— Мысли у меня о водке, что я не успел допить, — хмыкнул он, расслабляясь.

— Я тоже люблю шутки, — согласилась я и дернула рычажок. Мужика тряхнуло, скрючило, и желание шутить явно покинуло или значительно ослабло.

— Говорят, вы спёрли большую партию «удовольствия», — продышавшись, сказал он. — Клиент хочет вас убить, но вначале найти своё. Завод-то один сгорел, а партия уже обещана клиентам. Как будто быстрее найти вас, чем сделать ещё одну партию.

— Гнутый подшипник, — хмыкнула я. — Да мы сожгли весь товар парой бомб. Ничего у нас нет.

— Отбитая баба, — буркнул главарь. — Я видел некоторые видяшки. Качество картинки, конечно, отстойное. Но не могу не признать, что яйца у вас есть. Возможно, три на двоих.

— Благодарю за комплимент, — я покачала “баюном”. — Итак. Последний вопрос. Где второй завод. Уверена, что ты знаешь!

— Квадрат эф-семнадцать, — не стал он ломаться.

— Спасибо, дружок, — постаралась я быть хоть немного вежливой и всадила в него ещё один разряд.

Количество наконец-то перешло в качество, и он основательно закатил глаза. Сердце дернулось, потом просело, снова дернулось, но я решила, что его жизнь меня мало волнует, и, открыв двери, убедилась, что вагон по-прежнему безлюден. Удивительное дело, я тут уже двоих людей с поезда выкинула, а всем хоть бы что! Отвратительная безопасность. Оставлю им потом отзыв в жалобную книгу!

Тащить этого кабана пришлось волоком. Сам он бы нипочём не пошёл, сопротивлялся бы и орал, а я уже порядком устала. Даже тащить его бесчувственное тело оказалось довольно утомительно. Пришлось отдыхать через каждые полметра.

— Оленька, ты что делаешь! — воскликнул Александр, протопав, как стадо слонов. Я ещё раз подумала про качество безопасности пассажиров. — Ну, разве можно тебе, в твоём положении, поднимать такие тяжести!

— А что с моим положением?! — удивилась я.

Но Александр только крякнул, поднимая бандита, и сдавленно уточнил:

— Куда его?

Я услужливо распахнула двери. Вдвоём мы вытолкали тело наружу. Благодаря тому, что он находился без сознания, упал лучше, чем предыдущие два, мягонько, практически сгруппировавшись и погасив инерцию перекатами.

— Разве же можно девушке твоего положения поднимать такие тяжести!

— Спасибо. Ещё один остался, — ответила я, и Александр уважительно присвистнул.

— Может, сдадим его охране? Скажем, что он напал на тебя?!

— Да не, — помотала я головой, — давай туда же, чтоб остальным не обидно было. Всё-таки они друзья. А, сорванная резьба, забыла этого урода обыскать, наверняка у него тоже было оружие. Вот дырявая башка!

— Ничего, бывает! Ты всё равно большая молодец!

Последнего бандита пришлось ждать очень долго. То ли он что-то почувствовал и оттягивал неизбежное, то ли просто поесть любил больше, чем покурить и туалет, но он всё сидел и сидел за столом. А вставать начал только, когда поезд принялся замедляться.

— Ржавая шестерёнка, — воскликнул Александр. — Да мы же к станции подъезжаем, он же сейчас уйдёт!

— Не уйдет, — пообещала я. — То есть, пусть идёт!

Мужик вышел к нам и удивленно замер, увидев Александра.

— Не подскажете, как пройти в вагон-ресторан? — вежливо спросил актёр.

— Ээээ… — неопределенно махнул рукой мужик. Но в этот момент я всадила в него разряд. Слабак! После мощного главаря этот оказался совсем жидким. Мы затащили его по проверенному маршруту до туалета, где, связав, бросили на пол.

— Я покараулю, — сказала я, закрыв дверь прям у Александра перед носом. Заодно воспользовалась помещением по назначению, а то всё некогда было.

— Большие Лопушки! — возвестил проводник, который проспал всё самое интересное, но вот сейчас решил явиться на сцену. — Молодой человек, на станциях мы вынуждены закрыть туалет. Извольте обождать!

— Да тут уже закрыто всё, — беспечно отозвался актёр. — Наверное, ваш коллега уже закрыл.

Тем временем я обыскала бандита, но улов оказался небогат: совсем маленький и смешной лучевой пистолет, но зато с подмышечной кобурой, которую я тоже отобрала. Как-то нынче плохо снабжают исполнителей.

Хорошо, что Лопушки оказалась очень маленькой станцией, и поезд практически сразу принялся набирать скорость. Александр дождался, когда проводник откроет туалет, пафосно поблагодарил и присоединился к нам. Собственно, в этот раз мне опять ничего не пришлось делать самой, только распахнула две двери. Александр, тяжело дыша, столкнул последнего противника и повернулся ко мне.

— Олечка, пообещай мне… — начал он, но тут мне ногу прострелило острой болью и, видимо, я не смогла сохранить невозмутимость лица. — Нога? А я говорил!

Александр тут же подхватил меня на руки и потащил обратно в наше купе. Боль из острой стала ноющей и вполне терпимой.

— Всё в порядке, — подала я голос, едва он сгрузил меня на кровать. — Позови, пожалуйста, проводника.

— Ого, — искренне сказал предупредительный проводник, увидев разгром в купе, про который мы уже забыли. — не, ну кресло-то мы быстро не сможем заменить. Как вы так неловко-то…

— Брачные игры, — произнесла я. — Сами понимаете, дело молодое, здоровое.

— Аааа…

Александр поднял руку к лицу, но проводник как раз повернулся к нему, и пришлось делать вид, что он просто поправляет растрепавшиеся волосы. А они во время перетаскивания всяких бандитов действительно растрепались.

— У вас есть врач?

— А вы ещё и сами повредились? — удивился проводник. — Нет, штатного врача нет, могу поспрашивать среди пассажиров или сделать запрос на ближайшую крупную станцию. Вечером к Новгороду будем подъезжать, там есть врач.

— Не надо врача, — улыбнулась я. — Принесите, будьте так любезны, мороженое!

— Эээээ…

— Только непременно брикетом, а не в миске, как вы там подаете обычно. Без всяких посыпок, шоколада, фруктов и что там ещё придёт повару в голову. Просто брикет мороженого. Можно два! Хорошо?!

— Что-то ещё?

— И кофе, пожалуйста!

Проводник перевел взгляд на Александра, то ли ожидая дополнения, то ли подтверждения, но тот в этот момент злобно сверлил меня взглядом и никак не прореагировал. Пришлось молодому человеку смириться с моими причудами и отправиться исполнять.

Я хотела ещё добавить, что если вдруг мороженого нет, то кусок мяса из морозилки тоже годится, но не стала лишний раз травмировать ему психику.

Повар и официант если и удивились моему заказу, то обсудили это между собой, мне же принесли требуемое. Дождавшись, чтобы молодой человек ушёл, я приложила три пачки мороженого к ноге и через три минуты блаженно выдохнуло.

— Александр, подай ещё, пожалуйста, вон тех таблеток, синенькие такие!

А потом я лежала с ногой на подушке, обложив её мороженым, и пила кофе.

— Как мне это нравится!

Александр только укоризненно сопел, но нотации проглотил, не став впустую сотрясать воздух, за что я была ему тоже ужасно благодарна.

Правда, подтаявшее мороженое потом пришлось есть, но я с честью выдержала это испытание.

Успокоившись, я набрала секретный номер:

— Капитан, Мышь на связи.

— Слушаю.

— Квадрат эф-семнадцать надо зачистить. Прошу подкрепление.

— Зачем тебе подкрепление. Закидай их бомбами с их же самолёта, — буркнул капитан и отключился.

Александр, который старательно грел уши, но продолжал изображать безразличие, это самое безразличие сразу же прекратил изображать.

— В смысле? Реально?

— Перезвонит, — отмахнулась я, и тут мой взгляд упал на рубашку. — Слушай, а ты можешь добыть нитку с иголкой? А то, кажется, наши предполагаемые брачные игры надолго запомнят на Императорских железных дорогах, и твоя репутация станет ещё неоднозначнее.

— Ээээ… — тут Александр тоже заметил, что моя новенькая одежда больше не выглядит новой. — Пар и молния, Оляяяа, как так?

— Он сопротивлялся! — наябедничала я, облизывая мороженое прям с бумажки. — Но по очкам я выиграла!