Его противник, светящийся кокон, бешено бился в сетях из пламени, но чем больше сопротивлялся, тем плотнее печати сжимались. Наконец, его свет погас, и он камнем полетел вниз, но не достиг земли. Огненная длань, огромная, как рука титана, выросла из замка, мягко поймала падающего и втянула во тьму за распахнутыми окнами.

Я стоял на изуродованной крыше, не в силах оторвать взгляд. Это был уровень силы, о котором мы лишь мечтали. И председатель подавил угрозу так, будто усмирял назойливого щенка.

Только сейчас я осмотрелся. По городу зияли дымящиеся провалы — места, куда долетали отголоски той битвы. Проклятье.

Я рванул обратно в поместье. Первый же встречный гвардеец получил чёткий приказ:

— Отбой тревоги! Все свободные отряды — в город, на помощь гражданским! Тушить, искать раненых, разбирать завалы!

Не дожидаясь ответа, я помчался к ближайшему горящему зданию. Толпа в панике металась на безопасном расстоянии, не решаясь приблизиться к пылающему пожарищу, который ещё недавно был чьим-то домом. Я влетел внутрь. Горячий воздух мог выжигать лёгкие, и пожрать одежду, но сквозь треск пламени я услышал — крик. Щиты держались и я рванул к пострадавшим.

Световой сгусток снёс половину дома. Под грудой обломков и расплавленного камня, прикрывая собой маленькое тельце, билась в агонии молодая женщина. Её спина была опалена, камень придавил ногу. Я разодрал раскалённую кладку голыми руками, поддел балку своими руками и вытащил их из-под завала. Стена на выходе оказалась прочнее, чем я думал. Пришлось в прямом смысле пробить её новым кинетическим всплеском, вынося пострадавших на свежий, но пыльный от разрушений воздух.

Над головой пронеслись Леона и Фрей, пытаясь сбить пламя с соседних крыш и не дать пожару расползтись дальше. Гвардейцы подтянулись следом — организованно, без паники, они начали эвакуацию, унося раненых в нашу резиденцию, которая мгновенно превратилась в полевой госпиталь.

Я перевёл дух и отправился к следующему столбу дыма. Там, к счастью, обошлось без жертв, но десятки людей пострадали, они зажимали раны от ожогов и порезов. Работа только начиналась.

***

— Бен, чёрт тебя дери! Какого чёрта!

— Какого чёрта?! Это ты мне скажи, какого чёрта! — голос второго мага срывался на хриплый рёв. — Почему мы топчемся на месте?! Почему маги не рвут этих тварей каждый день и ночь ? Почему?!

Лукас Найтхел смотрел на своего бывшего друга, своего заместителя, и не мог понять, как дошло до этого. В его глазах читалась не столько злость, сколько горечь и недоумение.

— Идиот, — прошипел он, сжимая кулаки так, что кости затрещали. — Зачем ты это сделал? Мы только начали! Только начали наводить порядок, а ты взял и всё испортил одним махом!

— Ты — тупой идиот! — отрезал Бен. — Сколько времени ты потратил на свои чёртовы пространственные порталы?! Какого хрена ты организовал полноценный клан, когда защитникам это запрещено?! Ответь мне, Найтхел! И не прячься за титулы!

Лукас побледнел, но голос его оставался ледяным.

— Ты хоть понимаешь, сколько людей погибли из-за твоей выходки? Из-за этого… безумного нападения на меня?

— Из-за моих?! — пленник закатился резким, истерическим смехом. — О, нет-нет-нет! Все эти смерти — только на твоих руках! Тебе ведь было плевать! Как ты там любил говорить? «Допустимые потери»! Вот они твои «допустимые»! Горят на улицах!

Председатель, стоявший в тени огромной камеры для задержанных наблюдал за этим эмоциональным саморазрушением двух сильнейших магов столицы. Молодой, по его меркам, маг взбунтовал. И бунт его, по сути, был… правильным. Может ли верховный защитник столицы одновременно быть главой влиятельного клана? Ответ по уставу был однозначен: нет, не может.

Формально Найтхел давно переступил грань. Его «семья» стала таким же многочисленным и амбициозным кланом, как Санчесы или Белфорты. И вот к чему это привело — к расколу в самом сердце обороны, к междоусобице, унесшей жизни десятков невинных.

Эх, будь наставник здесь… Старый библиотекарь хмыкнул бы, выбил пепел из трубки и дал бы толковый, жёсткий совет, без этих дурацких сантиментов. Но его не было. Уже очень давно.

Значит, решать придётся ему. Согласно установленному порядку. Без снисхождения.

Председатель развернулся и вышел из камеры вздыхая, тяжёлая дверь беззвучно закрылась за ним, заглушая яростные перепалки. В коридоре, вытянувшись в струнку, ждала дюжина его личных гвардейцев в латах без гербов.

— Созывайте, — коротко бросил Председатель, и его голос, низкий и ровный, прозвучал с усталостью. — Всех глав кланов. На экстренный совет. Немедленно.

***

Кабинет Люция.

— Покинули замок под покровом ночи, ваше благородие, — доложил Бруно, стоя по стойке смирно. — Уходили малыми группами. Наши наблюдатели заметили движение, но не придали значения — подумали, слуг по делам отправили. Оказалось, за ночь таким образом из столицы исчезли все Фостеры. Сейчас пытаемся выяснить, куда могли направиться.

Я замер, постукивая пальцем по полированной столешнице. Весь клан Фостеров… растворился в ночи, пока мы устраивали аукцион и помогали гражданам пережить последствия стычки магов. Причём глава семейства с женой не постеснялись укатить на обычных повозках, судя по всему, бросив самые дорогие наряды и часть имущества. Это была не эвакуация — это было бегство. Но почему именно сейчас? Они знали о предстоящем бое?

— Что говорят стражники которых мы подкупили? — спросил я, отрывая взгляд от карты.

— Говорят, заместитель Найтхела был недоволен действиями начальства, поднял бунт и пытался выяснить отношения силой. Позже вмешался председатель и лично… нейтрализовал смутьяна.

— И ты считаешь, эти события не связаны?

— Не знаю, ваше благородие. Но выглядит так, будто Фостеры что-то знали. Знали заранее. Потому и ушли, пока не грянул гром. Да и, по правде говоря, мы не в курсе, что именно они с собой прихватили.

Рени, до этого молчавший у окна, резко вскочил и зашагал по кабинету, его тень металась по стенам.

— Через какие ворота ушли? — бросил он, не оборачиваясь.

— Через… все, ваше благородие, — ответил Бруно, слегка смутившись. — Группы расходились в разных направлениях.

Рени подошел к стене, где была аккуратная карта города.

— Южные ворота — понятно. Хотели запутать след. Восточные — дорога на Эрам и Окрид, города, где наши люди могут найти кого угодно. Западные… западные — более логичный вариант. Или всё-таки южные. Они ведь отправляли людей на разведку

Я снова забарабанил пальцами по дереву. Два основных направления, значит. Или… нет.

— А что мешает им разделиться? — сказал я медленно, вставая и подходя к карте. — Силовики, те, что искали что-то у гоблинов, могли рвануть на юг. А основная масса, клана — потянулись на запад, подальше от столицы и наших глаз. Куда то, где их готовы принять.