Тобиас успокоился.

      - Хороший мальчик. Спасибо, Ной. Знаешь, ты прекрасно выглядишь.

      - Спасибо, сэр, я хочу доставить вам удовольствие, - вздохнул Ной, и Тобиас обратил внимание на то, как вытянулось тело Ноя по мере того, как ослабевали удары. Он видел, что Ной удобно устроился в своем сабспейсе. - Это легкое покалывание, сэр. Я определенно чувствую это, но... но я могу потерпеть некоторое время.

      Ной издал долгий, низкий стон. Быстрый взгляд подтвердил возбуждение его малыша, хотя оно было еще новым, и Ной еще не был полностью возбужден.

      - И если просто продолжу в том же темпе, я могу заставить тебя умолять, не так ли? - Спросил Тобиас, стараясь говорить тихо.

      Он полностью отдавал себе отчет в своем тоне, интонациях и дикции - они были такой же неотъемлемой частью его арсенала, как и флоггер в руке. Голос, возможно, был его любимым орудием доминирования, и он прекрасно понимал реакцию Ноя, почти с самого начала.

      - Я мог бы успокоить тебя, несмотря на боль - я мог бы заставить тебя плакать, - продолжил он. - Тебе нравится боль, она тебе нужна. Не так уж много - ты не любишь сильную боль, тебе просто нравится быть в центре внимания, и теперь я понимаю, в чем дело... ты действительно молодец, милый.

      Эрекция Ноя нарастала, дыхание участилось, и Тобиас внимательно наблюдал за ним, следя за тем, чтобы движения были ровными и, возможно, немного более легкими; эффект был достигнут, теперь вся хитрость заключалась в том, чтобы удержаться на грани, не причинить Ною боли и не отойти слишком далеко от него.

      Тобиаса возбуждала его власть. Гордость, которую он испытывал от реакции Ноя.

      - Спасибо, сэр. Я ваш, Господин, я буду умолять вас, плакать по вам, я сделаю для вас все, что захотите. - В этом состоянии Ной был способен только на правду. Он не подбирал слова специально, чтобы угодить Тобиасу, он говорил от всего сердца - из того пространства, где сабы учатся отдавать себя. - Ваш голос такой... - Ной снова застонал. - Такой глубокий, сэр, мне нравится, когда вы обращаетесь ко мне.

      - Я всегда буду говорить с тобой, если тебе это нужно. Я всегда буду говорить правду. Когда я молчу, это для тебя урок, а не наказание. - Уроки, которые всегда нужно преподавать, и если Ной когда-нибудь их усвоит, сейчас было самое подходящее время начать. - Я всегда буду говорить тебе то, что тебе нужно знать, мальчик. Иногда не то, что ты хочешь услышать, но правду. Ты можешь доверять моему голосу, моему слову. Я защищу тебя.

      Он немного отодвинулся назад, освобождая больше места для своего напряженного члена, торчащего в сторону от тела. Он поднял голову и почти жалобно заскулил, а затем снова опустил ее, тяжело опустив на плечи.

      Ной стонал и вздыхал, и когда он, наконец, заговорил с Тобиасом, его тон был почти умоляющим.

      - Все во мне хочет доверять вам, господин. Я, правда, доверяю вам, мне это нужно, мне это нужно так же, как дыхание и прикосновение вашего хлыста.

      - Так позволь мне, - настаивал Тобиас, его рука опускалась все быстрее и легче. - Позволь мне спрятать тебя от всего мира и позволить тебе летать. Позволь мне быть твоим защитником.

      Ной выдохнул.

      - Да! Да, господин. Мой защитник, мой спаситель! У меня нет других мыслей, кроме вас, нет других потребностей, кроме ваших. Возьмите меня, обладайте мной. - Его кожа покрылась мурашками. - Скажите, что вам от меня нужно. Прикоснуться ко мне, господин? Пожалуйста, прикоснитесь ко мне?

      Тобиас замедлил движение плети, лишь лаская Ноя. Ему это не было нужно, ему это не требовалось. Всё, что ему было нужно, - это Тобиас, и Тобиас знал, что он прорвался сквозь его сопротивление. Он сделал это.

      - Мой, - прошептал он, тяжело опуская руку Ною на затылок. - Ты мой, милый. И я горжусь тобой.

      - Спасибо, спасибо вам, господин. - Ной поднял голову и, глотнув воздуха, издал короткий вздох облегчения. - Вы так добры ко мне. Так рады за меня. Скажите, что вам нужно, пожалуйста. Скажите, что я могу для вас сделать.

      Тобиас широко улыбнулся, умиротворение окутывало его, как мантия.

      - Кончи для меня. Сейчас.

      Ной запрокинул голову и задохнулся, его плечи напряглись, а спина круто выгнулась. Потребовалось всего два быстрых, неглубоких вдоха, и Ной резко выстрелил, забрызгав колени и пол под собой.

      - О! Боже... Господин, господин, - всхлипывал Ной, произнося титул Тобиаса, пока его тело содрогалось от оргазма. Выражение его лица было бесценным, он был ошеломлен и удивлен тем, как легко было выполнить приказ своего господина.

      - Такой хороший мальчик, - промурлыкал Тобиас, опускаясь на колени, чтобы коснуться лица Ноя. - Красивый. Так добр ко мне. - Он плавно поднялся, все еще держа флоггер в одной руке, а другой расстегивая брюки. - А теперь откройся, мальчик. Ты заслужил награду.

      - Спасибо, сэр. - Ной слегка улыбнулся и облизал губы, не сводя глаз с члена Тобиаса, когда тот высвободил его.

      Когда Тобиас подошел ближе, Ной приподнялся на локтях, чтобы лучше опираться, и широко открыл рот принять его, предоставляя Тобиасу беспрепятственный путь прямо к своей глотке.

      Это было невероятное ощущение, теплый, влажный жар и всасывание стали еще приятнее от его успеха. Тобиас жадно наслаждался, его член пульсировал и болел, заставляя кровь бурлить в жилах. Он знал, что задыхается, слышал, как сам стонет, произнося слова похвалы и желания, грязные требования, чтобы Ной взял его, пососал его, а потом он кончил, с ревом ворвавшись в горло Ноя.

      Ной легко проглотил, или, по крайней мере, так ему показалось сквозь густой туман оргазма, а потом его мальчик стал вылизывать его дочиста, восхищаясь, боготворя его член и яйца, лежа на скамейке для порки. К тому времени, как он собрался с духом и отпустил волосы Ноя, тот уже от души поблагодарил его и откинулся на скамью, его пальцы свободно лежали на поручнях, а взгляд был устремлен в пол.

      Ухмыляясь, довольный успехом и испытывая блаженство от оргазма, Тобиас опустился на пол перед Ноем и улыбнулся ему, едва сдерживая восторженный смех.

      - Молодец, мальчик. - Он лег спиной на пол и уставился в потолок, лениво потягиваясь, устраиваясь удобнее. - Как ты себя чувствуешь?

      Ной улыбнулся, но это была не та глупая улыбка, что раньше, а более утонченная, почти сентиментальная.

      - Я чувствую себя очень расслабленным, сэр, - тихо ответил он. - Легким, счастливым. - Он пожал плечами и рассеянно провел рукой по волосам. - Я чувствую себя хорошо.

      - Именно так и должно быть, - мягко сказал Тобиас. - Не так, как будто ты пережил железнодорожную катастрофу. Это должно заставить нас обоих почувствовать себя... лучше. Цельными.