Или, может быть, вовсе он и не продуманный, – пришла ему в голову мысль. Может быть, ему эти вопросы в редакции «Труда» дали по просьбе того члена Политбюро, который попросил это интервью для меня организовать. Интересно, кто именно из троих стоит за этим Ивлевым?

Задумчиво кивнув своим мыслям, он отложил газету в сторону и принялся собираться, потому что скоро ему уже нужно было и выдвигаться...

***

Москва, Кремль

Кулаков с утра провел длительную и утомительную встречу с секретарем ЦК КПСС по кадрам Иваном Васильевичем Капитоновым. Все советовался с ним, кого лучше назначить на должность министра сельского хозяйства. Отношения у него с ним были хорошие, так что они время от времени советовались вот по таким вот важным кадровым вопросам.

Долго между собой судили да рядили, но в итоге все же решили, что надо, наверное, попытаться уговорить Петра Мироновича Машерова. Вернее, Кулаков уже заранее к Капитонову пришел, задумав его к этой мысли склонить. Уж очень его мучила та информация, что Андропов симпатизирует Горбачеву, которого он тоже всерьез рассматривал на эту должность. Рассказали ему, что он даже однажды ему должность серьезную предлагал в КГБ. А то, что Горбачев тогда отказался, это не показатель. Они это могли разыграть по взаимной договорённости. Когда кому-то из провинции серьезную должность в Москве предлагают, это в любом случае его авторитет серьезно поднимает… Так что лучше Машеров из белорусских болот, никак с Андроповым не связанный, чем потенциальный человек председателя КГБ под его началом…

Так что, возвращаясь к себе в кабинет, Кулаков думал о том, что надо будет сразу же после заседания Политбюро очередного в четверг подойти к Машерову, да предложить с ним переговорить. Правда, сделать это надо так, чтобы никто больше не заметил.

Нет, наверное, все же лучше сразу после заседания Голосова подослать к помощнику Машерова, чтобы они с ним о встрече договорились до того, как он обратно к себе в Минск уедет…

Лучше перестраховаться, чтобы никто раньше времени не узнал об этой встрече и не стал, догадавшись о том, для чего она проводится, палки в колеса совать.

Но едва он зашел к себе в кабинет, как Голосов тут же к нему подскочил с какой-то газетой в руках.

– Федор Давыдович, вам нужно это видеть. Кажется, по поводу Машерова надо будет решение пересмотреть...

Голосов, конечно, был в курсе о том, для чего он ходил к Капитонову, потратив там больше двух часов на все эти переговоры.

Взяв номер «Труда» в руки, Кулаков тут же увидел на обложке броское название. «Герой в войну, герой и в мирное время». Ну а то, что статья была про Петра Машерова, сразу же стало ясно буквально после первых прочитанных строчек.

А дальше он обратил внимание и на то, кто является автором статьи. П. Т. Ивлев. Ясно… Опоздал он, получается. Враги раньше Машерова к себе перетянули как кандидата на пост министра сельского хозяйства. Явно уже и договорённость с ним достигнута, что он согласится на это предложение, раз уже Ивлева отправили интервью с ним брать…

– Жаль… Как же жаль! – с досадой сказал Кулаков.

Получается, он почти два часа зря потратил, уговаривая Капитонова остановиться именно на Машерове как лучшем кандидате для этой должности.

Капитонов человек был влиятельным, все же через него все кадры проходили. И вот теперь получается, что надо идти к нему снова и говорить, что Машеров вдруг перестал его устраивать. И надо останавливаться на другом кандидате. Как он это еще воспримет? Не подумает ли о Кулакове, что он слишком легко меняет свое мнение?

Значит, идти сразу нельзя. Надо повременить хоть денек…

Кстати говоря, а на каком кандидате ему остановиться?

Ну что же, несмотря на молодой возраст, придется все же предлагать кандидатуру Михаила Сергеевича Горбачева... Раз Андропов и Громыко Машерова выдвинули, значит, напраслина это, что Горбачев человек Андропова… Надо срочно организовать встречу с Горбачевым…

И он тут же отдал Голосову поручение вызвать Горбачева в Москву.

***

Москва

Первая встреча у Машерова по приезду в Москву была проведена с Пельше.

Председатель КПК был человеком достаточно серьезным с точки зрения его веса в Политбюро. Поэтому Машеров знал, что отнестись к нему будет нужно со всем возможным уважением.

Ну что же, осталось только узнать, с какой целью Пельше хотел с ним переговорить по приезду в Москву. Вернее, убедиться в том, что его предположения об этой цели верны…

Пельше вначале не стал вообще раскрывать свои карты.

Минут пять он просто его расспрашивал о том, как у него идут дела в Белоруссии, насколько там хорошо с трудовой дисциплиной, какие у него планы по развитию экономики, есть ли какая-то необходимость в содействии со стороны КПК?

Машеров, конечно, старался отвечать так, чтобы было понятно, что все у него под контролем. Кто его иначе уважать будет, и тем более, выдвигать предложение о новой серьезной должности?

А вот затем Пельше все же заявил:

– Петр Миронович, есть такое мнение у меня, что было бы очень неплохо, чтобы именно вы, исходя из тех успехов в области сельского хозяйства, которые вы продемонстрировали на территории Белоруссии, заняли пост министра сельского хозяйства, освобожденный недавно Полянским. Помните же недавно тот доклад, который был сделан Кулаковым вместе с Полянским, и другой доклад, который был сделан Громыко, а Андропов к нему сделал определенные дополнения? Ну вы же сами же видите, что так дело дальше продолжаться не может. Масштабная бесхозяйственность и злоупотребления в сфере сельского хозяйства как подрывают престиж Советского Союза, так и лишают нашу экономику миллионов тонн зерна каждый год. Я был бы вам очень признателен, Петр Миронович, если бы вы согласились на то, чтобы я на заседании Политбюро на следующей неделе выдвинул вас как кандидата на эту должность. А если я получу ваше согласие, то я обязуюсь проработать этот вопрос с другими членами Политбюро, и я вас уверяю, совершенно точно найдутся те, кто окажут нам эту поддержку.

Когда тебе делают такое предложение, сразу же отказываться нельзя, и Машеров об этом прекрасно знал. Это лучший способ оскорбить доброжелательно настроенного человека.

А в том, что Пельше настроен к нему сугубо положительно, у Машерова никаких сомнений не было. Человек он был достаточно предсказуемый, в каких-то совсем уж хитрых интригах замешан не был, как все, кто его знал, говорили. Так что Машеров был уверен, что он совершенно искренне делает ему это предложение. И никаких двусмысленностей в нем абсолютно нет.

Так что, хотя он и не собирался принимать это предложение, он пообещал, что очень внимательно рассмотрит его в течение двух дней и даст Пельше ответ, приехав обратно в Москву или задержавшись здесь на денек после заседания Политбюро.

– Прекрасно понимаю, – кивнул Пельше, – что такие вопросы с кондачка не решаются. Подумайте, Петр Миронович, как следует. Именно в вас я вижу того человека, который сможет навести порядок в том бардаке, который у нас каким-то загадочным образом образовался в сфере сельского хозяйства. И, конечно же, вы можете полностью рассчитывать на то, что Комитет партийного контроля в моем лице будет оказывать вам полнейшее содействие в этом важном деле.

После этого минут пять еще поговорили о других вопросах, чисто уже так, чтобы не обрывать резко встречу.

И Машеров, попрощавшись с Пельше, отбыл сразу же на следующую встречу.

Так уж сложилось, что буквально через тридцать пять минут ему необходимо было уже встретиться с Андроповым… При этом, что было достаточно необычно, встреча была назначена не в Кремле, а в той же гостинице Россия, где он и остановился…

***

Москва, Кремль

Секретаря ЦК по кадрам Капитонова вызвали к Леониду Ильичу Брежневу. Поспешно придя к нему в приемную, он поздоровался с его секретарем Черненко и помощником Цукановым, после чего в сопровождении Цуканова зашел в кабинет генерального секретаря.