Кирха мельком бросил на нас взгляд, полный решимости. Он прекрасно понимал, что малейший промах чреват смертью…

Если Кирха ошибся, всех либо разорвет при переходе… либо сожрут обитатели изнанки.

Нас или раздавит тьма, или убьют на другом конце.

— Так чего ждешь? Если переход безопасен, вперед! Или ты хочешь, чтобы мы тут сдохли? — Антоль вцепился ему в предплечье, и его голос, обычно полный язвительной уверенности, сорвался на тревожный шепот: — Ищи, брат! Лаврентий прав: другого выхода нет! Похоже, альфа как-то отслеживает волчицу. Даже при неполноценной связи он удивительно точно определяет, где она…

— Портал откроется прямо в банке. В центральном помещении, там, где кассы. Оттуда сможем попасть к лифтам. Выйдем в подвале у лестницы, которая ведет прямо в Хранилище. Ближе нельзя. На Хранилище стоит мощная защита. Неизвестно, как она отреагирует на наше вторжение! — отрезал Кирха, не оборачиваясь.

Все его внимание было приковано к мерцающему ромбу.

— Хочешь попробовать сам?

— Нет! Действуй!

Кирха взмахнул кинжалом… Медленно нарисовал в воздухе древние символы и стал писать заклинание на мертвом языке вампиров…

Он тщательно прописывал руны вокруг перехода, и каждый символ идеально ложился на древнюю раму, что его окружала. Ритуальная клинопись не просто разрезала ткань пространства. При помощи нее Кирха создавал надежный портал в другой мир.

В мой мир, где у меня, возможно, появится шанс сбежать…

Раздался громкий, сухой треск, и завеса тьмы разорвалась. Хлынул свет. Не слепящий, а теплый, золотистый, пахнущий… о боже, расплавленным воском свечей, древесиной, ванилью. Даже выпечкой, едва уловимо. От запаха живой жизни у меня перехватило дыхание и заурчало в желудке, даже несмотря на то, что я недавно поела.

Вот он, дом родной! Я еле сдержала радостный визг, сжав зубы до боли в челюстях. Спасение! Оно было вот здесь, в двух шагах, за этим сияющим порталом!

— Готово! — Кирха окинул довольным взглядом настоящее произведение ритуальной магии. — Пора возвращаться в наш мир!

— Пусть переход проверит волчица, — приказал Лаврентий, удерживая братьев, готовых кинуться в портал. — Ищи ловушки и засаду на той стороне, ведьма…

Братья внимательно наблюдали за мной, за моей реакцией. Я действовала интуитивно, чувствовала, что по ту сторону ловушек нет. У перехода нас никто не ждал. Там было безопасно.

Там меня ждала жизнь!

И меня, и братьев… Одному Богу было известно, что они могли натворить, оказавшись на воле. Но выбора никто не дал.

Или я подчинюсь, или умру…

Движимая инстинктами и жаждой ощутить жизнь всем телом, я рванула к порталу, но меня тут же дернули назад. Остановили у самого перехода, позволяя лишь проверить, все ли в порядке по ту сторону.

Вурдалаки все поняли. Они внимательно наблюдали за мной, прислушивались к моим эмоциям. Ждали от меня ответа.

«Ловушки нет», — сказала правду, но они и сами все почувствовали.

Влекомые извечным голодом, вурдалаки кинулись вперед единым темным потоком. С блеском в глазах, с жаждой быстрее оказаться по ту сторону. Их фигуры заслонили свет.

На миг мне снова стало страшно: а вдруг они бросят меня тут?

Вурдалаки проверяли портал — прислушивались, оценивали, что-то вынюхивали. Пробовали воздух на вкус, опасаясь попасть в ловушку. Не верили никому, даже моим словам. И только осознав, что там действительно безопасно, вошли в портал, утягивая меня следом.

Ошейник, сжимающий горло, не дал стоять на месте — я шагнула вслед за ними, и мир перевернулся. Резкое падение в пропасть, головокружение… И вот под моими лапами уже жесткие каменные ступени, возникшие из ниоткуда.

Я пошатнулась, едва не сорвавшись вниз, в зияющую темноту лестничного пролета. Сердце ухнуло в пятки, но невидимая стальная рука впилась в ошейник, отдернув назад, на безопасное расстояние.

Голос Антоля ворвался в мое подсознание, полосуя безжалостными, холодными приказами:

«Осторожнее! Привлечешь внимание или позовешь альфу — сдохнешь в мучениях! Ошейник не просто взорвется по моему приказу. Сначала он вытянет из тебя весь свет — магию… Альфа не сообщил, что это великолепное украшение на твоей изящной шейке особенное? Оно может уничтожить тебя как ведьму, так что веди себя тихо… Ты еще не выполнила свою роль! Молчи! Только попробуешь издать хоть звук... пожалеешь! А сейчас отойди, нужно запереть переход!»

Ошейник тут же отозвался на его приказ, сжимая горло удавкой и перекрывая доступ кислорода. Перед глазами поплыли темные пятна, и я ощутила жгучую боль.

Отошла в сторону, прижалась к стене и застыла, парализованная не только магией ошейника, но и животным страхом. Мир сузился до необходимости сделать хоть один глоток воздуха.

Теперь уже в руке Антоля возник ритуальный атом. Вурдалак одной рукой стянул концы перехода и принялся рисовать магические руны, закрывающие переход. Запечатывающие на той стороне созданий тьмы.

Я с ужасом слушала вой мертвых тварей. Понимала, что они пытались прорваться, поэтому не мешала вурдалаку закрывать портал. Как мы вовремя ушли с изнанки…

Едва Антоль запечатал переход, мы помчались к лифтам и спустились в холл в роскошных кабинках. Оказавшись в сером, окруженном бетонными коридорами помещении, устремились вниз по винтовой лестнице, грубо вытесанной из пористого камня. Неровные ступени, отполированные многими поколениями тех, кто ходил здесь прежде, казались холодными даже для моих лап.

Скупой свет исходил от одиноких голубоватых кристаллов, вмурованных в стену. Они не освещали, а лишь подчеркивали мрак, отбрасывая длинные, пляшущие тени, которые цеплялись за нас, как живые. Воздух с каждым шагом становился все гуще. Он пах старой пылью и плесенью, влажным камнем и еще чем-то… металлическим и горьким — застывшей магией, клятвами и заговорами.

В банке не должно было так пахнуть. Но пахло…

— Думаешь, почему в человеческом банке, в мире без магии воняет ведьмами и чарами? — Антоль ухмыльнулся, ведя меня за поводок. — Это не простой банк — он наполовину находится в другом измерении. Что-то вроде магического подпространства — именно там располагается огромное Хранилище артефактов, собранных ведьмами со всего мира. Это Хранилище древнее всего на свете, ведьма…

— И охраняется лучше, чем дворцы самых могущественных правителей мира, — встрял Лаврентий, довольно осматриваясь. — Здесь Ковен спрятал то, что украл у нас… Вперед, ведьма, мы уже близко! Я чувствую наши артефакты, братья… Моя прелесть… Оно здесь… Оно взывает ко мне… — прошептал он, сжимая и разжимая костлявые пальцы.

В этот момент Лаврентий больше всего напоминал безумного монстра.

Вурдалаки были правы. Этот банк…

Снаружи, в мире людей, выглядел как обычное старинное здание. Типичный банк, надежный, с отличной защитой. А вот внутри, под центральным залом, располагалось другое помещение, скрытое пентаграммой… Окруженное еще более мощной защитой, сотканной из самой древней магии, которую ведьмы собрали во всех мирах.

Стены здесь были пропитаны чарами, и я буквально чувствовала их кожей. Перед моим внутренним взором проносились обрывки видений: вспышки древних ритуалов, тени давно умерших стражей, шепот заклятий ведьм, столь сильных, что от них звенело в ушах. И повсюду были незримые, но ощутимые магические ловушки…

Я бежала впереди вурдалаков, ловко обходя каждую. Лавировала между ними, показывая проход. Ловушки раскинулись паутиной на ступеньках, стенах, окнах, ожидая как тех, кто прорвался сюда с изнанки тьмы, так и тех, кто собирался войти из мира людей.

Это место, хорошо оборудованное и защищенное, не жаловало незваных гостей. Стоило оступиться, даже случайно, и все. Меня бы затянуло в ловушку, из которой нет выхода, а смерть вурдалаков стала бы самой ужасающей в мирах…

Дрожа от страха, я всей душой желала выбраться отсюда. Живой, здоровой и невредимой. Я словно шла по краю пропасти, где каждый шаг мог оказаться последним.