– Бежим! – успела крикнуть я в полёте, повалившись на мужика. Он лишь крякнул подо мной.

Но и я не теряла времени даром. Резко перекувырнувшись, я попыталась удрать. Но меня за лодыжку перехватила крепкая сильная рука.

– Вы что творите?! – прошипела я ему. – Нас же сейчас сожрут!

– Смотри, – с ухмылкой кивнул он, глазами показывая туда, куда я даже обернуться боялась…

Я нервно повернула голову через плечо и круглыми от шока глазами узрела нечто очень странное.

Лавка… изогнув под немыслимым углом свои ножки, держала в них большой мохнатый веник, который непонятно откуда взялся, и сметала им грязь и мусор из злополучной кучи в совочек, который держала… ножка рояля.

– Держите меня, я падаю, – прокомментировала ровным голосом, чувствуя, как моя крыша тихо уезжает куда‑то в отпуск.

– Крис, сними меня, – взмолился Фриц, сидящий верхом на лавке. Бедный мужик вцепился в её края бледными пальцами и, кажется, боялся пошевелиться, словно под ним был не оживший предмет мебели, а по меньшей мере дракон.

Ковбой усмехнулся и демонстративно по одному пальцу разжал руку, которая держала мою лодыжку, а потом поднялся с земли и бесстрашно направился в сторону деревянных монстров. Но дойти не успел, потому как лавка под завхозом странно сжалась, пару раз дёрнулась, а потом ка‑а‑а‑ак оглушительно чихнула!

Бедный Фриц слетел с неё через голову и, сбив своим немаленьким откормленным телом Криса, вместе с ним рухнул в ближайшие кусты.

Тем временем рояль вывалил мусор из совка в ближайшую мусорку, бросил сам совок рядом и… протянув изогнутую резную ножку, осторожно погладил ею по… кхм… верхней части лавки, отчего та словно бы засветилась от счастья, радостно виляя кованой закорючкой снизу.

Я медленно поднялась с земли и медленно пошла на сближение с теми, кто, видимо, стал моими помощниками.

– Вы что… живые? – прошептала я поражённо, одновременно боясь и восхищаясь увиденным. Ещё бы! Вы когда‑нибудь видели, чтобы кованая металлическая закорючка на лавке виляла из стороны в сторону словно собачий хвост, ни на секунду не меняя своей целостности?! А как рояль убирается, видели? Вот и я не видела… до этого момента.

Услышав меня, предметы мебели дружно обернулись, если это выражение к ним применимо, и радостно бросились на сближение, радостно сшибая с ног!

– Погодите! – успела взвизгнуть я за секунду до того, как меня повалил на землю рояль и, радостно приподняв свою крышку, сыграл торжественный марш пожелтевшими клавишами.

Я настолько обалдела, что только через несколько секунд очнулась.

– А ну, слезь с меня! Невоспитанный!

Рояль явно обиделся, но послушно слез, сопровождая свои действия обиженным «ту‑ту‑ту‑ру‑ру…»

Меня же подхватил под мышки брат директрисы и вздёрнул вверх.

– Забавно, – резюмировал он. – А ты, ведьма, мне всё больше нравишься. Ты, часом, не блаженная?

– Что?! А я тут причём? – возмутилась недовольно, с некоторым страхом поглядывая на своих новых «питомцев».

– Да нет, всё отлично. Мне вообще кажется, что впервые за много лет в этой академии станет не скучно, – расплылся он в довольной улыбке. – Иринда, конечно, будет в ярости, но зато тако‑о‑ого студенты ещё никогда не видели.

– Может, ты уже уйдёшь на свои пары? – с надеждой уточнил завхоз. – Вот уверен, всё это из‑за твоего тлетворного влияния. До этого именно ты устраивал в академии хаос. Хочешь испортить нашу новую ведьму?

Я раздражённо вздохнула.

– Вы можете оба уйти? Помощи от вас никакой, а вот суету наводите будь здоров. Вон, у меня есть уже помощники… Вряд ли мы приберём всю академию, но хуже‑то точно не станет и…

Я махнула рукой в сторону рояля и его младшего друга, но, посмотрев туда же, испуганно икнула.

К нам из академии приближалась… мебель… разная…

Она выползала из всех дверей, проёмов, окон и щелей, а внутри академии медленно, но верно нарастал многоголосый визг…

Похоже, моя магия не осталась незамеченной…

– Восстание! – завопил Фриц, в панике носясь кругами по террасе. – Вызывайте магов‑боевиков из центра столицы! Академия в опасности!

– Стоять! – гаркнула я.

Остановился не только Фриц, на удивление, но и вся ожившая мебель. Остановилась и преданно, как мне показалось, посмотрела на меня.

В этот момент меня аж гордость взяла. Материнская. Вот знала я, что мебель из натурального дерева – моя стихия! Не вытуришь талант даже другим миром! Дерево меня всегда слушалось. И не важно, где я находилась. Теперь же, в тот момент, когда люди не могли или не хотели мне помочь, на выручку пришла именно родная стихия. Каждый предмет мебели был готов служить. Я чувствовала это всем существом. И вот ею я точно знала, как управлять. Точнее, даже не задумывалась об этом. Предметы мебели просто сами были готовы выполнять мои просьбы. Даже мысленные…

Те, что стояли ближе всего к нам, присоединились к роялю и лавке, наводя порядок на террасе. Лучше всех справлялась длинная деревянная вешалка – наклоняясь, она подцепляла валяющийся инструмент и мусор своими наростами и отправляла по местам. Или же передавала кому‑то более мобильному. Потому как на трёх милипусеньких ножках ходить было явно неудобно. Ещё и не быстро, к тому же…

Из окон начали выглядывать многочисленные студенты, ища причину переполоха. Ещё бы! У них парты и стулья украли!

Из самого широкого прохода к нам разгневанным шагом приближалась не кто иная, как сама ректор всея академии…

– Мадмуазель Елена! – грозно гаркнула она. – Потрудитесь объяснить, что за безобразие вы устроили?!

Я уже было открыла рот, как мне обзор перегородила голая и весьма хорошо прокачанная спина загорелого ковбоя.

– Иринда, разве не ты просила навести порядок? Зачем тогда мешаешь работе нашей новой ведьмы?

– Работе?! – прошипела она не хуже рассерженной кошки. Она пыталась обогнуть его огромную тушу, но, будучи ему буквально по грудь, не могла, даже встав на цыпочки, рассмотреть мою персону. – Крис, ты издеваешься?! Отойди немедленно!

– Я не могу! – приложил он руку к сердцу. – А вдруг ты её бить будешь? А я вас даже разнять не смогу, потому как ты – моя старшая сестра и можешь на меня маме пожаловаться!

Он как раз встал полубоком, так что я смогла увидеть вытянувшееся лицо директрисы.

– Что?! – она посмотрела на него так, что я на месте этого чурбана давно бы провалилась сквозь землю, но этой горе мышц было хоть бы хны… – Крис, ты в своём уме?! Почему ты вообще здесь, а не на своих парах?!

– Прогуливаю, – покаянно опустил он голову, но, посмотрев искоса в мою сторону, нагло подмигнул. Ну вот точно шкодливый мальчишка! Разве что язык не показал. Хотя… Кто его знает, что такой индивид выкинет дальше.

– Я тебя уволю, – сверкнула леди Мальмонель на него взглядом.

– Тогда уже я маме пожалуюсь, – расплылся он в чарующей улыбке.

Не знаю, сколько бы продолжалась их перепалка, если бы я, взявшись пальчиками за голый торс, – каюсь, не удержалась – не отодвинула в сторону ковбоя.

– Леди Мальмонель, в чём именно проблема? Вы хотите, чтобы к приезду проверяющих стало чисто. Я думаю, что станет, – я искоса взглянула на своих трудолюбивых помощников и мысленно скрестила пальцы, чтобы выглядеть уверенно. Потому как очень сомневалась, что смогу объять своими новыми слабенькими силами всю академию. Как, если я не представляю, что происходит за поворотом стены? Максимум, я могу попросить мебель помыть пол и стены. Но всё остальное… Ведь надо знать, что именно нужно исправить, чтобы это исправить! Но не говорить же бо этом тому, кто может меня уничтожить. Ой, то есть, простите, «уволить»… Хотя… Разве в моём случае это не одно и то же? Так что врём и не краснеем! – Это принцип моей работы, разве вам не говорили, что я управляю мебелью? Или есть что‑то ещё, чего я не знаю?

Директриса, частично вернувшая себе самообладание, которое она, если честно, теряла намного легче, чем я думала при первой встрече, надменно меня оглядела.