Слова не укладывались в голове. Они были понятны — и в то же время абсолютно лишены смысла.

— Где я? — спросила я.

Мира побледнела настолько, что я испугалась: сейчас упадет в обморок она, а не я.

— Госпожа… пожалуйста, не шутите так.

— Я не шучу.

Она нервно оглянулась на дверь, будто боялась, что нас кто-то подслушивает.

— Вы в поместье лорда Ардена, разумеется. В западном крыле. В своих покоях.

Лорд Арден.

Западное крыло.

Мои покои.

Каждая следующая фраза звучала все более абсурдно, и именно поэтому в нее почему-то становилось все легче поверить. Потому что мозг, когда его прижимают к стене невозможностью, цепляется не за правду, а за любую последовательность.

— Какое сегодня число? — спросила я.

Она вытаращилась.

— Двенадцатый день месяца холодных ветров.

Я медленно прикрыла глаза.

Конечно. Именно так и отвечают в нормальной реальности.

— А год?

— Семьсот девяносто третий от воцарения Светлой династии.

Я открыла глаза.

Мира стояла все так же напряженно, сжимая пальцы передника, словно это я сошла с ума, а не весь чертов мир вокруг.

— Я… — начала я и замолчала.

Что сказать? «Я переходила дорогу после того, как застала парня с любовницей, потом меня сбила машина, а теперь, кажется, я в чужом теле в каком-то дворце из исторического фэнтези»?

Даже умирая, я, видимо, сохранила способность чувствовать себя идиоткой.

— Госпожа, вам снова дурно? — осторожно спросила Мира. — Позвать лекаря?

Я резко посмотрела на нее.

— Снова?

Она прикусила губу, будто уже пожалела об этом слове.

— Вы… потеряли сознание вчера ночью.

— Почему?

Мира молчала.

Я сделала шаг к ней.

— Почему?

— После ужина с лордом, — едва слышно ответила она.

Вот тут в комнате стало еще холоднее, хотя камин потрескивал все так же исправно.

— Что произошло на ужине?

Мира снова покосилась на дверь.

— Госпожа, пожалуйста… если его светлость узнает, что я вам…

— Если его светлость узнает что? — голос прозвучал жестче, чем я ожидала.

Она вздрогнула. И тут меня пробило странным, почти физическим ощущением: эта девушка меня боится. Вернее, боялась не меня, а той женщины, в чьем теле я теперь стояла. Той, чью роль я еще не понимала, но уже чувствовала в реакциях окружающих.

— Он объявил, — прошептала Мира, — что через две недели на зимнем приеме представит двору леди Селесту.

Я молчала.

— И? — спросила я.

Мира уставилась на меня во все глаза.

— Как… как и свою будущую официальную спутницу.

Воздух будто стал тяжелее.

— А я кто? — очень спокойно спросила я.

Она даже не сразу ответила. Словно боялась произнести это вслух.

— Его жена, госпожа.

Вот теперь я села. Просто села на край кресла у зеркала, потому что ноги перестали понимать, как им держать меня.

Жена.

Надо же. Даже умереть нормально не дали. В одной жизни — неверный мужчина. В другой — уже готовый комплект с мужем, любовницей и публичным унижением.

Потрясающая стабильность вселенной.

Я нервно выдохнула, и этот выдох вдруг перешел в смех. Тихий. Сухой. На грани. Мира испуганно отшатнулась.

— Госпожа…

— Нет, все в порядке, — сказала я, хотя, конечно, ничего в порядке не было. — Просто пытаюсь понять, это у судьбы фантазия закончилась или она всегда работала по шаблонам.

— Простите?..

— Ничего.

Я провела ладонями по лицу и попыталась заставить себя думать последовательно.

Итак.

Меня, скорее всего, сбила машина.

Я либо умерла, либо… понятия не имею что.

Очнулась в теле молодой женщины из мира, где есть лорды, династии, западные крылья и месяцы холодных ветров.

У этой женщины есть муж по имени лорд Арден, который, судя по всему, публично собирается вывести в свет другую женщину.

У этой женщины есть горничная, которая смотрит на меня с выражением «только не снова».

И еще — что-то очень знакомое шевельнулось внутри при словах «будущая официальная спутница». Не мысль. Не воспоминание. А эмоция. Горечь. Укол унижения. Беспомощная старая боль, будто в самом теле уже жило знание, каково это — быть лишней в собственном браке.

Я замерла.

А потом вдруг поняла: где-то глубоко, на уровне инстинкта, мне не просто чуждо это место. В этом теле остался след прежней хозяйки. Обрывки ее чувств. Ее страха. Ее стыда.

Меня передернуло.

— Как меня зовут? — спросила я.

Мира в этот раз ответила сразу, слишком быстро, как будто радовалась хоть чему-то нормальному в происходящем.

— Леди Эвелина Арден. Урожденная Эверн.

Эвелина.

Я осторожно повторила про себя:

Эвелина.

Имя легло странно. Не как свое, но и не совсем чужое. Будто ключ, который пока не поворачивается в замке, но уже входит в скважину.

— Хорошо, — сказала я. — Тогда расскажи мне, Мира. Все. С самого начала.

Она ужаснулась.

— Все, госпожа?

— Да. Кто я. Кто мой муж. Почему он меня ненавидит. Кто такая леди Селеста. И почему по твоему лицу видно, что вчера произошло что-то еще, кроме объявления на ужине.

Несколько секунд Мира боролась с собой. Потом медленно опустилась на краешек пуфа у двери, словно собиралась рассказывать не про мою жизнь, а про чей-то похоронный список.