Нет, какой бы ни была правда и мотивы, а память о Молли я буду хранить только хорошую. Эта женщина не бросила меня в трудную минуту и я уверенна ее забота была продиктована не только долгом и условиями работы, но и простым человеческим сочувствием. Такое сыграть невозможно.

— Я пойду, мисс Виктория, — Дороти явно чувствует неловкость — Если что-то нужно — дерните колокольчик и я сразу же появлюсь.

Девушка неловко указала на шнурок, около кровати и дождавшись кивка, удалилась. Оставшись одна я отбросила газету на кровать и снова погрузилась в тяжелые думы.

Очень хотелось пить, но я решила никого не дергать. Хватит с меня людей!

Правда они та не считали.

— Мисс Виктория, — в мою дверь снова постучали и та же Дороти спросила — Герцог Пембрук хочет вас увидеть.

Генри? Ох! С одной стороны мне хотелось его увидеть и обо всем расспросить, но в течении этих двух дней такой возможности не представилось.

С другой стороны....

О, Боже, я наверное ужасно выгляжу. Волосы грустными сосульками свисали с небрежного пучка на лоб, рубашку мне меняли два-три раза на день, но все равно я ощущала себя грязной.

— Дороти — хрипло позвала я служанку и та тут же зашла — Скажи его сиятельству, что я смогу его увидеть только через пол часа. И принеси воду для умывания, пожалуйста.

Служанка чему-то радостно улыбнулась и ответила:

— Конечно, мисс, уже лечу!

Хорошо! Приведу себя в порядок и можно поговорить с Генри. Дороти довольно быстро вернулась с новостями, что герцог Пемброк будет ждать столько сколько потребуется.

С собой служанка принесла таз с лавандовой водой и быстро обтерла меня, переодев в свежую рубашку и новое домашнее платье.

Вся процедура заняла не так много времени, но отобрала у меня большую часть сил.

Все таки температура не хотела отступать и я чувствовала себя ещё очень слабой.

Но сила духа победила немощность плоти и заняв положение на кровати полусидя я попросила:

— Пригласи герцога, Дороти.

Генри вошёл в мои покои с выражением усталости и напряжения на лице, будто за последние два дня ему довелось вынести не меньше моего. Но стоило ему встретиться со мной взглядом, как черты его лица смягчились.

— Как вы, Виктория? — его голос был удивительно мягким, и в обращении не было холодной отчуждённости, которую я привыкла слышать от него раньше.

— Спасибо, уже лучше, — солгала я, стараясь скрыть, охватившую меня дрожь от температуры, а вовсе не от его взгляда.

Генри на миг нахмурился, словно уловил, что это вовсе не правда, но промолчал, опустившись на стул возле кровати произнес:

— Я проследил за тем, чтобы вам здесь ничто не угрожало. Но мне жаль, что вам пришлось это пережить, Виктория. Этот дом… превратился в своего рода ловушку, — с горечью произнёс он, видимо, жалея, что не смог предотвратить трагедию с Молли и суматоху, охватившую поместье.

Я вздохнула, стараясь не позволить слезам снова подступить, и благодарно улыбнулась.

— Это не ваша вина, Генри, — тихо ответила я, изо всех сил пытаясь оставаться собранной. — Молли, она… просто я до сих пор не могу поверить.

Сущей неожиданностью было то, что Генри протянул свою руку и взяв мою ладонь чуть сжал мои пальцы. Как громом пораженная я подняла заплаканные глаза на него и он тут же ослабил хватку. А потом будто и вовсе передумав выпустил мою руку и откинулся на спинку стула.

Стало почему-то очень горько.

"Не хочу чтобы у вас возникли ложные надежды, мисс Эшвуд" — процитировала себе, отвесив мысленную пощечину, заставляя собраться.

— Есть кое-что важное, Виктория, к чему я хотел бы вас подготовить, — его голос вернул меня к реальности, и я выпрямилась, стараясь справиться с дрожью, охватившей меня. — Сейчас здесь в поместье находится маркиз Грейвс. Он прибыл сюда по поручению короны и ведёт собственное расследование по поводу произошедшего. Это поручение, увы, требует ваших ответов, и маркиз решительно настроен получить их в кратчайшие сроки.

Я кивнула, пытаясь возродить в памяти маркиза Грейвса… Ах да! Пожилой, коренастый лорд с пронзительным взглядом и седыми бакенбардами. Сказать точно где я его видела не смогу, но память услыжливо подбросила этот образ. Лорд одетый в праздничный камзол с государственными наградами.

Похоже мы были представлены на каком — то приеме, но где конкретно и кем... Этого я не могу вспомнить.

Я не была уверена в своем состоянии, но все же сказала:

— Я готова встретится с ним прямо сейчас.

Безрассудно, конечно же, но если это поможет разобраться в истории разрушившей мою жизнь и оборвавшей жизнь Молли, то я готова хоть сейчас поднятся с постели и пойти самой искать маркиза Грейвса по всему Эшвуд — Корту.

— Вы уверенны? — Генри с сомнением окинул меня, но я решительно кивнула.

— Да, я готова.

Генри с минуту смотрел на меня, словно оценивая, действительно ли я способна выдержать встречу в таком состоянии. Но видя мою решимость, он не стал возражать.

— Хорошо, — сказал он, поднимаясь. — Я попрошу маркиза подождать в кабинете. Мы поднимемся туда, как только вы будете готовы. Не торопитесь, Виктория, — добавил он с неожиданной мягкостью в голосе. — Я знаю, как тяжело вам приходится сейчас.

Я кивнула, стараясь сохранять спокойствие. Моя усталость и слабость отступали под натиском тревоги — чем больше я думала о предстоящем разговоре, тем труднее было дышать. Всё происходящее казалось каким-то туманным кошмаром, но это была реальность которую нужно принять.

Обыкновенные девушки благородных семейств не встречаются с дознавателями. Они не ездят в Уайтчепел, не подвергаются нападению преступников и их служанки не кончают с собой, когда их шпионская деятельность раскрывается.

Я искренне не понимаю, почему именно на мою долю выпало это все, но верю, что смогу вынести.

Генри задержался у двери на мгновение, будто хотел сказать что-то ещё, но потом просто кивнул и удалился, оставив меня наедине с моими мыслями.

Вскоре в комнату заглянула Дороти, готовая помочь мне подняться и привести в порядок перед встречей. Стараясь изо всех сил держаться достойно, я позволила ей помочь мне одеться и сделать причёску.

Когда я была готова, Генри ждал у двери, его глаза были сосредоточены и спокойны. Предложив мне локоть, он не стал дожидаться, когда я решусь положить свою руку на него и взяв мою ладонь опустил себе на сгиб.

— Я рядом, Виктория, — сказал он, и в его голосе звучала такая уверенность, будто он только что произнес клятву.

Мы подошли к двери кабинета, и я, чувствуя, как тревога медленно сжимает сердце, глубоко вздохнула. Генри рядом был тих и сосредоточен, словно перед битвой, но его присутствие придавало мне спокойствие.

Он открыл дверь, и мы вошли в кабинет. За столом сидел маркиз Грейвс — коренастый, с пышными седыми бакенбардами. Он больше походил на уютного дядюшку, чем на государственную фигуру, наделённую властными полномочиями. На первый взгляд его лицо показалось добродушным, даже чуть смешным, но это абсолютно ничего не значило.

На службу короне не берут просто так.

— Ах, мисс Эшвуд, — начал он с вежливой улыбкой, чуть приподнимаясь с кресла, чтобы поприветствовать нас. — Благодарю вас за то, что согласились на встречу, несмотря на обстоятельства. Позвольте выразить сожаление по поводу всех пережитых вами трудностей.

Я кивнула, стараясь скрыть нервозность, которая росла внутри, но присутствие Генри придавало уверенности. Я присела в кресло, а герцог расположился за моей спиной.

— Лэнгтон? — на лице маркиза Грейвса появилось искреннее недоумение.

— Я останусь, Чарльз, — ни на секунду не спасовал Генри.

— Я понимаю, Генри, — кивнул маркиз, но продолжил настаивать. — Но я должен поговорить с мисс Эшвуд либо в присутствии её опекунов и родственников, либо наедине. Таков протокол.

— Тогда впиши меня в этот чёртов протокол, Чарльз, — пожал плечами герцог. — В качестве жениха.