— А класс какой? — ответ на этот вопрос я знал, это было проверкой.

— Ткашщь… Крышиных форм.

— В первый раз о таком слышу.

— Я шождаю крыш, — ответил он и продемонстрировал ладони, на которых очень быстро выросла крупная крыса размером с кошку и начала выдёргивать из его ладоней лапки, становясь полностью отдельным существом.

Действительно, очень необычный класс.

— Скажи-ка, Константин. А зачем вы на самом деле так хотели примкнуть к нашему отряду?

— Я нищего не жнаю. Я прошто выполняю прикажи хожяйки. Жа вшё отвещает она! Я прошто шлуга. Делаю што говорят. Не думаю шам.

— Я думал, вы группа наёмников.

— Да. Я штужу. Меня кормят. А правда, что хожяйка меня брощила?

— Сайна! — позвал я, зная, что её вездесущие дроны меня слышат. — Нашлись остальные?

— Кроме Константина остались ещё двое. Они спят сейчас. Остальных пока нет. Хотя здесь некуда сбежать, везде монстры. Внизу, в провале под нами, я ещё не расчистила, а наверху те вампиры и гоблины продолжают на нас пялиться. Про пожирателей вообще молчу.

— Получается, тебя бросили, — с сожалением сказал я. — И что нам теперь с тобой делать?..

— Я могу шлужить! — предложил крыс. — Я полежен. У меня ешть ошобые навыки.

— А что ты хочешь взамен за свою службу?

— Швободу, — удивил меня крыс. — Я бы прошто покинул твою штаю, когда мы выйдем наверх. Хочу швободу и жижнь.

— Интересные навыки, говоришь?.. — конечно, веры ему нет никакой, но интересно же, что там.

— Нажови вещь. Не артефакт. Любую.

— Интересно. Винтовка?

— Это прошто.

— Кровь ляпуса.

— Шлишком шложно.

— Понятно, никакого толку от тебя нет.

Крысы на голове у Константина зашевелились, и со стороны его жуткого тела послышался тревожный писк грызунов.

— Тамарскую волновую эми-гранату — предложила Белая.

— Шейшаш я ишщезну. Ненадолго. Появлюшь ждешь же, — предупредил крыс и, не дожидаясь моего ответа, провалился сквозь пол. Вернее, рассыпался стаей крыс, которых будто бы засасывало сквозь каменную поверхность, на которой мы стояли.

— Что ты ему заказала? — спросил я.

— Это экспериментальный образец, который обнаружили всего раз за всё время. Тамарцы почти не делали такого, у них технику сложно вырубить из-за силикатобиотиков. В основном такие вещи делают в конгломерате и у эридианцев.

— Ценный?

— Специфический, — покачала головой Белка. — Но очень редкий.

Я кивнул.

— Кстати, я ничего не хочу сказать, но теперь крыс тоже среди исчезнувших, — заметила из динамика дрона Сайна.

Но ждать долго не пришлось. Вскоре отовсюду стали появляться крысы. Они бежали мимо нас к той точке, где исчез проходчик, и сбивались в кучу. Константин вновь становился целостным существом. И теперь в руках он держал предметы.

Длинная чёрная винтовка с ярко розовым логотипом паука, металлическая сфера с бирюзовым светящимся поясом и нечто склизкое и пахнущее гнилью, размером с перепелиное яйцо.

— Где ты это взял? — спросила Белая, протягивая руку за сферой.

— Моя шпошобношть, — ответил крыс.

— Это проход в другой мир? Какой-то астральный осколок? — спросил я, беря в руки винтовку. — Интересное оружие.

— Это обычная штурмовая винтовка морранди, — сказала Белая. — Хорошая вещь, но для нашего этажа сильно устаревшая.

— Вжял первое, што попалош-щь, — пожал плечами крыс. — А это мой дар. Кровь ляпуша мне не доштать. Но я принёш равнощенный обмен. Я не желаю вражды ш вами.

Интересно, это он что ли так пытается откупиться? Мне даже немного неловко стало.

— Что это? — спросил я, не рискуя брать в руки эту зловонную мерзость.

Белая протянула мне руку. Я коснулся её и ощутил себя в её теле. Белая мифическая броня плотно облегала тело, а сердце сильно колотилось.

Перед глазами было системное оповещение.

Гнилостень [псевдонекротические квазирастения] (семя легендарного растения)

Создатель: Морион’дарк, речное индиго Геотермы.

Одно из шести проклятий дома Морион.

Отвечает на зов стихий: природа, тьма.

Свойства. Преобразует живое и мёртвое.

Выглядело как очень серьёзный подгон для специфического друида вроде меня. Жаба, хомяк и прочие присущие героям внутренние зверьки в один голос встали на сторону крыса. Если он не против работать с нами, то почему бы и нет? Тем более, что он не претендует на должность в Ордене, а просто хочет выжить и выбраться.

Однако состояние Белой было связано не с описанием подарка.

— Что случилось? — спросил я у неё, когда вернулся в своё тело сознанием.

— Просто тревожно на душе как-то, — ответила она.

А я вспомнил о говоривших то же самое Коте и Хантере. Мод на предчувствие опасности — один из самых распространённых в кошачьей генетике, которой они все обладали.

И ведь нельзя уйти отсюда, пока Сайна не проделает путь вниз мимо адамантовой паутины.

— Тия. Поднимай всех по тревоге, — спокойно сказал я. — Только тихо, если рядом враг, нельзя допустить, чтобы он узнал о наших приготовлениях.

— Из-за меня? — удивилась Белая. — Не стоит, у меня иногда…

— Ты уже третья, кто жалуется на это, — перебил я её. — Это не просто тревога. И эти сбежавшие…

Я обернулся к крысу. Тот будто почувствовал мой взгляд и инстинктивно отшатнулся.

— Ты точно не знаешь, где твои товарищи? Ты же понимаешь, что умрёшь первым, если что?

— Ешли это они, то они подштавили и меня, — ответил он. — Но мне они точно ничего не говорили.

Хитоми закрыла глаза и опустила голову в грибной шляпе. Крыс бегающим взглядом смотрел то на меня, то на Белую.

— Готово, — уронила в пол грибная девушка.

— Скажи-ка, Константин, а с какой целью ты плёлся сюда? Тебе твоя… кхм, хозяйка говорила, зачем вам мы? Скажи правду, и будем дружить. И мне плевать, как ты выглядишь, если делаешь свою работу. У меня в Ордене есть монстры Стены, беглые наместники Короля Механизмов и кого ещё только нет.

— Я не принимаю решений. Я прошто шлуга, который ни жа што не в ответе…

— Но ты и не говоришь напрямую.

— Он боится. Я чувствую это эмпатией, — добавила Белая.

— Нас, или… — начал было я, но затем увидел, как глаза крыса широко раскрываются от немого ужаса.

Затем по цепной реакции этот ужас передался Белой, а я резко обернулся, чтобы увидеть, как в самом центре лагеря, у терминала, из ниоткуда, в воздухе, появилась смазанная чёрная тень с огромными, ярко горящими розовым цветом гигантскими ножницами.

Резкий взмах, и часть растительной завесы у терминала была срезана.

Здесь ужас уже накатил на меня. Почему-то этот неразличимый силуэт чудовища с ножницами вызвал странный трепет, будто я на мгновение впал в ступор. Как ребёнок, который сталкивается с чем-то, что ему в силу возраста невозможно понять и сопротивляться. Как если бы из шкафа вышла реальная баба Яга с людоедскими наклонностями.

Вместе с зеленью вниз посыпалась и часть защитных листов терминала, обнажая зеркала. Чёрный силуэт сразу же растворился. Послышался звон металлических листов, падающих на камни. И следом — истошный крик Хантера:

— ИММУНДУСЫ!

— Бейте зеркала!!! — приказал я, и мой голос усилился криками четырёх тел Тии, а затем оповещение подхватили механизмы Сайны.

Но было уже поздно. В открывшихся зеркалах показались пожиратели имени. Наружу прошли толстые массивные руки безногих гигантов. Громадные тела не могли протиснуться в технические зеркала, служащие для работы терминала, но им это не стало помехой.

Толстые пальцы обхватили края зеркала и принялись растягивать их. И как бы странно это не выглядело, это работало! Будто зеркала терминала не реальные материальные объекты, а магические порталы, способные расширяться и изгибаться под любым углом.

Горло сдавил ужас от понимания того, в какую задницу мы попали.