— Ваше величество, — сказала я медленно. — Это значит что кто-то следил за мной. В моём мире. До того как я сюда попала.

— Возможно, — сказал он.

— И вы не знаете кто.

— Нет.

— И не знаете зачем. Сверх ритуала.

— Нет, — сказал он. — Пока нет. — Пауза. — Но я думаю что это — начало. Не конец. — Он смотрел на меня. — Печать укреплена. Но древние не исчезли. Они будут пробовать снова. И снова. И то что между вами и Каэлем — это не просто ритуал. Это — нужно будет ещё. — Пауза. — Вам нужно будет ещё.

Я смотрела на него.

— Вы говорите что я здесь надолго.

— Я говорю что магия привела вас не случайно и не для одного ритуала, — сказал он. — Что дальше — ваш выбор. — Он смотрел на меня. — Но я думаю что вы уже сделали этот выбор. Несколько дней назад. Ночью.

Я моргнула.

— Откуда вы знаете про ночь.

— Я король, — сказал он. — И мне доносят про всё что происходит в этом замке. — Улыбнулся — той усталой сложной улыбкой. — Нет. Не доносят. Просто — знаю. Это мой замок. Я чувствую его.

Я смотрела на него.

— Ваше величество, — сказала я. — Кто мог знать про меня в моём мире.

— Не знаю, — сказал он. — Но советую — спросить у Каэля. — Пауза. — Не потому что он знает ответ. Потому что некоторые ответы находятся быстрее когда ищешь вместе.

Я встала.

— Это всё что вы хотели сказать.

— Почти. — Он посмотрел на меня. — Саша. Вы справились. Лучше чем я ожидал. — Пауза. — И я рад что магия выбрала именно вас.

Я смотрела на него.

— Это комплимент или стратегический вывод.

— Оба, — сказал он. — Одновременно.

Я вышла.

В коридоре было тихо.

Я шла быстро — голова полная мыслями, шаги громкие на каменном полу. Кто-то знал про меня. Кто-то выбрал. Кто. Зачем. Что это значит.

За поворотом — столкнулась.

Каэль.

Он шёл навстречу — в тёмном камзоле, с документами под мышкой. Мы остановились в полушаге друг от друга — как тогда, в первые дни, в этом же коридоре.

Только теперь всё было — другим.

Он смотрел на меня. Я смотрела на него.

В его взгляде — сразу — что-то живое. Вопрос без слов. Что случилось. Ты в порядке. Что он сказал.

— Был у короля? — спросил он.

— Он вызвал меня, — сказала я. — Одну.

Каэль смотрел на меня.

— И?

Я смотрела на него — на резкие черты в полутьме коридора, на тёмные волосы, на янтарь в глазах который был тихим и живым одновременно. На то как он стоял — прямой, спокойный, его.

— Он сказал что моё попадание сюда не было случайностью, — сказала я. — Что кто-то помог магии выбрать меня. Направил её. — Пауза. — Кто-то кто знал про меня в моём мире.

Каэль молчал.

Смотрел на меня — внимательно, серьёзно. Что-то в нём работало — методично, как всегда когда он думал о важном.

— И он не знает кто, — сказал он наконец.

— Нет.

— Но думает что это — начало. Не конец.

— Да.

Молчание.

Мы стояли в коридоре — близко, его тепло, её магия. Его огонь тянулся к ней — как всегда, как дыхание. Привычно теперь. Своё.

— Каэль, — сказала я.

— Что.

— Тебе не страшно. То что кто-то специально притянул меня сюда. Что это — план чей-то. Что мы не знаем чей.

Он смотрел на меня.

— Нет, — сказал он.

— Почему.

— Потому что ты здесь, — сказал он. — Кем бы ни был тот кто это сделал — результат вот этот. — Он смотрел на неё. — Я не злюсь на результат.

Что-то тёплое прошло через меня — от его слов, от его взгляда, от его тепла которое было рядом.

— Каэль, — сказала я тихо.

— Что.

— Разберёмся?

— Да, — сказал он. — Вместе.

Вместе, — повторила я.

Его рука поднялась — коснулась её щеки. Горячая ладонь. Большой палец провёл по скуле — медленно, горячо.

Я закрыла глаза на секунду.

— Идём, — сказал он. — Дариан ждёт. Хочет обсудить что дальше с печатью.

— Хорошо, — сказала я.

Он убрал руку. Пошёл по коридору.

Я шла рядом — плечо к его плечу, его тепло, её магия, рассветный свет из узких окон.

Кто-то знал про меня, — думала я. — Выбрал меня. Намеренно.

Разберёмся. Вместе.

Это было — страшно.

Это было — хорошо.

Оба сразу.

Рэн

Вечером он сидел в своих покоях и смотрел на письмо.

Не то первое — новое. Пришло сегодня утром, пока все были у короля или у Дариана или где угодно ещё.

Маленький конверт. Плотная бумага. Тот же почерк.

Рэн. Я сказал скоро. Скоро — это сейчас. Завтра. Южные ворота города. Я буду там.

И буква внизу. Та самая. Одна.

Рэн читал это трижды.

Потом сложил. Убрал в карман — туда где лежало первое письмо, рядом с ним.

Встал. Подошёл к окну.

Замок внизу — вечерний, живой, другой чем три дня назад. Трещина в дворе — затянулась. Дыма нет. Факелы горят ровно.

Жив, — думал он. — Три года я думал что нет. А он — жив.

И завтра — увижу.

Потрогал письма в кармане.

Что-то в нём — что-то что он держал закрытым три года, тщательно, за улыбкой и яблоками и лёгкостью — чуть дрогнуло.

Страшно.

Хорошо.

Оба сразу.

Каэль понял бы, — подумал Рэн. — Теперь — точно понял бы.

Улыбнулся — тихо, своей настоящей улыбкой.

Взял яблоко. Откусил.

Завтра.

Саша

Поздно вечером я сидела у окна.

Не у камина — у окна. Смотрела на двор внизу — тёмный, с факелами у ворот, со снегом который лежал ровно и чисто. Трещина затянулась — почти полностью, тонкая тёмная линия на белом. Почти ничего. Почти как будто не было.

Думала про то что сказал король.

Кто-то знал про вас. Кто-то выбрал.

И про то что сказал Каэль — разберёмся вместе. И про Рэна который весь день ходил с таким лицом — закрытым, живым, своим. Что-то происходило с Рэном. Она чувствовала но не спрашивала — его история, его время.

И про Лиру — след от колёс в снегу. Куда она едет. Что будет с ней.

Не исчезай, — сказал ей Рэн.

Не исчезну, — сказала она.

Я верила.

Замок был тихим — та особая ночная тишина когда все спят и остаёшься один со своими мыслями и светом камина. Мира ушла давно. Свечи догорали.

И тепло.

Я почувствовала его раньше чем услышала шаги — живое, драконье, его. Шло по коридору. Остановилось у двери.

Молчание.

Долгое молчание — дольше чем обычно. Как будто он стоял и думал. Или решал.

Потом — два тихих стука.

— Войди, — сказала я.

Каэль вошёл.

В тёмной рубашке, без камзола — поздно, уже отходил ко сну видимо. Волосы растрёпаны. Вошёл — закрыл дверь — посмотрел на меня у окна.

Не подошёл.

Остался у двери. Смотрел.

Я смотрела на него.

Что-то в нём было — другим чем обычно. Не холодным и не горячим. Просто — серьёзным. Тем серьёзным которое бывает когда человек собирается сказать что-то важное и не знает как начать.

— Каэль, — сказала я.

— Подожди, — сказал он.

Я ждала.

Он стоял у двери и смотрел на меня — долго, внимательно. Янтарь в глазах в темноте комнаты светился отчётливо — живой, тёплый. Его огонь тянулся ко мне через комнату — я чувствовала это как всегда. Как дыхание.

— Ты не та кем была, — сказал он наконец.

Я смотрела на него.

— Нет, — сказала я.

— Когда ты открыла глаза в первый день, — сказал он. Медленно, подбирая слова — он всегда так говорил важное, медленно, точно. — Эвелин смотрела на людей как на фигуры на доске. Как на инструменты. Как на препятствия или ресурсы. — Пауза. — Ты смотришь на людей как на людей. На Миру. На Рэна. На Дариана. — Он помолчал. — На меня.

— Да, — сказала я тихо.

— Эвелин никогда не спрашивала как я себя чувствую, — сказал он. — Никогда не приходила когда слышала что я не сплю. Никогда не говорила — я тоже боюсь.