— Тесты могут ошибаться, — перебивает он. — Пожалуйста, сходи к гинекологу, ладно?!
— Ладно, — я опускаю голову, понимая, что разговор закончен.
— Потом поговорим еще раз.
Не поговорим.
Не о чем здесь больше говорить: Вит не прошел проверку.
Что я буду делать дальше, я пока не знаю, но ясно одно: эти отношения мне больше не нужны.
Все-таки мысли о том, что мне нужен другой мужчина, помоложе, желательно свободный, были правильными.
И пусть Леся утверждает, что беременность — это идеальный способ привязать мужчину, это срабатывает не всегда.
С Витом, например, не сработало.
Думаю, это значит, что я ему безразлична... что его не интересует ничего, кроме моего молодого свежего тела.
Ну что же, окей.
Тогда пусть дальше развлекается со своей старой, дряхлой, рыхлой Мариночкой Максимовной.
А я уйду.
Но сначала — отомщу.
На следующий день мы с Лесей встречаемся в кофейне.
Я рассказываю ей обо всем, что случилось, и она качает головой:
— Ну ты даешь! Умно придумала! Не беременеть по-настоящему, а только притвориться! Пять баллов!
— Спасибо, — отвечаю мрачно. — Только что толку?! Не сработало.
— Очень даже сработало, — отрицает подруга. — Ты узнала его реакцию.
— И его реакция — дерьмо, — фыркаю я.
— Что поделать... мужчины — трусы. Но не расстраивайся: сейчас мы подумаем, каким будет твой следующий шаг...
— Я хочу отомстить, — перебиваю я. — Максимально жестоко.
— Зачем?! — удивляется Леся. — Ты его так точно потеряешь.
— Я уже его потеряла. Знаешь, я поняла, что вот это вот все... как ты умеешь и делаешь... мне это не нужно. Соблазнить чужого мужа?! Окей. Увести его из семьи?! Почему бы и нет. Соврать о беременности?! Готово. Но терпеть мужчину, который меня не уважает, который плевать хотел на мои чувства, который ледяным тоном отправляет меня на аборт... Нет. Я не буду терпеть это, Леся. Знаешь, спасибо за совет с беременностью. Мне это глаза открыло. Мне больше не нужен этот мужчина. Я найду другого: того, который, узнав, что я беременна, поймает меня на руки и будет кружить, того, который в тот же день бросит свою жену и сделает мне предложение...
Меня как будто прорывает.
Я говорю и говорю.
Чувство, что я прозрела.
Леся слушает, смотрит на меня, и ее глаза становятся все больше и больше... она удивлена.
Она не понимает меня.
И я ее не виню: она-то отлично устроилась, я ей завидую.
Но во мне, видимо, больше гордости, чем в ней, и меньше покорности.
А может, ей просто повезло с мужчиной: не со всеми прокатывает то, что прокатило с ее муженьком.
Ну а Вит — мертвый номер, теперь я точно это знаю.
Он до последнего будет цепляться за свою Мариночку Максимовну, за ее целлюлитную жопу и обвисшие сиськи.
А быть его бесплатной ручной давалкой я больше не готова.
Я хочу отомстить — и потом гордо уйти.
— Как именно ты планируешь мстить?! — спрашивает Леся.
— Пока точно не знаю, — пожимаю плечами. — Но я придумаю какой-нибудь изощренный способ... поверь.
— Верю, — подруга кивает. — И если ты еще не решила, что все мои советы — полное фуфло, у меня есть вариант.
— Валяй, — невольно улыбаюсь я.
Конечно, я не считаю, что советы Леси — фуфло.
Я лишь считаю, что ее вариант действий мне не подошел... бывает.
— Ты говорила, что у Вита есть любимая дочь...
— Да, Мила, — я киваю.
— И что она учится в вашей школе...
— Да.
— Отлично. Распусти сплетни о вашем с Витом романе между ее одноклассниками. Пусть она узнает раньше, чем жена.
— Вит будет в бешенстве, — говорю я, а потом повторяю еще раз, громко и радостно: — Вит будет в бешенстве!
— Именно, — улыбается Леся.
— Изощренно! Спасибо, подруга! Так я и поступлю!
— Удачи, красотка, — хмыкает она, а я уже потираю руки.
24 глава. МАРИНА
Пять дней спустя.
___
— Уверена, что доберешься сама?! — спрашивает Вит, сдвигая на переносице густые брови.
У меня сегодня первый рабочий день после операции и небольшого больничного.
И обычно мы с мужем ездим на работу вместе, но не сегодня.
Сегодня я поеду как обычно, к началу уроков, а он — пораньше, на очередную встречу с кем-то из попечительского совета.
Что там за дела, я не знаю, да и не хочу знать.
Если правда рабочие — пусть решает, как и положено руководителю гимназии, я в это лезть и лишний раз волноваться не буду.
Ну а если не рабочие... скоро я и так об этом узнаю.
Потому что сегодня Аркадий Павлович должен предоставить мне отчет о недельной работе.
И станет ясно: изменяет мне Вит или нет.
Я, с одной стороны, конечно, надеюсь, что не изменяет, что все мои подозрения — это просто бред воспаленного сознания ревнивой женщины.
Но с другой стороны... я как будто бы и без всякой слежки, чисто на интуиции, чувствую, что он лжет мне, и мне просто нужно подтверждение этому, какие-то фото, видео, скрины переписок... что-то, во что я смогу ткнуть его носом, как нашкодившего котенка, и сказать: вот, смотри, я не сумасшедшая, а вот ты — действительно козел, как я и думала...
Но пока я лишь слабо киваю и улыбаюсь:
— Конечно, доберусь.
Виту надо отдать должное: все эти дни он очень заботился обо мне, приносил в постель лекарства, воду, чай, еду.
Заказал для меня еще один букет цветов.
Смотрел вместе со мной любимый сериал.
Ежедневно исправно возил в школу нашу дочь.
В общем, вел себя, как самый настоящий идеальный муж... и все это, честно говоря, тоже до сих пор вызывает у меня подозрения.
Он, конечно, и раньше был заботливым, но теперь... как будто грехи замаливает.
Рабочий день начинается как обычно, с той лишь разницей, что каждый класс, который приходит ко мне на урок, приветствует сегодня особенно радостно, все — ученики и учителя, — расспрашивают о моем здоровье, просят долго не стоять, быстро не ходить... в общем, берегут, словно я ваза хрустальная.
С одной стороны — приятно, конечно.
С другой — хочется уже забыть наконец о своей болезни и вернуться в привычный рабочий ритм.
Софа, моя подруга, тоже носится со мной, как с писаной торбой.
— Ну, довольно уже, — прошу я ее во время обеда, когда она вызывается вместо меня сходить в магазин за йогуртом, который я забыла дома. — Я и сама в состоянии.
— Тогда пошли вместе, — предлагает она.
— Пошли.
— От детектива есть какие-нибудь новости?!
— Сегодня должен прислать отчет.
— Ооо... надеюсь, все будет хорошо.
— Посмотрим, — отвечаю скептически. — В прошлую среду, когда прошло всего два с половиной дня слежки, он уже писал мне, сообщал, что пока все чисто, но я... не знаю... — мотаю головой.
— Не веришь?! — поджимает губы Софа.
— Да. Не верю.
— Ну и зря. Ты отзывы на него в интернете читала?! Пишут, что хороший детектив. Профессионал своего дела. Думаю, если он скажет, что все чисто, значит, так оно и есть...
— Угу, — я мрачно киваю.
Во второй половине дня ко мне на урок приходит девятый класс, в котором учится моя дочь.
Я начинаю занятие, но довольно быстро — и десяти минут не проходит с начала урока, — замечаю, что с детьми сегодня что-то не так.
Они слишком взбудораженные, слишком шумные.
А моя Мила, напротив, какая-то притихшая, сидит, втянув голову в плечи, опустив лицо, пишет прилежно в своей тетреди, словно ничего и никого вокруг не замечает.
Странно.
Надо будет поговорить с ней после урока.
Ну а пока делать нечего: я просто продолжаю занятие.
Вот только, стоит мне отвернуться к доске, как за спиной снова и снова раздаются смешки.
Наконец я не выдерживаю, оборачиваюсь:
