- Я сказал, свободен, - рявкнул Сингх, затем посмотрел на одну из своих десантниц. Та тут же схватила Онни за руку, и, усиленная броней, наполовину оторвала его от земли.

- Ай! Бля! - орал Онни, пока она волокла его прочь из комнаты.

- Подготовьте карт, - сказал Сингх оставшейся десантнице. - Я еду в оперативный центр, посмотреть данные об этом гамма-всплеске.

- Да, сэр, - ответила она и вышла из комнаты.

Сингху нужно было сначала найти подтверждения истории Онни, а после предоставить полный отчет адмиралу Трехо. Если этот человек прав, то это возможность выбросить смертельный гамма-всплеск через ворота, в любой удобный для них момент. Могут ли быть более мощные средства контроля за перемещениями внутри сети? Он мог сократить сроки их планов по установлению контроля над колониальными мирами на целые месяцы.

Впервые в этот день Сингх почувствовал, что расслабился. Возможно, он только что выиграл империю для Лаконии, без единого выстрела, произведенного во гневе.

Как оперативник Тактической Группы Орбитальной Высадки, Бобби тренировалась с бойцами специального назначения из каждой команды в Марсианских войсках ради одной цели: вторжения на Землю. Кто угодно мог относится скептически к старой аксиоме "Хочешь мира, готовься к войне", только не марсиане. Этот принцип лежал в основе доктрины, которая вела Марс полтора века после провозглашения независимости. У Марса не было ни большого населения, ни промышленной базы, как у Земли. И всё, что мешало Земле отвоевать своенравную колонию обратно, это постоянная демонстрация Марсом готовности и способности сильно ударить. Пока Земля будет с боями проталкиваться в их тоннелях, они десантируются на земные улицы.

Бобби и её ближайшие соратники из разведки в те дни тренировались регулярно и жёстко. Принимали препараты и работали в полной гравитации, пока тяготение Земли не становилась всего-лишь неудобством, а не ломало кости. Они практиковали высадку с орбиты в десантных ботах, и одноместных капсулах. Они тренировались в городской среде усмирению и подавлению мятежей. Они научились компенсировать численный недостаток войск агрессией и запугиванием, для удержания захваченных под контролем. Она буквально потратила годы на подготовку к продвижению по улицам Земли, и принуждению подчиняться под угрозой смерти.

Если сравнивать, вторжение и покорение Медины было цивилизованным. Она задавалась вопросом, будет ли так и дальше.

Четыре лаконианских десантника в силовой броне несли вахту в офисах дока. Магнитные ботинки пристегнуты к поверхности, не спускают глаз с посетителей, ожидающих встречи с док-мастером. Пока они выглядели бдительными, но не агрессивными. Будто само их присутствие должно пугать достаточно, чтобы держать население в узде. И Бобби видела, что так и есть. В каждое предплечье на броне встроено что-то вроде дробовика, пара странных штук, похожих на гранатометы, на каждом плече. Вокруг плавало около около тридцати человек, ожидающих док-мастера. Четверо лаконианцев выглядели способными справиться и с десятикратным количеством.

Когда-то она была похожа на них.

- Ничего так костюм, - сказала она ближайшему к ней лаконианцу.

- Простите? - сказал он, не глядя на неё, продолжая сканировать помещение.

- Мне нравится ваша броня. Я когда-то носила старого Голиафа.

Это привлекло его внимание. Лаконианец оглядел её, один раз, с ног до головы. Он настолько напоминал бойцов, с которыми она тренировалась на службе, что ей показалось, что она смотрит в прошлое. Ей стало интересно, был ли он таким же дуболомом, какой была тогда она. Вероятно. Черт, да наверное даже больше.

- Служба разведки Марсианского Десантного Корпуса? - спросил он. В его голосе слышалось что-то вроде уважения.

- Была однажды, - согласилась она. - Вы, ребята, добавили кое-какие улучшения.

- Изучал оперативников Разведки в академии, - сказал Лаконианин. - Вы, ребята, реальные зверюги. Разрушители сердец и отниматели жизней.

- С тех пор все меньше и меньше, - сказала Бобби и испробовала на нем свою улыбку. Лаконианец улыбнулся в ответ. Он был в два раза младше неё, даже чуть меньше, но было приятно узнать, что она всё ещё способна применить свои чары, если захочет. Она представила этого парня на станции трубы, возвращающимся домой. Чёрт, да у него может даже родственники на Марсе остались.

- Бьюсь об заклад, вы в порядке, - ответил он, продолжая улыбаться. - Боевые действия довелось повидать?

Она улыбнулась, и парень сам понял, что сказал. Лёгкий румянец коснулся его щек.

- Было дело, - сказала Бобби. - Ганимед, в преддверии кампании Ио. И на Ио.

- Да ладно?

- Ума не приложу, есть ли какой-нибудь путь старой десантнице примерить такой костюмчик, как думаешь? - сказала Бобби, повышая теплоту улыбки на градус. Секс не может быть оружием, думала она про себя. Но я очень хочу наложить лапы на твою одёжку.

Лаконианец начал отвечать, но затем его взгляд потух, и Бобби знала что это. Кто-то из группы говорил по коммуникатору костюма ему на ухо.

- Проходите, гражданка, - сказал он ей, улыбка исчезла.

- Спасибо что уделили время, - сказала она, и потянула себя к концу очереди.

Ожидание было долгим и душным. У всех соседей, с нашивками дюжины разных кораблей на летных комбинезонах, было одинаково виноватое выражение лица. Будто все они действительно чем-то заслужили такое обращение с собой. Бобби попыталась не выглядеть также.

Маленький офис док-мастера был очень ярко освещен. Она назвала себя, свой корабль, и прежде чем смогла узнать что-нибудь ещё, новый док-мастер срезал её налету:

- Как военное, судно с названием Росинант, зарегистрированное на Церере, конфисковано командованием Флота Лаконии. - На лице маленького, смуглого человека в флотской форме Лаконии, читалась та смесь скуки и раздражения, которой в совершенстве владеют все прирожденные бюрократы. Настенный экран прокручивал список кораблей в медленной зоне, и их статусы: ЗАБЛОКИРОВАН красным, опять и опять, как мантру. На стойке светилось имя: ГЛАВНЫЙ СТАРШИНА НАРВА.

- Ладно, - сказала Бобби. - Ей пришлось прождать в очереди почти два часа, чтобы подойти к окну, и уж точно не ради того, чтобы узнать то, что она и так знала. Позади, плотный ряд тел создавал в помещении ощущение избыточного тепла и недостатка воздуха. - Я поняла. Но у меня есть вопросы.

- По-моему я уже рассказал вам всё, что вам нужно знать, - сказал Нарва.

- Послушай, шеф, - сказала Бобби, - мне просто нужно уточнить пару деталей, и я от тебя отцеплюсь.

Нарва подарил ей деликатное пожатие плечами. Была бы спиновая гравитация, он склонился бы к стойке. Он походил на парня, который содержит магазин лапши в Иннис-Холлоу на Марсе. Она задавалась вопросом, есть ли тут связь.

- Я владелец корабля, - продолжала Бобби. - Конфискация постоянная? Вы ей руководите? Выплатят ли компенсацию за потерю судна? Могу я с командой подняться на борт, чтобы забрать личные вещи, если корабль конфискован?

- Пару деталей? - спросил Нарва.

- Да, только эти, - согласилась Бобби. - Пока.

Нарва вытащил что-то на стойку и щелкнул в её сторону. Она почувствовала, как в кармане загудел ручной терминал.

- Вот форма, которую вы можете заполнить для подачи заявления о возврате имущества, или компенсации за потерю судна. Мы не воры. Флот компенсирует, так или иначе.

- Ну а насчет личных вещей, - спросила Бобби. - пока жернова правосудия Флота медленно проворачиваются?

- Эта форма, - сказал Нарва, и ее ручной терминал снова загудел, - для получения допуска с сопровождением на корабль, чтобы забрать личные вещи. Обычно она обрабатывается в течение сорока восьми часов, долго ждать не придётся.

- Ладно уж, спасибо... - начала Бобби, но Нарва уже смотрел на человека позади нее и кричал: «Следующий».

- От Холдена и Наоми никаких вестей? - спросил Алекс.