— Спасибо, владыка!

Сжимая монеты, бес робко вышел из пентаграммы и отступил к дальней части магического круга, где расслабленно присел, бросая любопытные взгляды в мою сторону.

Рядом с его мелкой пентаграммой я стал вычерчивать более мощную и сложную, вписывая туда переданные координаты. Даже если они окажутся ложными, я успею выскочить из круга, а вот бес… Это еще одна проверка. У демоненка будет достаточно времени меня остановить, например, кинуться в ноги и сказать, что опять «бес попутал».

Закончив с пентаграммой, я сразу влил в нее энергию. В новом круге вскоре сформировался силуэт, но теперь не с демонической аурой, а некротической… Появился скелет в доспехах и с костяным мечом в руке. Он угрожающе клацнул зубами, а пустые глазницы уставились прямо на меня.

Я стер ботинком край пентаграммы и скелет отправился восвояси. Такая слабая сущность мне не подходит.

…Раз за разом я стал призывать порождений тьмы и смерти, периодически поглядывая на время — большие механические часы, расположенные на противоположной от входа стене. Иногда я отдыхал, присаживаясь прямо на землю, чтобы ускорить восстановление магического источника. Каждый призыв требовал собственной энергии мага. Магический круг, пентаграммы, усиливающие чары — в разы облегчали это дело, но не сводили весь процесс к простому щелчку пальцев.

Скелеты… Зомби… Тени… Призраки… Низкоуровневые упыри типа гулей… Наконец в круге возникло искомое мною существо. Умертвие. Нежить среднего ранга. Худощавый человекоподобный силуэт, облаченный в лохмотья. У него была костяная маска, скрывающая лицо, а от тела исходила жестокая иссиня-черная аура. Из-под маски проглядывали две точки тускло горящих белым пламенем глаз, полных потусторонней тоски и злобы.

Миг — и он кинулся на меня, замахиваясь острыми когтями. Я спокойно сделал шаг назад. Умертвие врезалось в невидимый магический барьер пентаграммы, питаемой более мощным кругом призыва.

Вроде подходит… Полуразумен. Не слишком силен, но и не слабак, едва родившийся на том плане.

Нежить продолжала бесноваться, высекая искры из барьера острыми когтями, в надежде отхватить кусочек моей теплой плоти.

Чип! Выведи его характеристики! Насколько он подходит для трансформации и описанного мной ритуала?

Монстр (Нет имени)

Раса: Нежить

Ранг нежити: Средний; чуть сильнее Продвинутого ученика мага, но до Подмастерья не дотягивает

Опасность в прямом столкновении: Средняя

Базовые характеристики:

Душа: F —

Телосложение: C —

Восприятие: E —

Дух: F +

Хм… Восприятие почти как у человека, пускай и довольно глупого.

Бип!

Подходит для Вашего ритуала Кровавого улучшения на 83%!

Неплохо. Сойдет. Теперь осталось самое сложное… Как бы его сподручнее спеленать и поставить Темную печать подчинения души. Невольно перевел взгляд на беса Слая, который с испугом посматривал на умертвие.

— Слай, поможешь его обездвижить и дам в два раза больше монет!

Бес заколебался.

— … В три раза! И это мое последнее предложение! — с легкой угрозой в голосе сказал я.

— Я в деле, владыка! — подскочил с места бес, увидев, что я теряю терпение.

— Тогда слушай…

Хптьфу! — я сплюнул алый сгусток крови, зажимая рану на шее, которая для обычного человека могла оказаться смертельной.

…Этот мерзавец, по-другому его никак не назвать, будучи уже почти связанным, на удачу рубанул наотмашь когтистой лапой. Я успел подставить руку, но тот нечеловечески извернул кисть, полоснув по шее сбоку.

В таких ситуациях владение магией крови очень полезно. Помимо выплюнутого зараженного сгустка — ни одна капля крови без моего ведома не покинула пределов раны. Достал спиртовую настойку и на всякий случай промыл края раны. Технику обеззараживания крови не стал использовать, ибо она потребует слишком много энергии. А энергия мне еще понадобится.

— А-ар! А-рх! — замогильным голосом завыло и зарычало умертвие, мощным рывком едва не скинув меня со спины. Его жилистые руки и ноги были крепко связаны.

Бес Слай тоже не избежал ранений, сидя в сторонке и болезненно почесывая место ниже спины. Ничего, в своем родном мире мгновенно оклемается. Тут его даже если убьешь — ничего с ним не станет.

Взглянул на время. Почти на исходе. Успею.

Приложил руку ко лбу умертвия, покрепче схватившись пальцами за костяную маску. Два пальца зашли почти под веки его глаз, едва ли не касаясь холодного белого пламени. Это некротическое пламя обжигало лютым холодом, а не огнем.

Темная Печать Подчинения Души!

Эта некая вариация более высококлассной техники прямого подчинения души. Чтобы снизить затраты энергии души, я использовал обычную магию — стихию тьмы, которая как раз эффективно взаимодействовала с нежитью. Не так хорошо, как стихия смерти, но близко — ведь магия смерти, по сути, это подтип или более узкая специализация магии тьмы.

— Подчинись! — выкрикнул я по завершению заклинания и вскоре почувствовал, как невидимая связующая нить образовалась между моей душой и душой умертвия.

…Душой существа, что по каким-то причинам не смогла сразу отправиться на перерождение… Часто навеки застыв в искаженном облике между жизнью и смертью. Вот кого-кого, а истинную нежить мне было по-своему жалко.

Но умертвие еще сопротивлялось. И тогда я применил последний аргумент — Шепот души:

— Подчинись! И я обещаю. Я разорву твою связь с некротическим планом… Будет ли это перерождение или трансформация — выберешь сама!

Да, именно «сама». Это была душа женщины. Исключая редкие и зачастую обезображенные случаи, все души, как и тела, делились на два пола.

Умертвие застыло, словно раздумывая. Хотя там нечем было раздумывать. И шепот души — это скорее аллегория. Образы, проистекающие в самую душу.

Наконец неупокоенная душа приняла верное решение.

…Из здания, где находился круг призыва, я вышел под руку с маленьким умертвием, которое напоминало ребенка лет семи в черных, сотканных из тьмы и костей, доспехах. На поясе у нее висел столь же черный костяной кинжал. Где-то пришло, где-то ушло. Средний человеческий рост уменьшился до роста ребенка. Зато умертвие приобрело доспехи и оружие, схожее по принципу действия с оружием души, и повышенную подвижность. Белая костяная маска тоже уменьшилась и теперь прикрывала только нижнюю часть лица, скрывая свирепый оскал. Ранее серая кожа умертвия стала бледно белой, отчего принадлежность к нежити не так стала бросаться в глаза.

Я дал ей имя — Лора. Наши души теперь были связаны.

Дежурный ученик удивился и спросил:

— Это кто?

— Нежить.

— Это я вижу… Какой расы? Откуда?

— Умертвие. С Призрачного плана.

— Умертвие⁈ — еще больше удивился он, видимо, сопоставляя маленькую Лору с типичным видом среднеранговой нежити — по сути, более жилистого и подвижного упыря. Того, кого я призвал изначально. Там даже половые признаки при беглом осмотре не угадывались.

Помня о регистрации, я направился в сторону центрального круга призыва. Подозреваю, что, заверни я к выходу в главный корпус академии, на этом жизнь, точнее «нежизнь» моей новой маленькой спутницы подошла бы к концу. Ее бы уничтожило местными защитными чарами. Я на всякий случай держал ее за руку, чтобы она случайно не натворила делов, пойдя, куда не следует, если я вдруг отвлекусь.

После подчинения нежити у меня изрядно истощился и ослаб магический источник. А ведь на днях ожидается еще более сложный и интересный ритуал. Его-то я уже не собирался проводить «на публике».

Маг-преподаватель у центрального круга резко открыл глаза, как только я к нему приблизился. Выглядел он как полноватый мужчина средних лет с залысинами и уставшим взглядом на лице. На переносице поблескивали круглые миниатюрные очки, а из кармана мантии торчал кончик свернутого свитка. У первого курса он ничего не вел, но пару раз я замечал его в коридорах академии.