Первый основатель — Эдриан Пожирающий. Высокий и статный маг с благородным профилем и длинными волосами, ниспадающими на плечи. Его худые длинные руки сжимали раскрытую книгу, от которой исходило не просто сияние, а настоящее пламя — страницы будто горели изнутри, выплескивая обжигающий свет на все вокруг. Широко раскрытые глаза Эдриана, казалось, впитали этот огонь и теперь смотрели на мир с безумной, ненасытной жаждой знаний, готовой поглотить все вокруг.

Второй — Ксандр Несокрушимый. Выглядел полной противоположностью Эдриана. Коротко стриженный, с суровым взглядом и могучей фигурой, облаченной в броню. На плече он придерживал двуручный меч с раздвоенным лезвием. Пальцы, сжимавшие рукоять, побелели от напряжения. Этот каменный магический меч выглядел не просто оружием, а продолжением воли своего обладателя, готовый обрушиться на любого, кто осмелится ему перечить.

И наконец третьим основателем была женщина-колдунья. Селена Восходящая. Ее лицо казалось прохладным, но исполнено мягкости и мудрости, а длинные волосы украшала лунная диадема — могущественный артефакт, в честь которого и была названа академия. По другой версии — в честь самой Селены. Над ее указующий рукой парил хрустальный на вид шар, а двое поменьше — над плечами, позади ее мантии. Причем не в переносном смысле, как и в случае с «пронзающими взглядами» и «горящей книгой», здесь была задействована магия.

Каждый основатель был запечатлен в безмолвном камне, излучая мощь и величие и напоминая о древнем наследии академии… Не хочется разрушать этот волшебный миг своим ворчанием, но по крайней мере на момент запечатления их силы в камне, безусловно талантливыми художниками-магами… Все трое основателей вряд ли достигли даже уровня полубогов. Ну не чувствую я в них знакомых проявлений.

Летописи об основателях обрываются спустя сто лет после учреждения академии. Нет никаких дальнейших упоминаний. А это значит одно из двух: либо они так и не достигли существования 5-ого ранга, либо… Переместились в другие миры. Да так и не вернулись.

— Фу-ух, — Тобин закончил свой обед первым и вновь заговорил. — Никак не могу привыкнуть к таким маленьким порциям.

И он в очередной раз с легкой завистью посмотрел на мои три почти опустошенных тарелки.

Вчера нам почти не удалось поговорить — я большую часть дня пролежал в кровати. Тобин вернулся к полуночи, а сегодня утром было не до этого.

Я взглянул на своего соседа и собеседника. Тобин происходил из семьи схожего достатка, что и Кай. Это их сближало. Однако в отличие от Кая — Тобина сюда отправил дед, частично оплатив обучение. По недомолвкам Тобина в его родном городе он по глупости перешел дорогу тому, кому не следовало, и дед решил таким образом избавить его от неприятностей, а за одно и обезопасить. В подробности Тобин не вдавался и каждый раз краснел, когда Кай начинал расспрашивать детали. «Приписан» толстячок был к факультету призывной магии и жилось ему несоизмеримо лучше, чем Каю, хотя тот все равно постоянно жаловался, что с этой вечерней беготней «подай-принеси-начерти-круг» — за три месяца он сбросил пятнадцать килограммов. Визуально Тобин действительно постройнел… Но жаловаться-то зачем? Наоборот хорошо. Это мне надо набирать вес, а Тобину еще сбрасывать и сбрасывать.

Кайрен ему немного завидовал. Тобин всегда был сыт и его не использовали в доморощенных опытах. Пожалуй, нездоровая атмосфера на факультете некромантии была скорее исключением. Даже на факультете темных искусств ничего такого выходящего из ряда вон не припомню.

— Что порции маленькие — это я с тобой полностью согласен. Не будь мы друзьями — я бы и твою забрал! — мрачно пошутил я.

— Хех, — печально улыбнулся толстяк и как бы невзначай вгляделся в мое лицо сбоку, похоже, «не узнавая».

— Что? Тоже думаешь, я похорошел после вчерашнего выходного? — мои губы тронула усмешка.

В своей внешней маскировке я был уверен. Мне удалось обмануть даже чары академии. А в близком общении я конечно же не собирался копировать повадки Кая.

Лицо Тобина стало еще более странным.

— Кай, у тебя не только аппетит изменился… — сказал он и с напускной обидой добавил. — Не помню, чтоб ты отпускал такие злые шутки. Ты же знаешь, еда — мое больное место…

А ты меньше ешь — и оно перестанет быть таковым… Но сказал я другое:

— Я же говорю: побудешь на том свете и больше никогда не станешь прежним. Не обращай внимание, Тобин, если я тебе кажусь другим. Мне просто удалось многое переосмыслить. Я теперь действительно как будто другой человек.

— Как же тут не обращать внимание… — неловко развел руки в стороны толстяк.

Кай по натуре был миролюбивым и немногословным — с другими так вообще почти немым. Даже с добродушным Тобином он никогда не вступал в перепалки. Обычно большую часть времени говорил Тобин, а Кай просто слушал. Не мудрено, что новое поведение Кая немного смущало толстяка. Ничего… Привыкнет.

Я еще вчера для себя понял: сколько бы я не сдерживал свою властную натуру… Я не мог делать это каждое мгновение, обязательно проколюсь, поэтому лучше сразу обозначить, что прошлый Кай — мертв… Для других — навсегда останется в прошлом. Чтобы потом не возникло лишних вопросов.

— Прошлый Кай — останется в прошлом, — повторил я вслух. — Позавчера ночью родился новый Кай, Тобин… Теперь все будет по-другому, запомни мои слова!

— Надеюсь, оно к лучшему, — вздохнул толстяк, вновь печально посмотрел на свою пустую тарелку и почесал живот. Скривился, после чего неопределенно качнул головой за спину. — Как думаешь, Кай, мы сможем стать хотя бы на одну десятую такими же великими волшебниками, как основатели академии?

Этот вопрос Тобин поднимал уже не раз, и каждый раз ему требовалось подтверждение с вдохновляющим напутствием.

Итак, что бы ответил новый Кай?..

— Не знаю, как ты, а я по-прежнему собираюсь это сделать! — уверенно сказал я. — Более того, после пережитого моя решимость еще больше возросла. Держись меня Тобин, и скоро ты убедишься, что для нас нет ничего невозможного!

Последнее мое предложение прозвучало с глубоким подтекстом. Лояльность Тобина еще предстояло проверить. И если он пройдет проверку… Я смогу ему помочь, но не закинуть на вершину сразу. Прежде всего он сам должен захотеть и приложить все необходимые усилия. Путь наверх долог и тернист. Даже мне приходится идти на многочисленные жертвы, хотя казалось бы…

Лицо толстяка разгладилось, а глаза просияли.

— Я запомню твои слова, Кай! — бодро ответил Тобин, но спустя мгновение вновь скривился и схватился за бок.

На этот раз я обратил внимание, что держался он не совсем за живот.

— Я вчера на этого ублюдка Корвина опять натолкнулся… — отмахнулся он под моим серьезным взглядом. — Он так мне врезал в печень, что до сих пор отойти не могу.

— То-то я смотрю ты ел без особого энтузиазма…

Корвин — такой же, как и мы студент по квоте помощников-подопытных. Но в отличие от Тобина с Каем он быстро занял более привилегированное положение. Он всячески издевался над Тобином, перепоручал лишнюю работу… Иногда шпынял и Кая, хотя у того своих задир хватало.

…В этот момент у меня мелькнула идея. С чего-то ведь надо начинать… Я зловеще прищурился и повысил голос:

— Знаешь что, Тобин. Мне кажется этот Корвин совсем обнаглел. Вставай, нужно преподать ему урок, который он надолго запомнит!

Тобин аж всхрюкнул от неожиданности, повис на моей руке и оглянулся, будто боясь, что нас услышат.

— Кай, ты с ума сошел? — шепотом выдохнул он и напомнил. — Корвин же ученик с факультета боевой магии! А они такое уже проходили! Нам не привыкать… Да, иногда бьют, унижают. Но тот же Корвин весьма милостив, если давать ему конспекты и иногда делиться ужином! — последнее он произнес с едва скрываемым гневом, но потом резко остыл. — Да и что мы ему можем сделать, Кай? Он сильнее нас. Попытаемся побить вдвоем? Так он же потом своих дружков приведет, и они вместе отметелят нас до смерти!