Слава богу, в этом мире я не была обделена единомышленниками. Это в своем мире мне порой приходилось неделями доказывать свои теории и наработки, чтобы их утвердило вышестоящее начальство. А здесь словно сами боги были заинтересованы в моих победах. Кто знает, может это действительно было так. По крайне мере препятствий они мне не чинили, точнее я пока не сталкивалась с трудностями, которые не могла бы преодолеть.

Я не Мери Сью, многого не знаю и не умею. Но зато я знаю, как настроить работу так, чтобы все остались ею довольны. Взять хотя бы тана Люциуса. Он почти выгоревший маг, но знаний в нем, как воды в бездонном колодце. Черпай и черпай. И ведь живет этим, хотя в нашу первую встречу он казался уставшим от жизни стариком.

Или же взять для примера тана Ураса. Это действительно учитель от бога. Стоит ему только начать говорить, как все прислушиваются к его словам. И уроки ведет так, что интересно всем: и малому, и большому.

О детях и моих работниках даже говорить не стоит. Они буквально заразились моей идеей сеять вокруг себя знания, благо почва для этого была благодатная. Уже сейчас многие определились со своей будущей профессией. Одни хотят стать учителями и нести в мир накопленные ими знания, другие остаться на производстве и посвятить этому делу всю свою жизнь.

Я не препятствовала им, прекрасно видя результаты. Производимая ими бумага с каждым разом становилась тоньше и белее, а книги практически такие, которые я привыкла видеть на книжных полках. Так Тин, один из подростков, предложил делать обложки из тисненного картона с применением различных красок, а Вира, моя подшивальшица, придумала как быстро и качественно сшивать страницы, да так, что комар носа не подточит.

Признаться честно, я до сих пор поражаюсь глупости и недальновидности власть имущих. Нет, я, конечно, не спорю, легко управлять необразованной толпой людей, она будет делать только то, что прикажут. Но ведь все эти короли, таны, сиры и милорды сами своими руками губят мир, заключая людей в кабалу крепостничества и рабства. Нет бы все сделать в точности наоборот, да видно не доходит до их ума, что свободный человек, нанятый им по договору может принести намного больше золота их казне, чем тот же человек, делающий все из-под палки.

Хороший тому пример — люди, живущие в Шорхате. Стоило мне только дать им свободу, как они почувствовали себя намного счастливее и что уж тут скрывать — воспряли духом. Многие начали применять новые методы в посевах озимых и яровых, многие переквалифицировались и сменили работу, став ремесленниками и строителями. Они делали то, что у них получалось лучше всего, а значит к концу года я от всех получу причитающиеся мне пять золотых от каждой семьи. Ведь не плохо же?!

Этот месяц, проведенный в дороге, показался мне сущим адом. Ник, как я про себя называла генерала де Брау, оказался прав: в стране царили бардак и беззаконие. Хотя, признаться честно, все же ближе к столице новая власть делала многое, чтобы поддерживать правопорядок. Часто встречались патрули, да и стража не бездействовала.

Но это близ только столицы, а вот на периферии было все по-прежнему. Мародеры соседствовали с душегубцами, целые банды беспризорников окупили тракт так плотно, что порой казалось, будто они вскоре перевернут карету, лишь бы получить от нас немного мядяков.

Было страшно, а порой и обидно за страну. Некогда процветавший Юраккеш погряз в беспролазной бедности и безысходности. Нет, во времена правления Амира Второго тоже было не все так радужно, но у людей была хоть какая-то стабильность в жизни. Сейчас же у них и ее не было.

Первые две недели я провела за чтением и составлением учетной книги. Финансы любят точности, а у меня в этом деле полный бардак. Увы, но я не бухгалтер и не экономист, да и не подумала о том, что вскоре задамся подобным вопросом. Теперь же, когда мое детище разрослось и окрепло, пришло осознание неизбежной необходимости в новом пополнении кадров — мне нужен казначей или счетовод, что, впрочем, одно и тоже.

В замке всем этим занималась матушка, но я не горела желанием посвящать в свои дела эту женщину. Была мысль предоставить вакантную должность таните Солейн, только вот она так хорошо справлялась с хозяйственной частью! Экономка из нее вышла просто замечательная и я просто боялась, что с возложением на нее новых обязанностей, она не будет справляться ни там, ни тут.

«Что ж, придется все же нанять управляющего, раз у меня самой на это нет ни сил, ни желания», — подытожила я, уткнувшись в графы доходов и расходов.

Доходов было значительно меньше, чем расходов. Оно и понятно, все же я только в самом начале пути. Но даже та сумма, которая у меня вышла в графе: «Расходы», повергла меня в шок. А ведь я учла еще не все, многие затраты подзабылись мной!

«Надо будет посоветоваться с таном Люциусом. Похоже пришло время представить миру мои графические карандаши», — усмехнулась я, захлопывая амбарную книгу.

Матушка по началу смотрела на меня недовольно, ведь я нехотя поддерживала ее разговоры на пустые темы. Да и о чем с ней говорить? О нарядах и женихах? Или о новом короле? Мне эти темы были не интересны. Не была бы столь острая необходимость разобраться с бюрократическими проволочками на счет моего наследства, я бы с удовольствием осталась дома, а так приходилось терпеть все неудобства, связанные с путешествием в карете.

Занятая своими делами и своими мыслями, всячески пыталась абстрагироваться от причитаний и жалоб матушки на скуку и недопонимание с моей стороны. Дала бы ей книгу, чтобы она за чтением могла скоротать время, но для нее это было сродни оскорблению! А кто виноват, что она, дожив до первых седин, так и не научилась читать и писать? Была же возможность, когда отец был жив! Но нет, она ведь приверженица устоев патриархата! Или просто прикрывала ими свою лень и тупость? Кто ее знает…

Вторая половина пути была скучной и монотонной. Я уже успела переделать все свои дела и теперь маялась от скуки. Даже разговоры с матушкой на отвлеченные темы не давали мне покой. Я переживала о том, какое все же вынесет решение Вильям Голтерон.

Отдавать имение в чужие руки мне бы не хотелось. Мало того, что это память о мужчине, заменившем мне отца, так еще и наличие на ее территории источника моей силы не способствовали к моему тактическому отступлению. Только вот тягаться силами придется мне не с кем иным, как с самим королем. Боязно, страшно, но куда теперь деваться?

Каждые три дня мы останавливались на ночь в придорожных тавернах, чтобы дать отдохнуть не только людям, но и лошадям. Многие из них были в столь плачевном состоянии, что меня брала откровенная брезгливость. Мыши, крысы и клопы были частыми жителями этих мест.

Если матушка как-то еще соглашалась спать в снятых в таких тавернах комнатах, то я наотрез отказывалась выходить из кареты. Уж лучше потерпеть неудобства, чем в последствии страдать от укусов насекомых.

Впрочем, меня поддерживали большинство сопровождающих нас мужчин. Даже стало своеобразной традицией останавливаться у «гостиницы», разводить костер и готовить еду из купленных у селян продуктов. Одно было плохо — на запах приготовленной еды слетались стайки оголодавших детей, которые одним своим видом так и кричали: «Покормите меня!». Что, в прочем, я и делала. Правда не на свои деньги, а на золото генерала де Брау, который, к его чести, не возражал от моего произвола.

Бывало, что останавливались и в замках, пользуясь гостеприимством танов. Хотя о каком гостеприимстве могла идти речь, просто никто не желал ссориться с любимчиком короля! Все же теперь, как я поняла, именно он будет тем карающим мечом над их головами, а не его величество вместе с наместником. Знать бы еще какие функции будет выполнять Николь на землях Юраккеша…

Ну да ладно, разберемся по ходу пьесы. Уезжать со своих мест я не намерена, значит волей-неволей придется налаживать с ним контакт, если король откажется признать мое право на этого мужчину. Да-да, я, как свободная и независимая тана, сама могу выбрать себе мужа. К тому же я не только магичка, но и одаренная богами ведьма.