— О чем вы? — нахмурился принц. — Мы уже перевернули весь город…

— О чем? О вашей уникальной древней магии, ваше высочество! — в ярости перебила его королева Джослин и прошипела: — Вы же драк, если не ошибаюсь?

— Причем тут моя магия? С ее помощью я облетел всю столицу, заглянул в каждую дыру…

— Вы поражаете меня! — снова прервала его королева Варгоа. — Кто-то очень хорошо подготовился к похищению. У этого кого-то очень хорошо работает голова. В отличие от вашей. Но вы — потомок уникального магического существа! Драка! Одновременно огненного и водного фейри! А акори живой камень и он служит существам с водной магией. Так заставьте акори служить и вам! Он найдет своих собратьев, которые заключены в гарнитуре Беллы. Теперь все понятно? Не думаю, что ваша столица нашпигована кучей акори.

Эдуард недоверчиво молчал, одновременно желая и боясь поверить словам Джослин Варгоа.

— Чем быстрее вы заберете у Лилиан артефакт, тем быстрее найдете мою старшую внучку.

После этих слов уже через удар сердца огненный смерч вылетел в окно кабинета лорда Рида из здания службы теней. Переплетающиеся в ночном небе языки пламени стремительно приближались к гостинице «Надежда короны».

Лилиан Харрис уже ждала его в гостинице с кулоном, зажатом в маленьком кулачке. Красные воспаленные глаза уставились на него с отчаянием и надеждой.

— Я нашла его в вещах Бель, — дрогнувшим голосом тихо проговорила девушка, протягивая ему магическое украшение.

Он сжал в ладони кулон в золотой оправе на тонкой золотой цепочке и призвал древнюю магию, акцентируя внимание не на огненной его составляющей, а на, пока ещё чуждой ему, водной.

Постепенно, ощущая тайный восторг и радость, он почувствовал, как на его настойчивый призыв откликается магия дивного синего камня с тонкими красными прожилками.

Белла Харрис распахнула глаза и не сразу поняла, где находится. Девушка медленно села на узкой твердой кровати и обвела комнату взглядом.

Через узкое окно без шторы в комнату слабо пробивался дневной свет, другого освещения в помещении не было. Ни магического светильника, ни обычной лампы. Контуры узкого шкафа для одежды, небольшого комода с зеркалом и картину с унылым северным пейзажем она неожиданно узнала, и сердце испуганно замерло в груди.

Целительница медленно подняла руку, тонкие пальцы ухватились за манжету рукава элегантного костюма, сшитого для нее самой Мадам, сейчас ставшего мятым и несвежим, и нерешительно замерли. Но через мгновение девушка отодвинула манжету и хмуро уставилась на запястье — тонкий браслет, блокирующий магию, все еще плотно обхватывал его. Браслет уже не был неприятно холодным, как тогда, когда его впервые застегнули на её руке, и стал таким же теплым, как кожа.

— Думай же, Белла, как выбраться из этой ловушки! — пробормотала девушка себе под нос и невидящим взглядом уставилась на картину, вспоминая вчерашний день, сожалея, что случившееся с ней не обыкновенный кошмарный сон…

Когда она выбежала из здания службы теней, то тут же направилась к экипажу Харрисов, который ожидал её недалеко от входа. Путаясь в юбках костюма, забралась в салон, откинулась на спинку сиденья и замерла, зажмурив глаза и закрыв лицо ладонями.

От бега грудь высоко вздымалась, во рту пересохло, а душу и сердце разрывало от огромного разочарования. Прежде всего, из-за самой себя. Ведь она струсила. Не смогла признаться в том, ради чего столько всего преодолела.

Возможно, если бы лорд Рид не появился, она решилась бы. Но только возможно. Ведь при отсутствии лорда Рида холодный и равнодушный вид принца говорил о том, что он ни о чем не сожалеет, а она отнимает его драгоценное время.

Мучило то, что помимо трусости она оказалась слишком наивной. Почему она решила, что наследник трона страдает из-за того, что они не вместе? Во-первых, Эдуард не помнил того, что когда-то влюбился в нее. Во-вторых, ранее под личиной Себастьяна Роя ему нравилось дурачиться и играть роль влюбленного в нее джентльмена. И в-третьих, то невероятное притяжение к ней являлось результатом действия магии истинности. А между ними её больше не было.

И было ещё, в-четвертых. Он отказался от нее. Из благородных побуждений, но все же… И уже смирился с этим, о чем говорил ей спокойный взгляд темно-зеленых холодных глаз, непроницаемое мужественное лицо и губы, сжатые в твердую линию. Лицо наследника встало перед мысленным взором девушки, и Белла изо всех сил постучала в стенку экипажа маленьким злым кулачком. Но тот не двинулся с места. И пришлось постучать ещё раз.

— Ну же! Трогай! В гостиницу! Оглох ты, что ли⁈

И только в этот момент мисс Харрис вспомнила о коралловом гарнитуре. Артефакт, скрывающий её от всех и вся, был все ещё активен. Поэтому кучер не увидел, как она забралась в экипаж, и не слышит сейчас её постукивания — для него транспорт пока ещё пуст.

Девушка сняла кольцо с кораллом и ещё раз постучала в стенку, разделяющую её со слугой.

— Трогай! В гостиницу! — крикнула хриплым непослушным голосом.

Экипаж качнулся, медленно двинулся с места. Мисс Харрис вновь откинулась на спинку сиденья, когда вдруг одна из дверей распахнулась, и в салон ловко заскочил высокий мужчина в темной одежде. На миг сердце девушки замерло от недоверия и надежды. Возможно ли, что Эдуард Ветинг догнал её? Его высочество тоже был в темном.

Мужчина поднял лицо и уставился на нее очень знакомыми… карими глазами. А Бель ощутила громадное разочарование и безмерное удивление.

— Ну наконец-то, моя прекрасная Белла, мы встретились! — с явным удовлетворением и нескрываемой радостью выдохнул сэр Колин Мэрит.

— Мистер Мэрит, вы чересчур навязчивы и… — дрожащим от возмущения и недовольства голосом процедила целительница, но не успела договорить, так как заклятый друг детства ловко схватил её за запястье той руки, в которой она сжимала снятое кольцо с акори.

— Какой-то мудреный артефакт? — Мэрит ловко отобрал у нее украшение и внимательно рассмотрел его. — Акори? Надо же. Очень интересно. Значит, это с его помощью вы стали для всех невидимой? Ведь я следил за вашим экипажем и не заметил, как вы оказались внутри.

Мужчина без колебаний положил артефакт в карман черного сюртука.

— Что вы себе позволяете? — ледяным тоном процедила целительница. — Не хотите объясниться⁈

— Обязательно объяснюсь, — усмехнулся мужчина и широко улыбнулся белозубой улыбкой, однако его взгляд оставался холодным и цепким.

Под изумленным взглядом девушки, он схватил её за руку и защелкнул на её запястье тонкий браслет, который обжег разгоряченную после бега кожу холодом металла.

Белла с недоумением опустила взгляд, разглядывая неожиданное украшение. К её удивлению, совершенно невзрачное. И что это значит? Интуитивно браслет вызвал у девушки отвращение, но она постаралась не терять присутствия духа и осторожно обратилась к целительной магии. Однако та почему-то не откликнулась.

— Собрались накинуть на меня свою знаменитую сеть? — холодно уточнил Мэрит, мгновенно догадавшись о её намерении. — Не получится, моя красавица. На вашем запястье замечательное украшение. Можно сказать, что уникальное. Амагический браслет, блокирующий магию, который может снять только тот, кто надел его. И говорить вы пока, к моему величайшему сожалению, тоже не сможете. Временно. Побочный эффект данного мудреного артефакта.