Гоблины могли противопоставить нам лишь численность и корявую магию, в то время как местная фауна буквально вела геноцид зелёнокожих. Те же волки из Агатоновского леса регулярно сокращали их популяцию.

А после рассказа о ликантропе мне ясно дали понять, что встретил я ещё волчонка. Взрослые особи обладают интеллектом, не уступающим человеческому, а их контроль над плотью схож с умениями Гипериона. В общем, плохо, что мы встретились, но могло быть и хуже.

— Смотрите, там опять какой-то зал!

Небольшое свечение впереди, нас ожидало просторное помещение. Войдя внутрь, я огляделся. Дана сразу же собрала своих големов в огромного «Первого».

Посреди зала была освещена небольшая территория. Я сразу заметил технологичный вид конструкции и хотел предупредить остальных, как вдруг раздалось оповещение на незнакомом языке.

Майя, как всегда, запустила светляка под потолок — и тут началась стрельба. Гвардейцев передо мной смело, как кукол. Дана начала возводить каменные стены. Увидев, как Леонид пытается построить оставшихся, я закричал:

— Все к стене!!

Схватив Леонида, я потащил его за собой. К счастью, он не спорил и повёл людей к укрытию. Оглядевшись, я увидел бесчувственные тела гвардейцев — среди них лежал Гаррет, который так завидовал Леониду, что вёл отряд, пока тот валялся с переломами.

Тут раздался крик Варина — ему, как и Гильберту, оторвало руку. Гвардейцы на четвереньках, стараясь не привлекать внимания, забросили его на щит и потащили к нам. У нас были все инструменты, чтобы помочь, и мои люди сразу приступили к работе.

Краем глаза я заметил Эреба, тащившего к стене уже мёртвого гвардейца. Похоже, он думал, что тот ещё жив. Первый шок прошёл, и его сменила ярость.

Выглянув из-за укрытия, я увидел разворачивающийся бой: старшие маги буквально разрывали роботов на части. На поле боя стояло несколько стен, возведённых Даной. Мы с гвардейцами начали смещаться ближе, чтобы помочь в случае необходимости.

Рядом с соседним укрытием заметил Эреба с бойцами — он был бледен, но держался. Думаю, я выгляжу не лучше.

Раздались тяжёлые взрывы. Роботы отчаянно сопротивлялись — Бартолд вынужден был поднимать обломки поверженных противников и использовать их как щит для атаки.

Тут рядом разорвался снаряд, и я увидел, как тела двух магов превратились в кровавое месиво. Гвардеец рванулся к ним, но его вовремя удержали. Там уже не помочь, а рисковать напрасно не стоит.

И в этот момент моё сердце пропустило удар.

«Первый» стоял посреди боя и рассматривал свои руки — проклятие, Дану, похоже, контузило! Я сорвался с места и, подбежав, начал стучать по корпусу. Она должна была понять, что это я, и отреагировать. Но вместо этого голем развернулся ко мне и... вынул Дану из кабины. Та была вся в крови и без сознания.

Не понимая, что происходит, я закричал, чтобы он шёл в атаку — такая команда у него была заложена. Посмотрев на меня и на противника, машина действительно двинулась в бой. Я пытался оттащить Дану, когда увидел, что на меня наведены два хищных ствола.

Понимая, что это конец, я встал так, чтобы прикрыть собой Дану. Услышав, как рвётся моя броня, я подумал: «Вот это выверт сознания...» Потом почувствовал, как треснул шлем, и... стал лучше видеть происходящее. По мне всё так же стреляли, но я твёрдо стоял на ногах. Моё тело покрывала энергетическая пелена — точь-в-точь как у Рени.

Тут к роботам подбежал Филипп и начал наносить удары. Одна машина рухнула, но вторая взорвалась, и его отбросило в нашу сторону. Видя, что его костюм лишился конечностей, я схватил его и Дану и потащил в укрытие.

В укрытии я обнаружил, что мои гвардейцы тоже пострадали — они пытались перевязать Леонида. Количество роботов подходило к концу, но когда Гиперион приблизился к постройкам, вокруг здания развернулся энергетический купол. Наружу выдвинулась установка, всем видом показывая, что сейчас сотрёт всё сущее. Гиперион и Бартолд колотили по щиту изо всех сил.

Первый выстрел испарил голову и часть позвоночника Гипериона. Остатки массивного тела рухнули на землю с отвратительным хлюпающим звуком. В этот момент в купол на полном ходу врезался «Первый». Щит ощутимо мигнул. Следующим выстрелом установка поразила голема, но снесла ему лишь левую руку.

«Первый» выхватил монструозный меч и нанёс новый удар. Щит не выдержал и погас. Набирая скорость, голем прыгнул и вертикальным ударом уничтожил установку. Раздался оглушительный взрыв.

***

СИСТЕМНЫЙ ЖУРНАЛ:

Вы находитесь на частной территории. Назовите себя.

Зафиксированы энергетические возмущения..

Зафиксированы агрессивные действия.

Поиск противника по базе данных...

Совпадений нет.

Активация охранного протокола.

Уничтожение противника.

Уничтожены неэнергетические структуры: 31 объект.

Уничтожены энергетические структуры: 2 объекта.

Защитные дроны уничтожены на 67%.

Запуск защитного купола.

Запуск турели «Луч».

Купол прорван.

Турель уничтожена.

Связь с базой потеряна.

***

Открыв глаза, я увидел незнакомый потолок. Осмотревшись, заметил Дану — вся в бинтах, но дышала. Окинув себя взглядом, обнаружил на себе разорванную броню Помпео. «Сдам по гарантии. И скажу, что больше такое барахло не надену.»

Сняв шлем и смахнув слёзы, я осушил свою фляжку. Я отчётливо помнил, как погибли все мои гвардейцы — да и не только мои. «Лучшие воины — это крестьяне», — вспомнил я поговорку папаши.

— И кто после всего этого вернётся в деревню? Кретин!

Огляделся — Дана лежала так же неподвижно. Сняв снаряжение, я попытался воспроизвести то чувство защиты. Частицы вновь покрыли моё тело — не показалось, значит. Выйдя из комнаты, я наткнулся на спящего гвардейца. Не стал его будить и двинулся дальше. Раз я жив, значит, в этой схватке мы победили. А раз мы внутри этого здания — значит, ещё и что-то захватили.

Услышав голоса, я нашёл Леонида — тот, перешучиваясь, пил с уцелевшим гвардейцем. Не говоря ни слова, я подошёл и присел за их столик.

— Сколько?

— Семнадцать.

— У Эреба?

— Тринадцать.

— У нас есть данные, откуда парни пришли? Где живут их близкие?

— Да, в контракте всё прописано.

Я окинул взглядом отсутствующую конечность Леонида.

— Руку мы тебе вернём. Не солидно капитану гвардии без руки.

— Ваше благородие, может, возьмёте меня камердинером или дворецким?

Вспомнив уроки Доминика и Грозу, я улыбнулся.

— Можно и дворецким. Тут комнаты свободные остались?

— Нет, ваше благородие.

— Ты мне тут не «благородькай». Отныне и впредь — только по имени. Это касается и тебя. Там наш гвардеец в коридоре уснул — плащ бы ему.

Пройдя дальше, я увидел Гипериона с Пайросом, старательно изучавших пульт управления станцией. Думаю...

— О, Цербер! Ты-то мне и нужен. Понимаешь, что тут к чему?

— Так ты же...

— Да, та штука меня знатно потрепала. Но пока от меня остался хоть кусочек — я могу вернуться.