— Соскучилась? Уже? А ты, смотрю, — ненасытная. Ну, располагайся — продолжим, — Ветроградов очень пошло развалился на кровати и похлопал рядом с собой.

— Совсем больной что ли? — я злобно посмотрела на него. — Дед приехал. Тебя зовёт.

— Тц, — цыкнул Ветроградов, сразу же нехотя поднимаясь. — Так и знал…

Что именно, оставалось только догадываться. А что он хотел: чтобы дед Андрей оставил всё на самотёк, не контролируя? Я собиралась уже выходить, как вдруг стыдливо решилась спросить о…

— Эм-м, а ты случайно мой лифчик не прихватил?

Реакция не заставила себя ждать: Ветроградов, словно хищник приблизился ко мне, заставив отступить назад к стене. Опершись рукой сбоку, он стал медленно склоняться ко мне. Зачем, ну зачем я вошла к нему в комнату? Надо было из-за двери позвать его — и всё.

Дура, какая же я дура!

— Как бы тебе сказать, — проговорил он в непосредственной близости от моего лица. — Могу точно сказать, что минимум один всегда со мной, — с этими словами Ветроградов прислонил широкую ладонь к моей груди и сжал её. — Ну как, подошёл?

Ответом послужила пощёчина. Оттолкнув его, я сумела отскочить в сторону, вызвав безудержный смех. Смешно ему! Да сколько можно?! А в следующий момент перед моими глазами появилась искомая часть одежды — Ветроградов на пальце крутил за лямку мой бюстгальтер. Отнять сразу не получилось, а прыгать как собачонка, не собиралась.

С лютой ненавистью я смотрела на него не предпринимая больше никаких попыток. Вроде бы взрослый мужчина, а ведёт себя как малолетний пацан. Видимо моя реакция его разочаровала, и взгляд сменился с игривого на недовольный. С нескрываемым раздражением он бросил мою вещь на кровать и вышел.

«Сволочь, кретин, негодяй, мерзавец, скотина, козёл!» — мысленно я «награждала» его самыми гадкими словами, кои приходили в голову. Немедленно забрав бюстгальтер, я направилась из его комнаты. Дёрг, дёрг — но дверь не открывалась. Я несколько раз повторила попытку, однако безуспешно — птичка попалась в клетку. Сумасшедший!

Целых два часа (а может и три — часов нигде не наблюдала, а телефон носить дома постоянно с собой привычки не было) я была заперта в его комнате, а этот изверг не возвращался. За это время что только я не делала: и ходила кругами, и сидела, схватившись за голову, и разбрасывала во злобе его вещи, и даже искала способ вылезти через окно. Однако… Однако эта идея не только бесполезная, но и очень опасная — Ветроградов жил на мансарде, и окна в его комнате были соответствующие. Хотя, о чём я? В моём-то положении? Глупая мысль.

От нечего делать принялась изучать обстановку в серо-коричневых тонах. Итак, с одной стороны комнаты стояла большая тёмная кровать прямо напротив не менее большого окна, уходящего практически в пол, останавливаясь на узкой полке, идущей вдоль всей стены, и на которой располагался телевизор, музыкальный центр, книги, диски и журналы с отнюдь не невинной тематикой. На стене рядом с кроватью висели фотографии самого Ветроградова в тонких рамках, преимущественно на спортивную тематику. Наверное, постоянно на себя любуется! С другой стороны я увидела гардеробную, возле которой под чуть меньшим окном была прикреплена прямо к стене массивная полка рабочей поверхности. Ярко выраженную брутальную обстановку скрашивал одинокий горшок с комнатным цветком — хоть что-то.

За практически незаметной дверью в тон к стенам я обнаружила ванную комнату. Она, как и сама спальная, была выдержана в том же стиле — холодная и неприветливая, но отличием служили более светлые тона. Как и в других ванных, здесь росли цветы, причём именно в этой они были самыми большими. Быть может потому, что разместили их прямо под большим окном — некий оазис среди каменной отделки.

Вернувшись обратно, я ещё раз попробовала открыть дверь. Тщетно, наивно. За окном уже давно стемнело, а Ветроградов так и не возвращался. Я уж подумала, что он вообще забыл про меня и уехал, но нет — его любимый автомобиль стоял на прежнем месте.

И где его носит? Вот только пусть придёт — я ему устрою!

Время шло, но я по-прежнему была заточённой в его комнате. За окном накрапывал дождик, навевая тоску, уныние и… дремоту. Устав ходить из угла в угол, я всё же присела на кровать, наблюдая, как неровными дорожками капли медленно стекали по стеклу. Приятно пахло свежестью, но в ночное время, а было, наверное, очень поздно, стало холодно.

Я элементарно замёрзла, а потому, не найдя никакого пледа в шкафу, закуталась в одеяло Ветроградова. Ноги очень быстро затекли от неудобного положения, и я подумала, что ничего страшного не произойдёт, если ненадолго прилягу, а когда он придёт — быстро встану.

Дождь усиливался.

Новый день начался неприятной картиной: Ветроградов сидел напротив в компьютерном кресле, положив ноги на кровать, и смотрел прямо на меня.

— Проснулась, «спящая красавица»?

Я всё-таки уснула в чужой комнате. Какой ужас! За окном ярко сияло солнце, словно дождя и не было. Приятное щебетание птиц прервала тяжёлая музыка, раздавшаяся из многочисленных колонок, как только Ветроградов снял любимые наушники.

— Вот ты наглая. Какого дрыхнешь в моей постели?

Машинально глянув под одеяло, поняла, что всё ещё в одежде. Фух! Ветроградов на моё действие, лишь раздражительно покачался из стороны в сторону.

— А что мне оставалось делать? — ответила я вместо «доброе утро», приподнимаясь и прислоняясь к изголовью, попутно натягивая на себя одеяло — так, на всякий случай. — Ты же закрыл меня вчера.

— Да неужели?

— А то сам не помнишь. Зачем ты это сделал? Я что тебе — игрушка?

Насмотрелся всякой мерзости, а строит из себя невинность.

— А вот это хороший вариант. Я задумаюсь на этот счёт.

— Было бы чем, — незамедлительно фыркнула. — У тебя ж мозги все в упаковках расфасованы! — я открыла прикроватный ящик и швырнула в него несколько коробочек с презервативами.

— Рылась в моих вещах?

— Больно надо, — хотя как же сглупила — надо было всё осмотреть, пока его не было. Наверняка целую коробку из секс-шопа нашла бы. — Я вообще-то ключ от комнаты искала, а не этот срам!

— Ну да, тебе это сейчас ни к чему — рыбка икряная!

Такого я ещё не слышала! Бросив в Ветроградова подушку, встала с удобной стороны и, обогнув кровать, решила уйти, но на моём пути находились его ноги.

— Дай пройти.

— Нет.

Ладно, я прикинула, что если немного отодвинуть кресло, то мне места как раз хватит. Однако Ветроградов оттолкнулся от кровати и ещё раз перегородил мне выход. Отлично, видимо придётся через кровать. Неудобно, конечно, но деваться некуда. Я залезла на неё с ногами и пошла. Как только не упала — сама удивилась!

— Куда намылилась?

Ветроградов стоял передо мной горой. Я ничего не ответила, демонстративно сделав шаг в сторону. Он туда же. Я обратно — действие повторилось.

— Дай пройти, сказала, — с негодованием предупредила я, толкнув его.

На этот раз Ветроградов меня не тронул, и я покинула его комнату.

Последний месяц беременности выдался интенсивным: в плане учёбы. Не знаю, как составлялся учебный план в нашем институте, но на головы студентов сбросили огромный материал, который нужно было срочно сдать. Я целыми днями сидела в ноутбуке и писала, писала, писала.

По какой-то причине мой научный руководитель сменился, а с новым связаться куратор не давала возможности — ни телефона, ни электронного адреса мне не сообщили, более того, я даже не знала, кто вёл мою курсовую работу. Это стало известно только за неделю до сдачи, а потому уверенности, что всё правильно сделано у меня не было. Эта ситуация сложилась не только у меня, но и ещё у двух студенток из параллельного потока, а потому в соц. сетях мы с девчонками по этому поводу ярко возмущались.

А как я ругалась, когда, придя на сдачу курсовой работы, от меня отмахнулись, словно от какой-то троечницы, мотивируя это тем, что у беременных, видите ли, уровень интеллекта снижается. Ну, я и показала, у кого из нас мозги не «варят» — защитила курсовую на «отлично»! Вот так! Беременная и блондинка.