Странно, подозрительно!

И еще больше подталкивает меня к мысли, что все не так-то просто...

Два дня подряд я прихожу домой рассеянной и растерянной.

Почти ничего не готовлю.

Либо заказываю доставку, либо делаю что-то максимально простое: закидываю порезанные овощи в пароварку, отвариваю сосиски, достаю из холодильника хлеб, кабачковую икру, сыр, колбасу...

Вит не настаивает, не заставляет меня.

Видно, что он очень старается мне угодить.

А еще — очень переживает о чем-то своем, рабочем.

Я, честное слово, не лезу в это: мне неинтересно, да и не хватает ни сил, ни времени, ни ресурса, чтобы разбираться с его делами и проблемами.

Я с ним вообще почти не разговариваю.

Просто иду в комнату и ложусь в постель.

То, вымотанная собственными бесконечными мыслями, сразу засыпаю.

То подолгу лежу, читаю что-то на женских форумах, где делятся своими историями про мужнины измены, пока сон не победит окончательно...

В ночь между вторником и средой я засыпаю рано, а потом просыпаюсь посреди ночи, понимая, что голодна... живот прямо урчит!

Встаю с постели и шагаю в кухню.

Там натыкаюсь на Милу, которая стоит возле холодильника и уплетает бутерброды с хлебом и колбасой, которые прямо там на ходу и делает.

Просто берет кусочек хлеба из нарезки, потом кусочек колбасы из такой же нарезки, складывает их между собой — и сразу в рот.

Жует с таким аппетитом, что аж за ушами, как говорится, трещит!

— Вкусно? — спрашиваю, чувствуя легкий стыд: что я за мать такая, что не могу ребенка накормить нормально?! Погрязла в своих страданиях и совсем позабыла о быте...

— А?! А... да, вкусно, — отзывается дочь, оборачиваясь. — Будешь?! — и протягивает мне только что сделанный бутерброд.

— Нет, спасибо. Хочешь, сварю куриный бульон?!

— Ну... можно, — кивает она.

— Хорошо. Но придется подождать, — говорю я и наклоняюсь, чтобы достать из морозильной камеры кусок курицы и положить его в миску с теплой водой размораживаться.

— Я подожду. Все равно пока спать не хочется.

— И мне теперь не хочется... выспалась, — фыркаю, глядя на часы.

Три часа ночи.

Да уж. Режим сна ни к черту теперь.

Но ладно я! Я уже взрослая...

А вот что Мила не спит нормально ночью, меня очень расстраивает.

— Мне завтра ко второму уроку, — признается между тем она.

— Ладно... Чаю налить пока?!

— Давай, — соглашается она. — А я достану печенье.

— Только немного, — прошу я.

— Окей.

Мы с ней садимся за стол друг напротив друга.

— Ну, рассказывай, как в школе дела?!

— Если ты про записки, то они все еще появляются, — хмыкает Мила.

— Ясно... а в остальном?!

— Ну, типичные проблемы подростка, — она пожимает плечами. — И типичные учителя нашей школы, с которыми невозможно сладить...

— Например?! — хмурюсь я.

— Например, Борислава Витальевна поставила мне тройбан по физике за то, что я допустила всего одну ошибку в контрольной... Сказала, что ошибка слишком серьезная для четверки! Нормально, а?!

— Ну, вообще-то, это не очень правильно, — отвечаю я, разливая чай по чашкам. — Может, я поговорю с ней?

— Не-а, — дочь мотает головой. — Я уже исправила на четверку, решив аналогичную задачу.

— Умница.

— Ага... А Валерия Дмитриевна велела написать реферат про суфражисток на десять, блин, листов... Перебор, как по мне. Столько информации нет в интернете!

— Попробуй сходить в библиотеку, — предлагаю я.

— Мам, ты реально считаешь, что в библиотеке я найду что-то, чего нет в интернете?!

— Все возможно.

— Бред! Ну и еще Алина Игоревна...

— А она что?! — я сразу невольно напрягаюсь.

— Отдала тему для проекта, которую я мечтала получить и несколько раз об этом говорила ей, Ване Дмитриенко и Лесе Скобцевой.

— Обидно, — соглашаюсь я. — Но я уверена, вы с Катей найдете другую интересную тему.

— Может, ты поговоришь об этом с Алиной Игоревной?! — спрашивает дочь.

Я невольно смущаюсь и думаю про себя, что мне что-то совсем не хочется разговаривать с Алиной Игоревной.

Но вслух говорю иное:

— Ну... если тебе нужно... то я могу, конечно...

— Да, пожалуйста, — просит Мила.

— Окей, — я киваю, а потом быстро перевожу разговор на другую тему: — А с математикой как дела?!

Я следую гениальному совету своей гениальной подруги — и сплетня, которую я распускаю, распространяется очень быстро.

Пятница, суббота, воскресенье, понедельник, вторник.

Всего пять дней — в том числе два выходных! — а о том, что многоуважаемый Виталий Сергеевич Королев, директор элитной частной школы-пансиона «Scholars' Haven», изменяет своей жене, говорят уже все старшие классы: одиннадцатые, десятые, девятые и даже восьмые!

Еще немного — и информация потечет еще ниже, в седьмые классы, шестые, пятые... а потом и в начальную школу...

Малышне, конечно, будет совершенно неважно, кто с кем спит из учителей и администрации — они и не поймут-то ничего толком, — а вот их родителям... ммм, они наверняка будут в ярости!

Старшеклассники, ясное дело, не торопятся рассказывать предкам о происходящем, а вот дети младшего и среднего звена не смогут удержать в себе такую информацию... будет настоящий скандал!

А самое главное — в центре этого скандала окажутся Вит, его женушка и их драгоценная дочка.

Конечно, вредить Миле — это не то, что доставляет мне удовольствие.

Но ведь Вит наплевал на нашего с ним потенциального ребенка.

Почему же я должна поступить иначе с его ребенком?!

Отчаянные времена требуют отчаянных мер!

Пусть Мила страдает за грехи своего отца, пусть видит, как на нее косятся ровесники, пусть слышит, как шепчутся у нее за спиной, посмеиваются, пусть знает, что такое позор.

Вит, конечно, поначалу заподозрил, что это я распустила по школе сплетню, но мне удалось довольно быстро его разубедить: я выпятила обиженно нижнюю губу, посмотрела на него честным взглядом, сказала, что меня оскорбляют его обвинения, и он отпустил меня, сдался...

Может, и не поверил до конца, но отвалил.

А мне этого и достаточно.

Мне уже плевать, что он думает.

Плевать, любит ли он меня.

Потому что свой шанс он уже упустил.

Мне не нужен мужчина, который не способен взять ответственность за свою женщину.

Мне не нужен мужчина, который говорит, что любит, но по факту выбирает другую... жену... ту, которую презирает... но все равно не может от нее уйти... жалкий, слабый... убожество.

Сегодня у меня пять уроков.

Я прихожу в школу в приподнятом настроении.

Знаю, что сегодня я снова буду наблюдать за тем, как сплетня расползается по классам, обвивает каждого ученика, каждый кабинет, каждый урок, становясь новостью номер один, главной темой для обсуждения...

О, сладкая месть.

— Глава номер двенадцать. Поволжье. Географическое положение, природа и ресурсы, — говорю я громко, потому что знаю: если не рявкнуть — девятиклассники могут и учебники не открыть.

Ребята переглядываются, перешептываются, но в целом ведут себя довольно спокойно.

У меня хорошая репутация, дети меня любят.

— Даю вам пятнадцать минут на то, чтобы прочитать главу и законспектировать ключевые моменты по плану нашей таблички... Лопырев! Тебе нужно отдельное приглашение?!

— Нет, Алина Игоревна, — сконфуженный, Марат открывает учебник.

— Отлично. Я дойду до учительской — чтобы ни звука, ясно?!

Девятиклассники уверяют меня, что будут сидеть спокойно.

Конечно, это невозможно — как только я выйду за дверь, начнется болтовня, — но главное, чтобы не слишком шумно.

На самом деле, мне не надо в учительскую, только в туалет, потому что утром я выпила две чашки кофе — а от него постоянно хочется по-маленькому.