— Вы слишком поздно, — сказала фигура, и я узнала голос Селесты. — Круг уже в наших руках.

Я почувствовала, как кровь застыла в венах, но гнев вспыхнул, как пожар. Рейн шагнул вперёд, загораживая меня, его аура была как буря.

— Ты не получишь ничего, — прорычал он, его голос был холодным, как сталь.

Лиара встала рядом, её глаза сияли, как звёзды, и я почувствовала, как её магия окутывает нас, как щит. Император поднял руку, и руны на полу вспыхнули ярче, заставляя шпионов отступить.

— Аделин, держи кулон! — крикнула Катрин, бросая его мне.

Я поймала его, чувствуя, как его тепло обжигает пальцы. Я подняла его, и магия кулона слилась с моей собственной, создавая волну света, которая отбросила Селесту и её шпионов к дверям. Они закричали, отступая, но я знала, что это только начало. Кулон показал мне видение — тёмная пещера, где круг Велара пульсировал, как чёрное сердце, окружённое тенями.

— Я знаю, где он, — сказала я, мой голос дрожал, но был полон решимости. — Пещера за горами.

Рейн кивнул, его глаза горели.

— Тогда мы идём туда, — сказал он. — Вместе.

Император и Лиара встали рядом, их присутствие было как скала, на которую мы могли опереться. Мои друзья — Катрин, Кайрен, Мишель, Дариан — собрались вокруг, их лица были полны решимости. Мы были семьёй, и я знала, что вместе мы справимся. Кулон тлел в моей руке, как напоминание о нашей силе, и я чувствовала, как тепло моих малышей даёт мне мужество. Велар был близко, но мы были ближе — к победе, к нашему будущему, к нашей любви.

Я сидела в покоях Лиары, прижимая к плечу холодный компресс, который она настояла мне приложить после битвы в пещере. Боль всё ещё пульсировала, но магия Лиары смягчила её, оставив лишь тупое напоминание о схватке с Селестой. Окно было распахнуто, и мягкий ветер с гор приносил запах хвои и свободы, но моё сердце всё ещё колотилось, как после долгого бега. Круг Велара был уничтожен, но его тени всё ещё витали в моих мыслях, как эхо, которое не утихает. Кулон на моей шее больше не обжигал, но его тепло было постоянным, как напоминание о том, что мы ещё не в безопасности. Мои малыши шевельнулись, их тепло было как тихий шёпот, призывающий меня держаться.

Лиара сидела напротив, её серебристые волосы сияли в свете свечей, а глаза были полны тепла и тревоги. Она налила мне ещё одну чашку травяного чая, пахнущего мятой и лавандой, и я благодарно кивнула, хотя мои мысли были далеко. Рейн ушёл с императором в главный зал, чтобы обсудить, что делать дальше. Уничтожение круга было победой, но Велар и Селеста сбежали, и их планы всё ещё оставались загадкой. Я хотела быть там, с ними, но Лиара настояла, чтобы я отдохнула, и её мягкая, но властная улыбка не оставила мне шансов спорить.

— Ты была невероятна там, Аделин, — сказала Лиара, её голос был мягким, но в нём была сила, которая заставляла верить каждому слову. — Наши внуки будут расти, зная, что их мать — воин.

Я улыбнулась, но улыбка вышла слабой. Боль в плече напоминала о том, как близко я была к поражению. Селеста ударила меня магией, и если бы не Рейн и Лиара, всё могло закончиться иначе. Я коснулась живота, чувствуя тепло малышей, и мои глаза защипало от слёз.

— Я просто хочу, чтобы они были в безопасности, — прошептала я, мой голос дрогнул. — Велар… он не остановится, правда?

Лиара вздохнула, её глаза потемнели, но она протянула руку и сжала мою, её прикосновение было тёплым и успокаивающим.

— Велар силён, но он не сильнее нашей семьи, — сказала она. — Ты, Рейн, император, я, твои друзья — мы вместе, и это то, чего он боится больше всего. Круг был его главным оружием, и ты уничтожила его. Он ослаблен, Аделин. Мы выиграли время.

Я кивнула, но тревога всё ещё грызла меня. Дверь покоев открылась, и вошла Мишель, её рыжие кудри были растрёпаны, а на щеке красовался свежий синяк, но её глаза сияли, как всегда. За ней шёл Дариан, его меч всё ещё висел на поясе, а ухмылка была шире, чем обычно.

— Ну что, героиня, как плечо? — спросила Мишель, плюхаясь на диван рядом со мной. — Я думала, ты собираешься спалить всю пещеру!

Я хмыкнула, пытаясь скрыть боль за улыбкой.

— Я старалась, — ответила я. — Но Селеста оказалась быстрее.

Дариан прислонился к стене, скрестив руки, его глаза были полны гордости.

— Ты всё равно дала ей жару, — сказал он. — И мы все живы, так что это победа.

Лиара улыбнулась, глядя на нас, как мать, гордая за своих детей.

— Вы все молодцы, — сказала она. — Но теперь нам нужно быть осторожнее. Велар будет мстить, и он не станет ждать.

Я сжала чашку в руках, чувствуя, как тепло чая успокаивает дрожь. Мои малыши шевельнулись, и я знала, что Лиара права. Мы выиграли битву, но война была далека от завершения. Дверь снова открылась, и вошёл Рейн, его лицо было усталым, но глаза сияли, когда он увидел меня. Он подошёл, опустился на колени передо мной и взял мои руки в свои.

— Ты в порядке? — спросил он, его голос был хриплым от волнения. — Я не должен был отпускать тебя одну.

— Я не была одна, — ответила я, сжимая его руки. — И я в порядке. Правда.

Он кивнул, но его глаза всё ещё искали на мне следы боли. Лиара встала, её рука легла на плечо Рейна.

— Пойдёмте в зал, — сказала она. — Император хочет обсудить план. Аделин, ты с нами?

Я кивнула, игнорируя ноющую боль в плече. Мы все вместе направились в главный зал, где император уже ждал, стоя у стола, покрытого картами и свитками. Его глаза были холодными, как сталь, но в них была искра надежды.

— Мы уничтожили круг, — сказал он, его голос был твёрдым. — Но Велар готовит что-то ещё. Его шпионы замечены в северных землях. Нам нужно найти его, пока он не восстановил силы.

Я посмотрела на Рейна, чувствуя, как его рука сжимает мою. Мы были семьёй, и мы были готовы сражаться. Но тень Велара всё ещё висела над нами, и я знала, что следующий шаг будет ещё опаснее.

Я сидела в покоях Лиары, прижимая к плечу холодный компресс, который она настояла мне приложить после битвы в пещере. Боль всё ещё пульсировала, но магия Лиары смягчила её, оставив лишь тупое напоминание о схватке с Селестой. Окно было распахнуто, и мягкий ветер с гор приносил запах хвои и свободы, но моё сердце всё ещё колотилось, как после долгого бега. Круг Велара был уничтожен, но его тени всё ещё витали в моих мыслях, как эхо, которое не утихает. Кулон на моей шее больше не обжигал, но его тепло было постоянным, как напоминание о том, что мы ещё не в безопасности. Мои малыши шевельнулись, их тепло было как тихий шёпот, призывающий меня держаться.

Лиара сидела напротив, её серебристые волосы сияли в свете свечей, а глаза были полны тепла и тревоги. Она налила мне ещё одну чашку травяного чая, пахнущего мятой и лавандой, и я благодарно кивнула, хотя мои мысли были далеко. Рейн ушёл с императором в главный зал, чтобы обсудить, что делать дальше. Уничтожение круга было победой, но Велар и Селеста сбежали, и их планы всё ещё оставались загадкой. Я хотела быть там, с ними, но Лиара настояла, чтобы я отдохнула, и её мягкая, но властная улыбка не оставила мне шансов спорить.

— Ты была невероятна там, Аделин, — сказала Лиара, её голос был мягким, но в нём была сила, которая заставляла верить каждому слову. — Наши внуки будут расти, зная, что их мать — воин.

Я улыбнулась, но улыбка вышла слабой. Боль в плече напоминала о том, как близко я была к поражению. Селеста ударила меня магией, и если бы не Рейн и Лиара, всё могло закончиться иначе. Я коснулась живота, чувствуя тепло малышей, и мои глаза защипало от слёз.

— Я просто хочу, чтобы они были в безопасности, — прошептала я, мой голос дрогнул. — Велар… он не остановится, правда?

Лиара вздохнула, её глаза потемнели, но она протянула руку и сжала мою, её прикосновение было тёплым и успокаивающим.

— Велар силён, но он не сильнее нашей семьи, — сказала она. — Ты, Рейн, император, я, твои друзья — мы вместе, и это то, чего он боится больше всего. Круг был его главным оружием, и ты уничтожила его. Он ослаблен, Аделин. Мы выиграли время.