— Но теперь они ненавидят нас. Открыто. Леди Чжао сегодня при встрече со мной даже не поклонилась.

— Собака, которая громко лает, редко кусает, отец, — спокойно ответила я. — Опаснее те, что подкрадываются в тишине.

— Именно об этом я и пришел поговорить, — он наклонился вперед. — В столице неспокойно. После истории с Ван Пу и ослабления клана Чжао другие кланы начали борьбу за влияние. И в этой мутной воде кто-то начал ловить очень крупную рыбу.

— Что вы имеете в виду?

— Пропадают люди. Мелкие чиновники, торговцы, даже несколько офицеров из городской стражи. Исчезают без следа. Ведомство Безопасности сбилось с ног, но не может найти никаких зацепок. Говорят, это дело рук тайного общества. «Дети Пепла».

При этих словах у меня похолодело внутри. «Дети Пепла». В романе они упоминались лишь вскользь, как группа фанатиков, пытавшихся свергнуть императорскую династию. Но там они были слабы и разрознены. Похоже, в реальности все было гораздо серьезнее.

— Они ищут что-то, — продолжал отец. — Или кого-то. Их интересуют старые архивы, карты, легенды. Они верят, что под столицей скрыт некий древний артефакт, способный даровать огромную силу.

— Небесный Мандат? — предположила я, вспомнив легенду, которую читала. — Возможно. Так или иначе, это опасно. Император обеспокоен. Он приказал генералу Цзинь Вэю найти и уничтожить эту заразу любой ценой.

Так вот где он был. Охотился на призраков. Эта новость меня встревожила. Мои собственные интриги казались детской игрой по сравнению с деятельностью тайного общества, убивающего людей на улицах столицы.

— Почему вы мне это рассказываете? — спросила я отца.

— Потому что ты стала… полезной, — признал он с неохотой. — Ты умеешь находить то, что скрыто. Ты видишь связи там, где другие видят лишь хаос. Я хочу, чтобы ты узнала о «Детях Пепла» все, что сможешь. Их цели, их лидеры, их методы. Но будь осторожна. Эти люди — не глупые аристократы. Они — фанатики. И они убивают без колебаний.

Я начала свое расследование. Сяоту, используя свои связи среди городских слуг, собирала для меня слухи из самых низов. Я же, под видом изучения генеалогии, получила доступ в самые древние и пыльные секции императорского архива.

Я узнала, что «Дети Пепла» — это не просто бунтовщики. Это был древний культ, который верил, что правящая династия узурпировала трон, нарушив волю Небес. Они считали, что только вернув древний артефакт, так называемое «Сердце Империи», можно восстановить гармонию. Их люди были повсюду.

Однажды вечером Сяоту принесла мне тревожную весть. Один из ее информаторов, старый архивариус из Храма Небесной Гармонии, перестал выходить на связь. Он обещал передать ей копию старой карты, на которой, по слухам, были отмечены древние тоннели под столицей.

— Он должен был встретиться со мной вчера у Западного рынка, госпожа. Но он не пришел. Я ходила к нему домой. Внутри все перевернуто, а его самого нет.

Мое сердце сжалось. «Дети Пепла» добрались до него раньше.

— Где он жил?

— В переулке Бумажных Фонарей, у старого канала.

Я приняла решение в долю секунды. Рискованное, безрассудное, но необходимое.

— Приготовь мне мужскую одежду. Простую, темную. И два кинжала.

— Госпожа, что вы задумали? — в глазах Сяоту был ужас. — Вам нельзя туда! Это опасно!

— Еще опаснее сидеть и ждать, пока они придут за нами, — отрезала я. — Если старик оставил что-то, какую-то подсказку, я должна найти ее раньше, чем это сделают они. Или Ведомство Безопасности.

Под покровом ночи мы выскользнули из резиденции через тайный ход в саду, о котором я вычитала в старых планах поместья. Я была одета как молодой ученик — в темные штаны и куртку, волосы убраны под тканевой шапкой. На мгновение, вдохнув прохладный ночной воздух, я почувствовала пьянящее чувство свободы.

Переулок Бумажных Фонарей был грязной, темной подворотней. Вонь от канала смешивалась с запахом дешевой еды и нищеты. Дом архивариуса был крошечным. Как и говорила Сяоту, дверь была сорвана с петель, а внутри царил хаос. Кто-то очень торопился и очень тщательно искал.

Пока Сяоту стояла на страже у входа, я зажгла маленький масляный светильник и начала свой собственный обыск. Я не искала тайники. Я искала аномалии. То, что опытный сыщик мог бы пропустить. Я осматривала пол, стены, остатки мебели.

И я нашла. Под сорванной половицей, в углу, была крошечная царапина, которую не мог оставить ни сапог, ни лом. Она была слишком тонкой. Я опустилась на колени, провела пальцем и под слоем грязи нащупала почти невидимую щель, поддела ее кинжалом и доска поддалась.

Внизу, в маленькой нише, лежал тонкий вощеный сверток. Карта.

Мое сердце забилось от триумфа. Я нашла. И в этот самый момент я услышала тихий свист. Инстинкт, отточенный ночными тренировками, сработал раньше, чем разум. Я бросилась на пол, увлекая за собой Сяоту.

В то место, где только что была моя голова, вонзился черный арбалетный болт. Он с глухим стуком пробил стену.

— Госпожа! — вскрикнула Сяоту. Из темноты переулка вышли три фигуры. Все в черном, лица скрыты масками. В руках — короткие мечи. «Дети Пепла». Они ждали. Они знали, что кто-то придет за картой.

Я вскочила, выхватывая из-за пояса кинжал. В другой руке я сжимала сверток.

— Беги, Сяоту! — крикнула я. — Беги в резиденцию и подними тревогу!

Но она не сдвинулась с места. Она выхватила свой собственный маленький ножик и встала рядом со мной, дрожа от страха.

Нападавшие не стали медлить. Они бросились на нас. Я оттолкнула первого ногой, уворачиваясь от удара меча. Я знала, что в открытом бою у меня нет шансов. Моя единственная надежда — магия.

Я отступила вглубь комнаты, высвобождая сознание, призывая свою Ци. Три стальные иглы для вышивания, спрятанные у меня в рукаве, откликнулись. Они выскользнули мне в ладонь.

Один из нападавших ворвался в дом. Я метнула в него иглу. Не целясь, просто в силуэт. Раздался короткий вскрик. Он отшатнулся, схватившись за плечо. Игла, усиленная моей Ци, пробила его кожаную куртку.

Но двое других уже были рядом. Один нацелился на Сяоту. Я видела блеск его меча в тусклом свете лампы. Времени не было.

Я направила две оставшиеся иглы ему в спину. Но я была истощена, концентрация ослабла. Одна игла прошла мимо, вторая лишь оцарапала его. Мужчина развернулся ко мне, и в глазах за прорезями маски я увидела ярость.

Он занес меч для удара. Я знала, что не успею увернуться… Закрыла глаза, готовясь к смерти. Ко второй смерти.

Но вместо боли я услышала звон стали.

Я открыла глаза. Перед мной, спиной ко мне, стоял человек. Он держал в руке длинный, узкий меч, которым только что отбил удар, предназначенный мне. От него пахло дорогой и холодом.

Генерал Цзинь Вэй.

Два оставшихся культиста, увидев его, на мгновение замерли, а потом с яростным криком бросились на него с двух сторон. То, что произошло дальше, было похоже на смертельный танец. Генерал не двигался с места. Он просто поворачивался, его меч описывал невидимые дуги в воздухе. Звон стали. Короткий вскрик. Глухой стук падения тела. Через три секунды все было кончено. Два ассасина лежали на земле в лужах собственной крови. Третий уже исчез в темноте переулка.

В наступившей тишине было слышно только наше с Сяоту тяжелое дыхание. Генерал медленно опустил меч. Затем он обернулся ко мне. Его лицо было непроницаемо, но в его темных глазах горел холодный огонь.

Он посмотрел на меня, одетую в мужскую одежду, с кинжалом в руке. На карту, которую я все еще сжимала в другой. На иглу, торчащую из плеча убитого им же ассасина. Его взгляд остановился на этой игле. Он прищурился.

— Кажется, — произнес он своим низким, ровным голосом, в котором не было ни капли удивления, — наши с вами вечерние прогулки, Леди Лиюэ, становятся все более… интересными.

Я стояла перед ним, грязная, испуганная, пойманная на месте преступления, с доказательством использования запрещенной магии. И я поняла, что у меня большие неприятности.