— Да, но я тот, кто ведёт прислужников Его по путям Его, дабы выполнять требования Его.
— Что тебе нужно, голос из железной птицы?
— Укажи нам путь вниз, и мы пройдём по нему мирно, не враждуя с твоим племенем.
Шаман задумался. Ну давай же, беспроигрышная сделка! Просто отойди и ткни пальцем куда идти.
— Внизу живут нечистые. Это все знают. Ты и твоё племя — дураки, железная птица?
О как. Под нечистыми он видимо подразумевает пожирающих имя? Или ирреала? Скорее первое, ирреала мы видели всего одного, а пожирателей под нами полно.
— Такова воля Того, Кто Есть на Дне, — повторил я титул их неизвестного бога.
Гоблин снова задумался, затем ответил:
— Велико ли твоё племя? — спросил он. — И где есть ты сам?
Я подумал. Называть число побольше, чтобы они не думали, что мы лёгкая добыча, но так можно переборщить, и они просто свалят. Хотя, это тоже неплохо. Путь мы и сами найдём, это вообще не проблема.
— Столько же, сколько вас. Мы рядом. Твой ответ?
— Такова воля Владыки, — спокойно ответил гоблин. — Ты, должно быть, Тот, кто пришёл Кормить Его. Племя рыбьего сна никогда не встанет на пути Его Корма.
Что-то мне не нравится, как это всё звучит…
Гоблинов было тринадцать, считая шамана. Я оставил примерно столько же бойцов Ордена и отправил остальных в убежище. В случае необходимости, ещё призову.
После этого мы прошли через дверь в локацию, где находились гоблины. Она была достаточно большой и представляла собой осколки частично обвалившейся вниз площади. Между отдельными островками были натянуты верёвочные мостки. Таким образом, идти в комнату не хотелось ещё и по той причине, что на этом пути мы будем полностью открыты для гоблинов, вооружённых дальнобойным оружием.
Ушастые вели себя честно. Оружие держали опущенным и никакой агрессии не выказывали, хоть и смотрели пристально, не отводя взгляд.
Когда мы преодолели две трети пути, шаман отошёл от алтаря с рухлядью и направился вниз, навстречу нам. За ним пошли и его ученики, оставляя между собой и их наставником почётные метров пять.
Мы встретились там, где его участок локации встречался с остатками земляной насыпи поверх плит каменного пола той локации по которой мы шли. Гырнак, как его называли члены гоблинского племени, остановился перед нами, окинул изучающим взглядом и фыркнул.
— Ничего нового, нэк — послышался перевод фразы гоблина в наушнике.
— А что новое тебя интересует? — спросил я, и дрон Сайны воспроизвёл тоже самое на гоблинском наречии.
— Всё, что Он не поглощал. Но, видимо, ценность ваша вся заключена здесь, — он коснулся пальцем с длинным обгрызенным ногтем до своего виска.
— Ты покажешь нам путь вниз, к Нему?
— Вниз — да. К нечистым. Чтобы попасть к Нему, нужно спуститься ниже. На самое Дно мира. Но ты его пища. Он сам приведёт тебя…
— Что тебя смущает? — спросил я напрямик.
Гоблин посмотрел на меня, скривив губы.
— Ежели твоё имя сожрёт нечистый, ты не окажешься в теле Его. Если ты — Его пища, я не имею права допустить, что ты сдохнешь, нэк.
— А есть иной путь к нему?
Гоблин покачал головой.
— Нет пути. Ты прав, нэк. Не моего ума это забота.
— Позволь спросить, — не удержался я. — А в жертву вы приносили что-то новое?
— Конечно, — гоблин посмотрел на меня, как на идиота. — Он не любит вкушать одно и то же.
Интересная у них тут религия.
— И часто здесь появляются такие, как мы?
— Его пища? Иногда зовёт. Мой пра-пра-прадед говорил, что проводил таких, как вы.
— И как?
— Их разум сожрали те, кого нет.
А вот и ирреалы. Термин новый, но я сразу понял, о чём речь.
— Ты знаешь, где они водятся?
— Да. И мой предок знал. Такие, как вы, оскорбили его, и тот привёл их к тем, кого нет.
— И что потом?
— Его покарал Тот, Кто Есть На Дне.
— Значит, ты так делать не будешь? — спросил я.
— Если ты проявишь уважение, пища. У тебя есть что-то новое?
— А как узнать, что является новым для Него?
— Никак. Давай то, что новое для меня. А Он заберёт из этого то, что пожелает сам.
Я отправил Сильвану мысленный запрос наделать разного барахла и поискать, что у нас есть лишнего на складе, что может зайти за что-то необычное.
— Хорошо, я принесу тебе дары.
— Иди за мной, пища.
Шаман встал рядом со мной, рука об руку. Остальные гоблины сразу пошли за нами, замыкая шествие. Видимо, тут так заведено. Хотя это смотрится как готовность в случае чего ударить нам в спину.
Но признаков скорого предательства я не видел. Сайна через наушник сообщила, что гоблины обсуждают, какие мы все странные, и что это событие войдёт в их байки в будущем. Но вроде зуб на нас никто не точит.
— Скажи, пища, много ли ты пережил и много ли чувствовал?
Странный вопрос.
— Наверное, много.
— Какие они, верхние миры?
— Светлые, — ответил я первое, что мне пришло на ум. — Там очень светло. На самом верху свет сменяет тьму по кругу. День и ночь. Хотя, ниже есть миры, в которых Стена проигрывает те же циклы. Но настоящее небо — на самом верху.
— Должно быть, это печально, знать, что ты уже на самом верху и выше уже не подняться, нэк…
— Никогда об этом так не думал. Но вообще, наверное, можно улететь.
— И что там, если улететь?
— Космос. Звёзды… наверное. Есть ведь и другие миры, помимо Стены.
— Стихийные планы, — отмахнулся гоблин. — Видели, знаем. Вот бы принести Ему в жертву этот твой Космос…
В голосе послышалась мечтательность и искренность, какую в последнюю очередь ожидаешь от гоблина. Хотя, если учесть, что это религиозный фанатизм, то смотрится уже не так хорошо.
— Присоединяйся к нам и…
— Ты что, дурак? Я не пища.
Гоблины даже насторожились, будто я был близок к оскорблению их шамана.
— Расскажи мне о месте, в которое ты нас ведёшь, — поспешил я перевести тему, и шаман с удовольствием мне ответил.
— Дыра жирного схоля. Те, кого нет, сюда не заходят. Нечистые — не могут. Слишком большие, хаха! Хорошее место, чтобы познать страх, но остаться живым.
— А кто такой схоль?
— Тот, кто выкопал дыру, — ответил гоблин.
Мы вышли из этой локации и вошли в следующую. Здесь был тусклый мерцающий свет. Висели лампы неизвестного принципа работы. Что-то вроде камней, но мигали они будто нестабильное электричество.
Здесь же была и трава. Едва заметная, слабая и самую малость светящаяся. А дальше… о, мой старый знакомый — куст темновника! Давненько я их не видел.
Один из гоблинов, проходя мимо, сорвал с куста горсть ягод и закинул себе в рот.
Стена у локации, которая должна была граничить с соседней, в которую мы как раз шли, обрушилась. Две комнаты слились воедино — в теплицу под каменные лампы вошла плита с каменной кладкой под древние катакомбы. Полигональная кладка напоминала культуру ариан, но утверждать точно не берусь, слишком грубая обработка и слишком много времени локация была в таком состоянии.
— Это схоль, — сказал гоблин, указывая корявым пальцем в сторону того, что я принял за лестницу.
Когда-то это было гигантской гусеницей, но благополучно издохло и оставило после себя кости, на которые была натянута выцветшая пушистая шкура. Тварь застыла, будучи наполовину наверху, наполовину внизу, и таким образом стала естественной лестницей между этажами.
Чем это нечто было при жизни на самом деле — не рискну предположить. Я из любопытства запустил процесс ассимиляции и понял, что поднять и подчинить себе эту штуку будет тяжелей, чем лангольера в Оазисе.
— Это спуск схоля, — повторил гоблин. — Здесь мы уйдём, когда получим дары.
— Хорошо, — согласился я и через дыру в убежище начал доставать вещи, собранные Сильваном и теми, кто был с ним.
Старая рухлядь из испорченных поделок Сайны, необычной формы предметы, хлам со склада, который мы держали «на всякий случай», кое-что из оружия. Образцы вооружения некоторых рас, которые мы и другие проходчики находили в Стене и не использовали, так как были аналоги получше.
