И гнусно захихикала.

— Сейчас я попробую что-то сделать!

Александр послушно пошёл побираться по поезду. Какой же он хороший! Очень надежный и предусмотрительный, в отличие от меня, которая ничего не взяла в дорогу. Признаться, сейчас у меня вообще не было ничего своего. Всё или куплено Александром на его деньги, или является трофеем.

Нитки оказались красными шерстяными. Иголка сапожной. Но привередничать был не резон, поэтому взяла что есть. После ремонта стало видно, что рубашка живёт полной интересной жизнью.

— Надо было брать запасную одежду, — вздохнул актёр.

— Ничего, там где-то целый чемодан в небе летает с одеждой, — отмахнулась я, наливая себе двадцатую по счёту кружку кофе. Нет, ну такое количество сладкого мороженого однозначно надо запить горьким напитком. А то слипнусь.

— О, кстати, да, может быть, ты и сейчас раздобудешь что-то?

В этот момент зазвонила моя визка.

— Сойдёте в Горбатовке, — сказал капитан. — Там вас встретят, ты, Мышь, узнаешь. Дальнейшие указания вам передадут.

— Немногословный мужик, — прокомментировал Александр. — Не могу сказать, что мне нравится.

— Было бы странно, если б тебе вдруг начали нравиться мужики, — заметила я.

— Ммм… — его голос сразу изменился, — а мне нравится ход твоих мыслей, ты совершенно права. Как нога?

— Да нормально нога, что ей будет-то? Просто немного перетрудила. Эти придурки некстати образовались, и им плохо, и нам.

— Не могу не согласиться, — кивнул Александр, пристраиваясь рядом и забирая у меня из рук полупустую чашку. — А я вот очень хотел спросить, а ты ту себяшку зачем сделала?

— Ой, точно! — хлопнула я себя по лбу. Вышло на удивление звонко. — Я же хотела отправить её тетушке Лиззи. Она, конечно, не переживает, но уверена, что ей будет приятно.

— А я надеялся, что распечатаешь и повесишь над кроватью… я вот слышал, что одна девушка так держала над кроватью изображение принца, а потом вышла за него замуж.

— Точно, закажу портрет, — согласилась я. — Императорский. Всегда хотела замуж за принца.

— Ты противоречишь своей же логике, — Александр наклонился очень близко, и я заметила, что на лбу у него остались несколько капель крови.

Я потянулась их стереть, но непонятно как мы начали целоваться.

Всё могло бы зайти гораздо дальше, но тут в дверь купе опять постучались.

— Если нас опять идут убивать, то я начну первым, — прорычал Александр, но послушно встал.

У двери послышалась возня, звон металла, и я заинтересованно положила руку на «баюна». В купе просочилась цыганская девица вида цветастого и наглого.

— Позолоти-ка ручку, яхонтовый, погадаю!

— Денег нет, — холодно отозвалась я, не спеша убирать руку с оружия. Но девица на меня даже не посмотрела, продолжая наступать на актёра, который в таких ситуациях почему-то терялся и не спешил бить наглую бабу.

Как загипнотизированный, он послушно протянул ей руку.

— Ой, ой, ой, ждёт тебя страшная участь, — залопотала девица. — Убьют тебя, кровь выпустят, шкуру сдерут, иголками будут тыкать…

— А, это я перчатки не снял, — с дурацкой улыбкой протянул актёр, и в этот момент заломил девице руку за спину, а двери купе закрыл на замок.

— Ну-ка, признавайся, шпионишь за нами или как? — прорычал он ей, без проблем удерживая за заломленную руку и плечо.

— Ай, отпусти меня, хороший, — начала причитать девка. И, кажется, пустила настоящую слезу. — Я же не знала, я же не хотела. Я просто, ну, работа такая! Давай я тебе правда погадаю. Бесплатно.

Тут она прям всхлипнула, и я тронула Александра за руку.

— Саш, она правда не при делах. Просто денег хотела.

Тот послушно отпустил девицу, и та принялась баюкать руку.

— Давай руку, правда погадаю.

— Вон, ей погадай!

Я послушно протянула руку. Цыганка склонилась, всхлипнула еще раз и принялась говорить речитативом:

— Ай, молодая, хорошая, красивая, длинная жизнь тебе уготована, вижу дом казённый, в доме том судьба твоя решится. Вижу троих детей у тебя. Родители твои тобой гордятся. С детства богатая, успешная, дом большой, полной чашей.

Я хмыкнула.

— Тебе потренироваться надо ещё немного, — честно призналась я. — Такую фигню несешь. Но про детей прикольно. Я оценила. Если вдруг нарожаю, то обязательно тебе позвоню. Оставь данные визофона.

— Не угадала, да?

— Ни разу. Впрочем, детдом у нас был большой, так что с натяжкой…

— Я пойду?

— А ему?

Но Александр почему-то от бесплатного гадания отказался, и девицу мы выпихнули. И у нас даже ничего не пропало, возможно, потому что пропадать было нечему. Или же её настолько запугали.

Я хихикнула.

— Ты опасный человек!

Александр смутился.

— Я нечаянно, просто это же цыгане, ну и в свете последний событий... Честно говоря, так нехорошо получилось. Надо было хоть денег ей дать.

— Обойдётся, — отмахнулась я. — Сейчас она до конца вагона дойдёт, кучу денег насобирает. Всем нравится слушать про дом казённый и кучу детей. Одни мы не оценили.

Я выпустила «баюна» из рук.

Под вечер мы вышли на станции Горбатовка. Где на перроне встретились с Бетси.

— Я тоже рада тебя видеть, — отозвалась я, когда девица повисла на шее у Александра. Точнее попыталась, потому что в последний момент тот отступил за меня, и девица повисла на мне. — Не так сильно, конечно. И не могла бы ты с меня слезть, я не очень люблю девушек.

— Ты и мужиков ненавидишь! — буркнула Бетси, но от меня отлипла. — Пошли! Кстати, ужасно выглядишь, как обычно.

— Да с чего бы, — отмахнулась я. — Я ж с отпуска возвращаюсь в родной отдел.

— Ах, Александр, хотела вам выразить свою признательность. Я же обратилась по вашей рекомендации, у меня состоялось первое прослушивание. Вроде бы меня даже хотят взять на эпизодическую роль. Ах, уверена, что меня ждёт великое будущее!

— Ага, непременно.

Мы прошли маленький домик станции и вышли на дорогу, где, как оказалось, нас ждали три лошади. Я покачала тростью, задумавшись, что, возможно, дальше она мне будет только мешать. Но всё же пристроила её около седла.

— Признаться, я рассчитывал на автомобиль. Оле будет тяжело ехать верхом.

— Ах, Александр, я вас уверяю, Мышь прекрасно справится. Она, конечно, верхом сидит как мешок с го… с картошкой, но коня не повредит. Конечно, ей далеко до меня, ведь мои родители оплачивали мне обучение верховой езде. Уверена, что и у вас такие были…

— Были.

Меж тем я влезла в седло, справившись самостоятельно, хотя Александр и дёрнулся помочь, но Бетси вовремя легла на него пышным бюстом.

Наблюдать за ними было забавно.

Ехать пришлось не очень далеко, я в общем-то даже не успела устать или заскучать, увлеченно слушая, как Бетси рассказывает последние новости отдела. Она даже про то, как давала интервью, не постеснялась рассказать.

— И вам не стыдно очернять коллегу! — укоризненно проговорил Александр. — Вы же врали без зазрения совести!

— Но кому нужна скучная правда, — на голубом глазу отозвалась девица. — Кому интересно слушать про то, что Мышь — скучная девка, которая кроме работы и поимки преступников ничего не видит. Что она была на войне, и её оттуда ушли, потому что она глупенькая и не умеет вовремя улыбаться тем, кому нужно? Да и в отделе её постоянно задвигают с повышением, хотя по выслуге лет уже давно пора. Только капитан её ценит, и то, потому что она исполнительная.

— Ужасно, — пробормотал актёр.

Попутно Бетси рассказывала и другие интересные новости: что помимо меня уволили ещё троих людей. Но моё место почему-то никому не отдали, хотя желающие были, конечно. Но мой стол по-прежнему стоит заваленный бумагами, отчётами и грязными стаканами с кофе, чем ужасно бесит девицу. Впрочем, не настолько бесит, чтоб эти самые стаканы, например, помыть.

А за очередным поворотом дороги нас дожидался капитан.

— Ээээ…

— И этим составом мы будем штурмовать хорошо охраняемый завод?