Арина

— Что ты здесь делаешь?! — шепотом воскликнула, закрывая дверь, не пуская его на порог.

— Я так понимаю, ты не одна, — неприятно улыбнулся, сально осматривая мое короткое домашнее платье. Слишком короткое. Никите нравились мои длинные ноги.

— Уходи! — резко ответила.

— А ты молодец, Арина, грамотно разыграла карты. Я в тебе не ошибся.

— Ты ошибся! Я ничего не разыгрывала и помогать тебе не буду!

— Будешь! — схватил за предплечье, больно надавливая. — Держи, — протянул мне мизерную флешку, — вставь в ноутбук Вяземского и займи его на полчасика. Потом незаметно вытащишь и мне передашь. Все, я отстану.

Я смотрела на маленькое устройство, как на ядовитую змею. Нет. Нет!

— Я не буду!

— Тогда я сдам тебя Вяземскому.

— Я сама расскажу Никите.

Сергей улыбнулся, нехорошо так. Его угрозы не пустые. Но сказал примирительно:

— Это не в твоих интересах, сестричка. И не в моих. Как думаешь, что он скажет, когда узнает про наш договор, м?

Я молчала. Понимала, что ничего хорошего меня не ждет.

— Совет да любовь. — Сергей ушел, а я поняла, что будет шантажировать и дальше. Я должна рассказать раньше, чем Михельсон разыграет этот заговор против меня.

— Кто-то приходил? — Никита уже вышел из душа и застегивал сорочку.

— Да… — я подошла и крепко обняла его. — Никита…

Его телефон неожиданно зазвонил. Я подпрыгнула от неожиданности. Он ответил. Его уже ждали, самолет готов.

— Что это? — увидел на плече красный след. Это знак моего предательства.

— Ударилась, наверное… Уже пора?

Я не могла сказать сейчас и отпустить переваривать на три дня далеко от меня. Тогда точно потеряю его.

— Я буду скучать. Очень, — горячо поцеловала. — Очень. Возвращайся скорее.

Никита улетел, я осталась ждать. Как же тихо было без него дома. Я привыкла к Никите: к уютным утренним обнимашкам, которые перерастали в жаркий секс; к совместным завтракам дома или в кафе — я и не знала, что мужчины столько едят! У меня не было отца, а дедушка всегда на жесткой диете из-за хронического гастрита. Мне нравилось готовить любимому ужин и ждать с работы — это все такое новое, интересное, неизведанное. Для Никиты тоже: он звал меня по привычке в рестораны, но мне не хотелось делить его ни с кем. Он тоже быстро вкусил прелесть домашнего досуга. Мы дышали друг другом. Никто не был нужен. Влюбленность, страсть, эмоции — это все наше.

Пусть это не любовь с его стороны, но мне хватало. Я готова любить за двоих. Я не знала, сколько мы будем гореть друг другом, но согласна была на любой срок. Главное, если уйдет, пусть по своей воли, а не от злости и ненависти. Не переживу, если возненавидеть меня так же, как ту, которая предала его с родным отцом.

— Извините? — меня окликнули. Я обернулась. У меня был перерыв, и я договорилась встретиться внизу нашего бизнес-центра с Лизой.

Ко мне неспешно приближалась женщина: высокая брюнетка, красивая, в брендовых очках и роскошном брючном костюме. Ее лицо показалось знакомым, но я не могла вспомнить, где ее видела. Из-за предстоящего сложного разговора с Никитой, вся как на иголках. Даже Артем заметил, что я задумчива и рассеяна.

— Вы мне? — остановилась, заинтересованно наблюдая.

— Вам, Арина. Вам.

Ничего себе. Знала мое имя.

— Может, присядем? — предложила зайти в открытую кофейню. — У меня к вам серьезный разговор.

— Давайте… — проговорила, чувствуя неясную тревогу.

Мы устроились за дальним столиком. Я улыбнулась Стелле, секретарю Никиты, и помахала коллегам из отдела переводов.

— Вы помните меня? — женщина сняла очки, демонстрируя восточный разрез глаз. Красивая.

— Нет, — пожала плечами, хотя я вспомнила: она была с Никитой в театре и звонила утром тоже она. Диана, кажется. Но я не стала облегчать ей задачу. Мы соперницы. Я о ней и не думала все это время, а она явно узнавала обо мне. Это что-то должно значить.

— Меня зовут Диана. Я невеста Никиты Вяземского.

Я инстинктивно стиснула ремешок сумочки. Что она сказала?! Нет. Это не могло быть правдой. Никита не из тех, кто врет. Он предпочитал горькую правду: и говорить, и принимать.

— А Никита знает, что вы его невеста? — невинно поинтересовалась. Нет, я не сильно обольщалась. У нас, видимо, что-то вроде гостевого брака. О будущем мы не говорили. Никита уедет. Когда придет время вернется в Москву.

Диана усмехнулась и осмотрела меня с унизительной жалостью:

— У нас особые отношения, постоянные, а ты для него просто свежее мясо. Знаешь, сколько таких было? — она насмешливо фыркнула. — Каждую командировку находит, в кого потыкать. А вы и рады быть курортными подстилками.

— Я Никиту понимаю, — ответила спокойно, подавляя желание оттаскать нахалку за волосы. Это женщина пыталась унизить меня и указать на мою ничтожность в жизни мужчины. Обидно. Конечно обидно. Но я никогда не опускалась до драк, хотя сейчас особенно чесались ногти. — Вы уже не настолько свежее мясо, — невинно пожала плечами, намекая на возраст. — Что-то среднее между балыком и варено-копченой курицей. Вторсырье.

— Да как ты смеешь! — Диана вся взвилась. — Соблазнила моего мужика невинными глазками!

— Привет! — неожиданно возле столика появилась Лиза. — Все нормально? — на меня пытливо взглянула.

— Да, — поднялась и поцеловала ее. — Эта кур… женщина уже ходит.

Диана резко поднялась и, неприязненно пройдясь по мне взглядом, ушла, цокая каблуками.

— Это кто? — удивилась подруга.

— Представилась невестой Никиты, — упала обратно в кресло.

— Твоего Вяземского?! — изумленно ахнула Лиза. Естественно, она знала об изменениях в моей личной жизни. Я ведь совсем пропала, утонула в новых отношениях, но не знакомила друзей и родных с Никитой. Как и он. Мы не афишировали. Я настаивал на этом в большей степени, но и Никита был не против. Сейчас казалось, что на это были причины, помимо слухов в издательстве. Может, Диана права? Хотя бы отчасти. Я всего лишь курортный роман, а в Москве Никиту ждала реальная жизнь.

— Все они козлы! — раздраженно резюмировала Лиза. — Кроме твоего, — смягчилась, когда я обняла ее. Она узнала, что жених изменяет и была разбита. — Поговори с ним.

— Ты реально хочешь уехать в область? — сменить тему я.

Лиза решила спрятаться и зализать раны у родной бабушки в деревне. Баб Тая очень хорошая. Я помнила ее: мы с Лизой мелкими ездили к ней на электричке помогать с картошкой и лопать вкуснейшие пирожки.

— Да, через пару дней поеду.

Мы обнялись, и я, допив кофе, вернулась в кабинет. Вечером меня вызвал к себе Артем.

— Арина, я хотел сделать тебе предложение, от которого нельзя отказаться.

— Так уж нельзя? — рассмеялась я.

— Можно, но не нужно. В общем, ты рассматриваешь возможность перевода в Москву? Моя помощница уходит в декрет, а мы с тобой хорошо сработались. Вот, — протянул мне контракт.

Отличные условия: зарплата, график, частичная оплата жилья…

— Артем, очень заманчиво, но… — я прикусила губу. Нужно посоветоваться с Никитой. Хотел бы он видеть меня в головном офисе? Как его девушку или хотя бы как рядовую сотрудницу. Не знаю. Пусть скажет. — Мне нужно все обдумать.

Никита должен был прилететь завтра. Все дни мы постоянно общались: созванивались и переписывались. Я очень соскучилась. Вечером набрала его, хотела про предложение Артема рассказать и про разговор с Дианой, но Никита не ответил. Утром тоже не перезвонил. Вечером я летела домой, чтобы встретить его — самолет должен был уже приземлиться. Я очень нервничала. Сегодня расскажу ему все. В дверь позвонили. Странно, у него же есть ключ…

— Привет, — хотела поцеловать, но осеклась. В его глазах не было ничего знакомого. Чужой. Совсем чужой…

Никита

— Ничего себе лето, — проговорил, приехав в гостиницу. В Сургуте июль какой-то не такой как в Питере. Во-первых, холодно (двенадцать градусов — это как вообще?!), во-вторых, Арина далеко. Без нее стало как-то неуютно. За месяц она стала абсолютно необходимой.