Мисс Харрис тоже оторвала свои прекрасные голубые глаза от собеседника справа и с явным любопытством уставилась на него.

Их глаза снова встретились. И даже на расстоянии наследник почувствовал мгновенное и сильнейшее притяжение к Белле, от которого выворачивало суставы.

Показалось, что на лице девушки мелькнула растерянность, а в радужке вспыхнули золотые звезды.

Эдуард применил магическое зрение и понял, что это так и есть. А ещё заметил, как Белла до побелевших костяшек в тонких пальцах сжала столовые приборы.

— Я была права относительно этой девицы, — шепнула королева. — Бесстыжая кокетка. При женихе очаровывает других мужчин.

— Дело в магии сирены. И ты знаешь это.

— Какая разница, в чем дело? Разве ты о такой истинной мечтаешь? О сирене, кружащей головы другим? Посмотри, как её пожирают взглядами…

— Прекрати! — рвано выдохнул принц.

— Не смей так разговаривать со мной.

— Я ухожу.

Эдуард резко поднялся из-за стола, его интуиция кричала, что он должен немедленно покинуть помещение столовой.

— Уходи, — кивнула королева и властно проронила: — Но через час возвращайся в музыкальную комнату. Придут Ролден и Верт. Прощупаем последнего. Я начну игру «Вопросы — ответы». Ты же будешь следить за Вертом и тем, что он говорит.

Когда его высочество покидал столовую, чей-то взгляд прожигал его спину. Возможно этих взглядов было несколько, но один из них он чувствовал особенно.

Принц Эдуард Ветинг был почти уверен, что это глаза мисс Харрис поставили себе цель проделать в нем огненные дыры. Молодому человеку очень хотелось обернуться и проверить свое предположение. Однако невероятным усилием воли он заставил себя не оглядываться на ту, из-за поведения которой стремительно терял контроль над магией.

Эдуард с трудом не срывался на бег. Сдерживало лишь вбитое с детства правило, которое члены королевской семьи соблюдали с того момента, как начинали делать первые шаги, — нельзя терять лицо перед прислугой.

Как только принц свернул в очередной коридор, который вдруг оказался совершенно пуст, то громадное облегчение затопило каждую клетку тело. Наконец-то, эмоции можно было не сдерживать.

Кулак со всей силы налетел на стену, обитую нежно-зелеными шелковыми обоями с выбитыми на них королевскими астрелиями. Пока не сбил костяшки обо все астрелии, до которых смог дотянуться, Эдуард не успокоился. Но выплеск ярости не принес наследнику желаемого облегчения.

Вероятно, для последнего необходимо как можно скорее оказаться подальше от мисс Беллы Харрис. К тому же это необходимо, чтобы не испортить план Майкла Рида по поимке того, кто желал ему смерти.

Однако он нужен королеве. Здесь и сейчас. Значит, не может надолго исчезнуть. Но и видеть Беллу такой, какой та стала, моральных сил не осталось. Как и наблюдать за тем, как девушка кокетничает с Мэритом и другими придворными, а те поедают её взглядами.

Конечно, целительница не подозревала, кто он на самом деле. Но Эдуард почему-то был уверен, что, если бы девушка даже знала это, её это знание не остановило бы и не смутило.

Пламя охватило кисти рук…

Он с недоверием уставился на них. И все же магию удержать не смог.

Резкий запах серы заполнил ноздри, Эдуард замер у огромного зеркала в коридоре, завороженно уставившись на отражение. Глаза пылают сумасшедшим гневом, черты лица искажены от ярости, пальцы сжаты в кулаки.

Из груди рвался крик бешенства, который он подавлял с трудом. И все же он не справился… Пароксизм самой сильнейшей по силе ярости в его жизни спровоцировал… трансформацию.

Метаморфоза происходила помимо воли, теперь черты лица искажались не от ярости, превращая его в безобразное существо: тело вытягивалось, искривлялось, конечности удлинялись.

Осознание того, что именно с ним происходит, яркой вспышкой пришло из глубины сознания — древняя кровь тех, от кого когда-то произошел королевский род Ветингов, пробудилась.

Такими же вспышками пришли воспоминания об информации, полученной на уроках истории рода.

«… есть версия, что имя вашего рода „Ветинг“ — это измененное древнерейдальское „ветеенг“, что означает „драк“. Значит, вполне вероятно, что среди ваших предков были драки. Уникальные магические существа, одновременно водные и огненные фейри. Запомните, что, скорее всего, это истина, так как магия вашей крови уникальна и не похожа ни на одну другую».

Эдуард с диким напряжением наблюдал, как вместо безобразного существа в зеркальном отражении сплетаются огненные языки пламени, между которыми мелькали… водяные смерчи.

Невероятно!

Ковровое покрытие под ступнями превратилось в огненное море, которое тут же потушила вода. Вспыхнули шторы на окнах, шелковые обои в коридоре, но вскоре обвисли мокрыми бесформенными тряпками.

Стекла окон накалились, разлетелись вдребезги, и в сумрачное темное небо через окно королевского дворца огненной стрелой взметнулся смерч.

Насколько легко и властно магия древних драков овладела наследником Рейдалии, настолько же просто тот совладал с нею и подчинил своей воле.

В музыкальную комнату королевы Эдуард Ветинг входил с большим опозданием. Под пологом невидимости. Его высочество использовал особую магию рода, а не артефакт. И поэтому кровные родственники могли его видеть.

Встретив взгляд её величества Кассии Ветинг, полный упрека, мужчина лишь пожал широкими плечами. Потом он расскажет королеве и про проснувшуюся древнюю кровь, и про огненный смерч в комплекте с водной магией, унесший его на сотни миль от дворца, и о том, что пробудившаяся магия сожгла ментальные блоки, выставленные помощником аптекаря и скрывающие от него прошлое.

Он узнал обо всем, что случилось с ним за прошедшие семь лет. Почти обо всем. Поскольку иногда Энтони Дорнаг, внук герцога Дорнага, кровного врага Ветингов (теперь принц не сомневался в настоящем имени помощника аптекаря, только Дорнагу под силу то, что происходило) не блокировал, а стирал воспоминания. Но теперь Эдуард точно знал, что нужно делать. И кого на самом деле много лет назад выбрало сердце прекрасной Беллы Харрис.

Ролден и «Верт» находились в музыкальном салоне королевы, рядом с её величеством, в окружении прекрасной половины королевского двора.

Взгляд Эдуарда, помимо воли, сразу приклеился к мисс Харрис. Наследник не удивился, что целительницу окружила сильная половина придворной аристократии. Мужчины пожирали девушку глазами, не стесняясь скользили масляными взглядами по роскошным изгибам тела, соблазнительному декольте, совершенным чертам лица. Всем своим видом они показывали, что готовы выполнить малейший каприз красавицы, чем мисс Харрис вовсю и пользовалась, отправляя то одного, то другого джентльмена за какой-нибудь ерундой.

Его высочество заметил, что время от времени девушка бросала острые и быстрые взгляды в сторону компании королевы. И на входную дверь тоже. Сердце предательски замерло: не его ли выглядывала девушка?

На мрачное лицо Мэрита принц старался не обращать внимание, хотя ревность, огненными демонами беснующаяся в глазах соперника, доставила ему эгоистичное мимолетное наслаждение — ни он один дико ревнует Беллу.

— Мистер Верт, сэр Ролден, мои любезные друзья, составите мне компанию в игре «Вопросы — ответы»? — Веселый голос королевы отвлек Эдуарда от пристального созерцания мисс Харрис.

— Разве вашему величеству возможно отказать? — сдержанно отозвался помощник аптекаря.

— Леди и джентльмены, кто ещё желает составить нам компанию?

Желающие нашлись быстро. Вскоре небольшая компания из восьми человек приступила к игре.

Эдуард встретил мимолетный взгляд королевы, которым она просила его быть максимально внимательным.

— Итак, господа, сначала поклянемся говорить правду и ничего кроме правды. Таковы правила игры.

Эдуард внимательно уставился на Верта, замечая, как радужка глаз помощника аптекаря вспыхнула бордовым цветом. После мужчина сощурил глаза и бросил быстрый взгляд на Джона Ролдена.