Когда бой превратился в обычную давку, появились шаманы — десяток гоблинов, увешанных костями. Первый из них закричал и метнул огненный шар в Гипериона. Остальные, словно по команде, обрушили на него град ударов.

Гиперион даже не утруждался парированием — сейчас важно было блокировать продвижение орды. Указать этим магам их место можно и потом.

Когда первая волна схлынула, Гиперион ринулся вперёд. Шаманы, увидев надвигающуюся разъярённую катастрофу, бросились врассыпную. Гиперион методично расправлялся с противниками. Одному невезучему гоблину не повезло вдвойне: его не только схватили, но и швырнули в собрата, после чего обоих растоптала собственная орда.

Увидев, что шаманы перебиты, а противник и не думает отступать, гоблины начали разбегаться по проходам.

Нам вновь пришлось разбивать лагерь — нужно было решить, куда двигаться дальше. Дана буквально спрятала в полу все следы побоища и возвела небольшие защитные сооружения для отдыха.

Гиперион отправился на разведку. Рядом со мной присел Эреб.

— Как думаешь, кто проделал эти тоннели?

— Сложно сказать. Либо очень сильный маг земли, либо наши враги.

— Мне кажется, это наследие Империи.

— Сложно судить. Мы даже не знаем, где находимся. Прошло уже два дня, а новой информации — ноль.

— Зато Филипп закончил свои зачарования.

— Это да. Теперь каждый гвардеец одет практически в броню Помпео.

***

ВТОРЖЕНИЕ. ВТОРЖЕНИЕ. АКТИВИРОВАТЬ ОХРАННЫЙ ПРОТОКОЛ. ЗАПУСТИТЬ ОХРАННУЮ СЕТЬ.

Из прямоугольных помещений начали выезжать автоматические боевые единицы, предназначенные для защиты ресурсной станции. Гоблины, никогда не видевшие ничего подобного, попытались атаковать неожиданного противника.

Прогремели выстрелы. Десятки гоблинов, утратившие генетические настройки лояльности, были немедленно уничтожены. Те же, что продолжали трудиться на благо своих хозяев, оставались безучастными к происходящему.

Автоматизированные системы начали занимать периметр для организации обороны объекта.

— Проклятье! Что опять случилось?

— Та тварь... Похоже, она решила сожрать всех наших гоблинов. Мы уже потеряли кучу рабочих, а защитные системы не могут её остановить.

— Ты так и не смог подключиться к той базе?

— Нет.

— Так... Давай просто скажем, что там был, не знаю... обвал. Или что-то в этом роде.

— Думаешь, нам поверят?

— А кто поедет проверять нас в эту дыру?

— Наверное, ты прав. Чёрт с ней! Нам бы разобраться с тем, что творится в научном комплексе. К другим континентам вернёмся потом.

***

Орфен, замок Урбен

Величественный тронный зал освещался холодным светом, падавшим из витражных окон. Воздух гудел от сдержанного шёпота и злобы.

— Сегодня мы собрались здесь, чтобы освободить от клятвы служения Радана Лорса.

В зал вошёл старик в заштопанной одежде. Его тело покрывали многочисленные шрамы, волосы на голове были редкими. Но в глазах плескалось полное безразличие — будто он шёл по обычной улице.

— Ты отказался стать частью нас и даже напал на наш дом. Но мы милостивы и сохранили тебе жизнь. Знай: враг нанёс подлый удар человечеству, и теперь тебе предстоит стать защитником Эрама.

По залу прокатился гул недовольства. Все помнили, что здесь стоял убийца, уничтоживший тридцать лет назад всех, кто находился в замке. Лишь главе дома удалось остановить его. Заурядный маг воды, отвергший предложение стать частью дома Урбен...

Но когда в заложники взяли его семью, тогда ещё живой Айлин Урбен, сын главы дома, убил их. Он не видел смысла бегать за идиотом, осмелившимся бросить вызов семье. Увидев, что значит неповиновение дому Урбен, заурядный маг воды обезумел, и его дар изменился навсегда. Молодой маг крови начал убивать каждого, в ком видел кровь Урбен.

Печати, сковывавшие его дар, были сорваны. Он поднял руку и откинул седые пряди волос. На глазах у всех его тело стало меняться — и вот перед ними стоял молодой парень лет двадцати, не старше. Его кроваво-красные волосы были уложены в излюбленную причёску.

— Вы, Урбены, так ничего и не поняли, как я погляжу. «Удар человечеству»? Ха! Если бы вы делали то, что должны, это самое человечество давно вырезало бы всю зелёную погань. Скажи честно — это старик тебя заставил?

Рональд устремил злобный взгляд на бывшего пленника.

— Можешь не отвечать. Я так и думал. Знаешь, я теперь понимаю все его громкие речи перед учениками. Жить и знать, что все твои ученики рано или поздно вынуждены подчиняться бездарностям вроде вас. «Защитник Эрама»? Что ж, слушайте сюда, выкормыши рода Урбен: хоть одна тварь появится в моём городе — убью, не задумываясь.

— Мальчишка, не дерзи мне! Я теб...

Тело Рональда Урбена рванулось вперёд, но его шея оказалась в холодной хватке. За спиной Радана возникли кровавые фигуры — на их лицах застыли боль и отчаяние. Затем все они уставились на Рональда, потянулись к нему руками, и их лица исказились гневом.

Поднялась паника. Люди бросились к выходу, образовалась давка. Кто-то упал, но по счастливой случайности сумел отползти в сторону, избежав участи быть затоптанным.

— Не забывайся, Рональд. Может, ты и победил тогда, но знай — у меня было много времени, чтобы обдумать наш бой. А ты... ха-ха-ха... Не буду повторяться. Выход найду сам.

Проходя мимо парня, которого чуть не затоптали, он остановился.

— Эх, Джек... Знаешь, ты идиот. Но добрый идиот. Потому открою тебе тайну: Мари пользуется тобой, но спит с конюхом.

Рассмеявшись, Радан поправил рубашку Джека и вышел из замка.

У ворот стояла карета, в которую он и запрыгнул.

— Ох, и я даже не знаю, как к вам обращаться — председатель или, может быть, ректор?

— Главное — не «стариком», мой неблагодарный ученик.

— Ректор, вы ведь старше нашей школы?

— Вообще-то нет. Согласно записям, она старше меня на семьдесят лет.

— Но тогда она не была магической!

— Про Эрам ты уже знаешь. Наши маги нашли там след противника. Я хочу знать о нём как можно больше. И ещё: главным будет Гиперион. Это его город.

— Ладно. Всё будет, ректор. Когда мне отправляться?

— Вчера.

Молодой парень улыбнулся и распался на туман, устремившийся в сторону Эрама.

— Эх, молодость... Проклятый показушник.

Из кареты вылетел сгусток пламени и направился к своей башне.

На третий день мы снова выступили. Гиперион наткнулся на несколько организованных групп гоблинов, что и определило наш маршрут. За эти дни многие солдаты начали нервничать из-за отсутствия дневного света. Трудно представить, как бы мы справились, не обладай Майя способностью освещать путь — факелы в таких пещерах бесполезны.

Гоблины продолжали наседать, но магов среди них больше не встречалось. Наша скорость существенно снизилась, а самое обидное — приходилось уничтожать их здесь и сейчас. Не перебьём здесь — придётся сражаться на обратном пути.

Стиснув зубы, мы шли вперёд. Даже мне пару раз пришлось обнажить меч. Вспоминая первое столкновение с тем гоблином, я усмехнулся: я ведь видел его, просто не среагировал вовремя. Жизнь ценна, и всё такое... Быстро же из меня вышла эта любовь ко всему живому.

С противоположной стороны пещеры вновь раздались громкие выстрелы, на которые ответили хищные молнии Варина. Мы уже выяснили, что старшим магам такие снаряды не страшны. Если Дане пришлось адаптировать экзоскелет и следить, чтобы корпус не отрывало от пола, то трое других могли просто игнорировать обстрел.

Пайрос буквально поглощал снаряды — уникальное свойство, которое невозможно воспроизвести в доспехах. Но сам маг оставался совершенно неуязвим для подобного типа атак. Гиперион и Бартолд утверждали, что уже сталкивались с подобным — правда, то были быстрые монстры. Удары, которые они наносили, оказались очень похожи, потому маги давно научились противодействовать им. Когда пала Империя, экосистема этого мира быстро отвоевала свои позиции.