Раз за разом, его сценарии возвращались к одной и той же теме - защитить Землю, защитить Марс. Удержать внутряков от разрушения любой ценой. Если это видит она, совет тоже увидит. А тогда…

Она не желала быть жандармом тринадцати сотен миров. Она, определенно, не хотела возглавлять войска. Но с каждым поворотом, каждым тактическим предложением, она представляла голоса членов совета, Генерального секретаря Ли, Авасаралы. Это не сработает. Кому-то придется взять на себя ответственность, и кроме неё, больше некому.

- Спасибо, - сказала она, когда на мониторе разыгралась последняя из воображаемых битв. - Я ценю ваше время. Позвольте мне всё обдумать. Поговорим утром?

- Благодарю вас, госпожа Президент, - сказал он, и Вон проводил его из комнаты.

Как только он ушел, она снова вызвала сценарии на экран, и начала сначала. Вот они хотят заминировать врата, перекрыв их стеной мощных ядерных бомб, но отказываются от идеи, потому что никто не может с уверенностью сказать, повредится ли кольцо. Вот более безопасный план - серия кораблей поднимается над эклиптикой, и на большой тяге мечет гравий, создавая во вратах каменную завесу. Она сможет контролировать, когда делать перерывы для прохода кораблей, а когда любой корабль, пытающийся пройти в кольцо, попадет под выстрел этого дробовика. Так можно продолжать, пока у них не закончится масса реакторов и гравий. Тактика Астеров. Очередной подарок из старых дней. Она раздумывала, не поддержать ли эту идею в ответе Коалиции, но честно говоря, плевать ей на их разрешения, а Город в пустоте "Независимость" находится достаточно близко к вратам, и если сейчас он включит тягу, у них будет хоть что-то на месте, даже раньше чем закончится обсуждение...

Драммер уронила голову в ладони. Болела шея. Глубокая, невнятная жажда мучила её - и не ясно было, чем можно её утолить. Да и можно ли вообще.

Позади открылась дверь, но не стала поднимать взгляд. Кто бы это ни был, ей все равно. И вообще, это мог быть только Вон.

- Госпожа Президент, - сказал Вон.

- Да.

- Произошло нечто, что вам, вероятно, стоит увидеть.

- Что-то замечательное, что наполнит мою жизнь радостью?

- Нет.

Она села, рукой очертив в воздухе круг. Давай, валяй.

- Появилась новая передача с Медины, - сказал Вон. - По официальным каналам.

- Новые угрозы и пафос Лаконии? Они объявили войну официально?

- Ни то, ни другое, - сказал Вон, и включил монитор. Простой видео-канал: подиум перед несколькими рядами стульев. Драммер была немного удивлена простой синей драпировкой на заднике. Она ожидала имперской помпы. Signa Romanum[13K25] с двуглавым орлом. Стулья занимали люди, пытавшиеся выглядеть журналистами, независимо от того, были они ими, или нет.

Керри Фиск вошла в кадр, и заняла место на подиуме. Драммер почувствовала, как у неё сводит скулы.

"Спасибо всем, что пришли сегодня, - сказала Фиск, кивая аудитории. Собралась с мыслями. Огляделась, опустила взгляд. - С момента своего создания, Ассоциация Миров была убежденным сторонником независимости и планетарного суверенитета. По сути, мы следили за проблемами самоуправления в недавно колонизированных системах, и боролись за права людей, живущих в них. Руководящие силы Солнечной системы и Транспортного Союза доказали, что власть имущие оценивают системы неодинаково. Солнечная система и союз, де-факто утвердили суверенитет над всем, до чего могли дотянуться, и своими действиями ясно дали понять, что они считают вторым сортом планеты и правительства."

- Ох ебать же тебя, - прошептала Драммер. - Тебя, и твою коллаборационистскую ересь.

"Я провела несколько встреч с представителями системы Лакония, относительно будущего кольцевых ворот, характера торговли и управления между мирами. И я очень рада сказать, что Ассоциация миров единогласно проголосовала за принятие предложений Лаконии по защите и координации торговли. В ответ, Высокий консул Дуарте принял требования ассоциации к самоуправлению и политической автономии. С этим..."

Драммер отключила ленту. Это Дуарте тоже запланировал. И военная кампания, и история, которая превратит её в нечто большее, чем бесцеремонное завоевание. "Он вернулся, потому что думает, что может победить, и если он так думает, ты должна быть готова к тому, что это правда." Кэрри Фиск будет в новостных лентах тринадцати сотен миров, - миров, от которых отрезана Драммер, - и то, что она расскажет, найдет богатую почву, для того, чтобы пустить корни.

- Самоуправление и политическая автономия? - сказала она. - Под дулом пистолета? Как это возможно?

- Дань, - сказал Вон. - Залог финансовой и ресурсной поддержки, когда она потребуется, но с очень небольшой вероятностью, что это когда-нибудь случится.

- Плюс обещание, что он не вышибет из них все дерьмо, я полагаю?

Улыбка Вона была суровой.

- Фиск не осветила этот аспект, но я думаю, это подразумевалось, да.

Драммер обхватила рукой подбородок, поднялась. Часть её хотела отправить Вона в медотсек, чтобы он принес что-нибудь, что не даст ей уснуть. Амфетамины, кокаин, что-нибудь сильнее очередной груши с чаем.

- Это был долгий день, - сказала она. - Когда начнут сыпаться сообщения Коалиции, скажите им, чтобы придержали свое дерьмо - мы работаем над этим.

- А членам совета? - спросил Вон.

- Скажите им то же самое, - сказала Драммер, направляясь к выходу. - Скажите, что всё под контролем.

Вернувшись в свои апартаменты, она стала раздеваться, бросая одежду на пути от двери до душа. Почти обжигающие струи сбегали по спине и лицу. Это было замечательно. Теплопроводность как чистый, физический комфорт. В конце концов, она выключила воду, взяла полотенце, чтобы собрать большую часть влаги, и упала в амортизатор, прикрыв рукой глаза. Изнеможение вдавливало ее в гель сильнее, чем спиновая гравитация. Она ждала, когда придет отчаяние.

Оно не пришло. Союз столкнулся с угрозой своему существованию. Хрупкая ткань человеческой цивилизации в колониях рвалась перед её глазами, а она чувствовала облегчение. В воспоминаниях о гибели Свободного флота она была Астером, членом то одной, то другой фракции АВП. Её мозг, душа и личность взрослели с ботинком внутряков на горле. Её, и всех, кого она любила.

Респектабельность станции Тихо, Союз, и сегодняшнее президентство - её мечты с самого начала. Перспектива того, что астер получит власть, равную власти внутряков, вела её, если не для неё самой, то хотя бы для следующего астера, такого же как она. И, как случается со всеми мечтами, чем ближе была цель, тем яснее становилось, чем это было на самом деле. Многие годы она носила власть и авторитет, как чужой комбинезон. Теперь, с Дуарте и Лаконией, всё построенное канет в лету. И отчасти, она радовалась этому. Её взрастили для борьбы с великими державами. Вести войны, в которых она не могла победить, и не могла проиграть. И теперь это стало ошеломляющей потерей, смешанной с чувством возвращения домой.

Мысли ускользали, сознание погружалось в дрему. История циклична. Всё, что происходило, всё что прошло сквозь поколения, повторится снова. Иногда колесо крутится быстро, иногда медленно. Но ей представлялась шестерня, с зубьями и подшипниками, и с ней на краю, вместе со всеми остальными. Последней мыслью перед забвением, стало то, что даже с вратами ничего никогда не менялось, только повторяло само себя, снова и снова, с новыми людьми, вечно.

Что, в свете первой встречи, запланированной на следующее утро, было весьма иронично.

- Мы никогда раньше не видели ничего подобного. - Она знала Кэмерона Тура профессионально, с момента первого заказа в союзе, и он никогда не проявлял ничего кроме смутной заинтересованности, к чему бы то ни было.

Сейчас он сидел за столом напротив, жестикулируя тортильей в руке, как дирижер перед оркестром. Глаза расширенны, и блестят, голос высокий, слова сбивчивые. И она никак не могла понять, что, черт возьми, он говорит.