сказать, что у нее с Ильей хоть какая-то конкретика в отношениях присутствует, в отличии от моей ситуации. Но в принципе, я с подругой согласна — нет вокруг нас настоящих романтичных и душевных парней. Увы…

Дрожащими от волнения руками я дернула на себя ручку двери и сразу же встретилась взглядом с Авериным. Вау, он не опоздал, и более того, пришел заблаговременно? Это что-то новенькое.

— Караулова, — обрадовался моему появлению парень.

Я вздохнула. Вернулись, к тому, с чего начинали?

— Сима, — тут же поправился он, — привет…

— Привет, — смущенно пробормотала я.

Надо же, кто бы мог подумать, что находиться рядом с Авериным станет так неловко? Неужели мы утратили былую легкость в нашем общении?

Как странно, что она у нас вообще была… Это ведь — Аверин…

— Ты классно выглядишь, — улыбнулся Дима.

— Спасибо, — несколько удивленно отозвалась я.

Хотелось, конечно, надеть тот заветный зеленый сарафан вместе с сиреневой рубашкой, но конференция предполагала дресс-код, потому пришлось обойтись черным платьем с белым воротничком. А волосы, не без труда, удалось заплести в две толстые косы.

— Надеюсь, ты принес презентацию? — почти шепотом спросила я.

— Принес, — кивнул Аверин.

Правда, вид у него в этот момент был какой-то через чур уж нервный. Я подозрительно уставилась на него, пытаясь понять, что он уже успел натворить.

— Да все в порядке, Сима, — без слов понял мои переживания Дима.

Вскоре к нам подошли мама, Ба и Аленка, которая к счастью, успела выздороветь.

— Симочка, нам сразу в зал идти? — спросила мама, и заметив Аверина, добавила, — Дима, доброе утро.

— Доброе утро, Дарья Валерьевна, — шире прежнего заулыбался парень, — Зинаида Михайловна, Алена, рад вас видеть.

— Это взаимно, Димочка, — кивнула ему Ба. — Поживаем хорошо, пришли вас поддержать.

— Вы молодцы, — кивнула мама, — все у вас получится.

— Спасибо, — в один голос произнесли мы с Димой.

— Какой командный настрой, — отметила Ба.

— Буду за вас болеть, — весело проговорила Аленка.

В свете последних событий, я уже и забыла, что за доклады будут присуждаться места. Их, конечно, всего три, в отличии от учащихся, тех в десять раз больше, но нельзя было сбрасывать со счетов вероятность победы.

Мои родные прошли в зал, а мы остались в коридоре. Я открыла папку с речью.

— Все повторяешь? — понимающе кивнул Дима.

— Угу, — нервно отозвалась я.

Презентацию, которую сделал Дима, я, на удивление, одобрила с первого раза. Правда, после этого Аверин сообщил, что ему нужно кое-что доработать, потому он сам принесет ее на флешке вдень защиты. Я, конечно, пришла в ужас, а вдруг Дима испортит такой хороший материал? Как по мне, лучше остановиться на том, что есть. Однако Аверин был непреклонен, потому через полчаса словесных баталий мне пришлось ему уступить. Оставалось надеяться, что после конференции я об этом не пожалею.

— О, дед приехал, — взволнованно произнес Дима.

Я подняла голову и увидела Ивана Владимировича, стоявшего под руку с Лидой.

— Здравствуйте, — быстро проговорила я.

— Здравствуйте, здравствуйте, молодежь, — улыбнулся мужчина и посмотрев сторонам, добавил, — давно я здесь не был.

— Это точно, — кивнул Дима.

— О, вы бывали в этом научном институте ранее? — решила поддержать разговор я.

— Когда-то да, — кивнул мужчина, — когда работал над выдачей грантов.

Надо же, как тесен мир. Один из таких грантов буквально подарил мне возможность учиться в лицее. Правда, я до сих пор не могу решить, хорошо это или плохо…

— Пока отец все не испортил, — сквозь зубы произнес Аверин.