— Алло? — в трубке раздался хохочущий женский голос.

Неожиданно. Хотя… Конечно. Ветроградов постоянно находится в компании девушек, что не удивительно, что одна из них ответила на звонок. Пересилив себя, я всё же спросила:

— Можно Кирилла?

— А кто его спрашивает? — девушка явно с кем-то беседовала помимо меня.

— Жена, — тихо ответила я, даже не надеясь, что ему передадут. Да уж, какая я ему жена.

— Ох, простите, Алёна Игоревна, я Вас не узнала. Кирилл Николаевич сейчас на совещании, поэтому не может ответить Вам пока. Что ему передать?

— Ничего, — ответила я. — Не беспокойте его. До свидания.

Слёзы обиды накрыли меня с головой. Единственный раз обратилась к нему, а ответила какая-то девка. Хотя, может и секретарь.

За всеми этими переживаниями я не сразу обратила внимание, что в принципе неплохо себя чувствую. Может ложная тревога? Наверняка так. Да. По крайней мере, я попыталась себя успокоить, а потому пошла на кухню подкрепиться — на дворе вторая половина дня, а у меня маковой росинки во рту не было. Приготовив себе омлет, я решила позвонить своему гинекологу.

— Здравствуйте, Пелагея Витальевна, — это Алёна Ветроградова, — представилась я под своей новой фамилией. Признаться, странно звучит, но приходится привыкать.

— Здравствуй, Алёна, — как всегда строго произнесла она. — Ты уже приехала, оформилась?

— Нет, — вот, чувствую, сейчас ругаться будет, но что я поделаю? — Тут такое дело. В общем, у меня не получилось.

— То есть? — удивлённо переспросила Пелагея Витальевна. Пришлось всё рассказать. — А Кирилл не перезвонил?

— Нет, наверное, всё ещё занят, — скромно «оправдывала» я мужа. — Да я сейчас хорошо себя чувствую — ничего не болит. Зря я Вас напугала.

— Ничего не зря. Я всё ещё настаиваю, чтобы ты приехала. Я сама позвоню Кириллу: роды — это не шутки, и ты должна быть под наблюдением. Вот привезёт тебя ко мне, а уже потом будет решать свои дела. Всё же его ребёнок должен на свет появиться. Так что давай пока отдыхай, постарайся поспать и жди мужа. Если что изменится с твоим состоянием — звони сразу, не стесняйся.

— Хорошо, спасибо.

Я старалась почувствовать своё тело, выяснить периодичность схваток, но к моему удивлению ничего, что описывалось в книгах, я не наблюдала — так небольшие боли. Но это ведь не схватки? Да, видимо ещё не они. Живот тоже вроде бы больше не тянуло. Нет, в самом деле, что я всех взбаламутила?

Взглянув на остывший омлет, поняла, что не хочу есть. Точнее не то, что не хочу — просто равнодушно к нему отношусь, стало быть, не голодна. Или поесть? Я задумалась. Организм вёл себя странно, и я подумала, что вдруг, если всё-таки буду рожать, то еда переварится и… Нет.

«Ничего страшного со мной не случится», — с этой мыслью я поднялась к себе в комнату и прилегла на бок.

Сон не шёл, а просто так лежать было скучно. Загрузив ритм-игру на телефоне, я стала воспроизводить понравившиеся мелодии. Увлёкшись нажатием на кнопки, я не сразу обратила внимание, что не дышу. Точнее дышу, но с задержкой. Живот потихоньку то скручивало, то отпускало, и я машинально его погладила.

Наверное, всё же схватки. Точно или нет — откуда я могла знать? В любом случае не сильно больно. Проверив звонки, я с небольшим огорчением отметила, что Ветроградов так и не перезвонил. Ну, кто знает, может я не слышала? Хотя, что он мне? Побеспокоится, посочувствует, поможет?

Живот опять несильно скрутило, и я решила расслабиться и поспать. От сильных болей я наверняка проснусь, а силы экономить нужно. Да и при таких слабых, всё равно толком не отдохнёшь — но хоть сколько…

— Нм-м, — выдохнула я и открыла глаза.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Солнце освещало соседний дом румяным цветом — видимо наступал вечер. Почувствовав позывы, я прошла в туалет, но едва смогла из себя что выдавить. Ах, да, я же сегодня почти не пила. Спустившись вниз, прошла на кухню. Чайник был горячим, и я с надеждой позвала:

— Вика, это ты приехала?

В ответ тишина. Если не она, тогда, по всей видимости, Ветроградов — больше некому. Налив себе чая, я прошла в гостиную: и точно — на пуфе небрежно был брошен его пиджак.

— Привет. Ну что, ты как рожаешь или нет? — шутливо-холодно поинтересовался он, вытирая мокрые волосы — по всей видимости, только что из душа вышел.

— Привет, — обиженно ответила я. — Наверное.

— Что значит «наверное»? Ты же женщина — должна знать, что у вас там, когда происходит.

Так и хотелось сказать что-то колкое в ответ, но вместо этого я наоборот замолчала, сжав губы при очередной схватке, и многозначительно на него посмотрела. Видимо ему не понравилось моё состояние, и поэтому он забрал чашку из рук и удивлённо посмотрел:

— Ты чего? Больно, что ли?

— Нет, — максимально спокойно выдохнула я. — Всё нормально.

Всё-таки с его появлением мне стало немного спокойнее, и я решила пойти к себе переодеться и поехать в больницу.

— Ты машину лучше заводи, к Пелагее Витальевне поедем! Вещи я давно в прихожей приготовила. Отнеси пока, а я сейчас приду.

«Ну, вот и всё, сейчас я приеду в больницу, а там обо мне позаботятся», — думала я, спускаясь вниз и выходя во двор.

Ветроградов, завидев меня, поспешил открыть дверцу автомобиля, и мы тронулись. Однако, лишь только вырулив на основную дорогу и проехав всего ничего, он притормозил. Я очень удивилась и посмотрела туда, куда смотрел он. На нас надвигалась тяжёлая чёрная туча. И приближалась она стремительно: об этом свидетельствовал внезапно налетевший ветер.

— Что это? — удивилась я.

— Сейчас посмотрю, — Ветроградов стал набирать прогноз погоды, но в это самое время нам пришли смс о надвигающемся урагане.

— Э-э-э, — протянула я. — Может стороной пройдёт?

— Нет, — ответил он, стукнув руками по рулю и убирая телефон на место. — Поворачиваем обратно. Скоро мы окажемся в эпицентре.

— Что?!

Я была в шоке и полнейшей растерянности. Попадать в ураган никакого желания не было, а они в наших краях хоть и не частые гости, зато свирепые, но и оставаться дома, когда мне рожать, было не менее страшно.

— Кирилл, ты понимаешь, что я сегодня, возможно, рожу?!

— Понимаю, — серьёзно ответил он, выворачивая руль и возвращаясь домой. — Поэтому и едем обратно. Или хочешь погибнуть вместе с ребёнком под каким-нибудь свалившимся деревом? Дома оно всяко-разно безопаснее будет, — я запаниковала, а тут ещё новая схватка подоспела. — Да не бойся ты, все рожают, и ты родишь.

— Одна?!

— А я на что? Я же с тобой.

Ну, «успокоил»! Мало того, что одна, дома, без медицинской помощи, так ещё и с кем: с тем, кто непосредственно постарался о моём «положении»?

— Нет, давай лучше поедем в город. У тебя автомобиль быстрый, как-нибудь проскочим, — я умоляюще посмотрела на него и обхватила руку.

— Алён, — твёрдо ответил Ветроградов, причём очень серьёзно. — Это опасно, понимаешь? Ураган — это не шутки, — объяснял он мне, как маленькой, останавливаясь перед воротами и открывая их дистанционно. — Сейчас первым делом нужно закрыть все окна.

С этими словами он припарковался, и мы вышли, а я не удержалась и высказала:

— Если бы ты вовремя приехал, когда я тебе звонила, если бы ты не плескался в душе, то успели бы до урагана.

— Слушай, я не купался: просто шею вымыл, да и ты спала. Давай, не стой столбом — проходи в дом. Всё будет хорошо. Верь мне.

Верить Ветроградову? Ему? Ни за что и никогда!

Вот только очень надеялась, что «хорошо» всё-таки будет. Ветер усиливался, наметая в дом поднявшуюся пыль. За время скоростного закрывания окон, я забыла о себе, и лишь позже поняла, что устала. Вот только…

Я застыла, как черепаха, почувствовав, что по ноге потекло… Страшное озарение осенило меня. Без ложной скромности я залезла себе под подол и, вытерев рукой влагу, понюхала — запаха не было.

— Ты чего, описалась? — пошутил Ветроградов, глядя на мои действия и несколько мокрых капель на полу.