– Как вы посмели снять иллюзию со всей академии?! – прошипела она в ярости. – У меня сегодня назначен приезд проверяющих. Что мы им покажем?!

– Леди Мальмонель, прошу прощения, но я с трудом понимаю, о чём вы говорите, – я спустила ноги с кровати, понимая, что у этой женщины, фактически, есть возможность при большом желании закончить мою жизнь. Для этого достаточно поставить соответствующую печать на трудовом договоре. Так что, как бы мне ни хотелось выпроводить её из комнаты, приходилось сразу узнавать, в чём дело. – После нашей встречи вчера ночью я сразу пошла к себе и легла спать. Если за время моего сна в академии что‑то случилось, то не думаю, что это моя вина.

– Не ваша?! – прошипела она, а потом, словно фурия, подлетела ко мне и схватила за локоть, практически волоком таща за собой. – А это тогда что?!

Одним рывком она распахнула створки окна в спальне, ведущем на балкон.

– Мама мия… – от увиденного мой рот сам по себе открылся, а глаза стали «по пять рублей». – О‑о‑о…

– Вы ещё и издеваетесь! – вконец рассвирепела женщина.

– Да нет, я не издеваюсь, я просто… – покрутила рукой в воздухе, пытаясь найти достойное определение тому, что сейчас видели мои глаза. – Я не ожидала…

– Хотите сказать, что это не ваша работа?!

Не хочу. Уже не хочу. Потому что нарочно такое не придумаешь. Прямо перед входом в общежитие, взорвав тротуарную плитку, вырос… фонтан. Именно такой, как я и представляла, только больше. Намноооого больше. Он, словно гриб‑переросток, стоял перед самым входом, блокируя выход на улицу персоналу, и чашей тянулся к моему окну. Так, чтобы при желании я могла перелезть через бортик балкона и занырнуть в журчащую воду, словно в бассейн.

Мощная струя воды уходила прямо в небо, отражая свет солнца так, что при взгляде на падающие капли слезились глаза.

– Но я не понимаю… Как с этим… связано то, что теперь в академии нет иллюзии?

Ректор, уже успевшая частично вернуть себе самообладание, окинула меня презрительным взглядом.

– Мадемуазель Елена, вы полностью подчинили себе пространство академии. Точнее, всё то, что касается бытовой стороны её жизни. Иллюзия крепилась на отголоски прошлой бытовой магии, поддерживая видимость того, что она есть. Но сейчас старые отголоски развеялись, а коридоры нашего учебного заведения наполнились вашей силой и вашим контролем. К ним не прикрепить иллюзию!

Женщина старалась выглядеть строгой и невозмутимой, но глаза и проскальзывающие панические интонации в голосе выдавали её волнение. А я думала, её ничего не может вывести из себя!

– И что же можно сделать? – растерянно проговорила я, рассматривая собственное произведение искусства. Фонтан был красивым, но явно не к месту. И я поняла, что во мне только что в муках скончался ландшафтный дизайнер. Нет у меня таланта…

– Это ваша работа, – окинула меня ледяным взглядом директриса. – Проверяющая команда будет в Академии Искусств в полдень. До этого времени вы должны привести здесь всё в должный вид, иначе я буду вынуждена разорвать наш контракт. Честь академии для меня – превыше всего. Я не допущу, чтобы на неё упала такая тень. Успешной работы, мадемуазель.

А потом она ушла…

– Изыйди! – махнула я рукой на фонтан, чувствуя себя полной клушей.

Ожидаемо, никуда он не испарился. Я попробовала снова.

– Исчезни, растворись! Эники‑беники! Уходи!

– Какая забавная у вас магия, – мимо проплыл вчерашний ковбой.

Я вытаращилась на мужчину с голым торсом, который беззастенчиво купался в моём собственном фонтане на уровне третьего этажа над землёй!

– Вы… Вы что творите?! – горло перехватил спазм, так что я могла лишь хрипеть, пытаясь уложить в голове увиденное. – Нельзя, вылезайте!

– К вам в спальню? – оживился он, убирая руки из‑под головы и вставая на ноги. Сейчас воды в чаше было ему по грудь.

– Нет, наружу! – я возмущённо вытянула руку, пальцем указывая вниз, куда именно ковбой должен вылезти. – Идите по своим делам! Мне вчера сказали, что вы – магистр. Так вот, не подавайте плохой пример своим студентам!

– А‑а‑а, – тут же расслабился мужчина, снова ложась спиной на воду. – А я‑то думал… Да будет вам известно, что магистром я стану через час с небольшим. Будь здесь моя сестра, она бы сказала точное время, вплоть до секунд. Но даже если прикинуть примерно, у нас будет куча времени, чтобы поплавать. Так что это вы ко мне забирайтесь! Если ваше подсознание соорудило вам такой бассейн прямо перед окном, то значит, вы этого страстно желаете.

– Да за кого вы меня принимаете?! – возмутилась я, от злости и бессилия затопав ногами. – Идите отсюда!

Но ни вредный мужик, ни фонтан совершенно не собирались испаряться. Вот хоть садись и рыдай, потому что больше ничего просто не оставалось. Я растерянно осмотрелась, пытаясь понять, что делать дальше. И проворонила момент, когда абсолютно мокрый брат, как оказалось, директрисы, оказался на моём балконе, буквально в паре метров от меня. А когда я его заметила, то было поздно.

– Силу не получается обуздать, да? – на какой‑то миг показалось, что в его голосе промелькнуло сочувствие.

Я вздрогнула от неожиданности и поспешно отвела взгляд от мужского тела, облепленного лишь мокрыми штанами.

– Может, вы всё же оденетесь? – проворчала недовольно.

Мужчина хмыкнул.

– А могу я вас попросить о том же? Хотелось бы дать несколько советов, но мысли при виде вашего наряда постоянно съезжают немного в другую сторону…

Я растерянно посмотрела на себя и тут же ойкнула.

На мне была лишь длинная хлопковая футболка до середины бедра. Здесь она использовалась вместо нижних рубашек в комплекте с панталонами, подвязочками и так далее. Но так как спать во всём этом великолепии было крайне неудобно, я обошлась лишь одной деталью гардероба. Как по мне – весьма прилично – пятую точку закрывает, и ладно. Но, по меркам местных нравов, на мне был даже не разврат. А изврат какой‑то.

Ойкнув, я бросилась к шкафу, откуда в спешке начала выгребать всё подряд, выискивая хоть что‑нибудь приличное.

Сзади крякнул Крис, а потом, прочистив горло, проговорил:

– Вот, знаете… Я, пожалуй, всё же снаружи подожду. Ну вас в баню…

С этим многообещающим напутствием он вышел вон, а я растерянно поглядела ему вслед. Странный он какой‑то…

Ни о каком завтраке и речи не было. Я это поняла сразу, как только оказалась в коридоре.

Если моя комната была в нормальном, обычном состоянии (возможно потому, что её перед моим приездом прибрала Аннетта), то коридор…

– Мамочки! – я неверяще посмотрела на клубы пыли и грязи, практически ровным слоем покрывающие пол и стены. С потолка свисала длинная паутина. – Как это вообще возможно? Тут же месяца три всего ведьмы не было?!

Мужчина, которому адресовался вопрос, отлип от стены и сделал несколько шагов на сближение.

– Не совсем три месяца. Маривва под конец жизни была уже довольно слаба, да и зрение подводило, поэтому коридоры убирались через раз. В аудиториях ситуация получше, но не намного. Иллюзию Иринда настроила ещё при жизни ведьмы. Она помогала поддерживать визуальный порядок в те моменты, когда женщина себя неважно чувствовала или пропускала пару помещений во время очередной уборки.

Я покачала головой… Дааа… Подобного я и представить не могла…

– Как мне взять силу под контроль?

Крис пожал плечами.

– Точно не знаю, но предполагаю, что вы должны хотя бы попробовать.

Нахмурившись, я посмотрела на кучу пыли в углу, пытаясь визуализировать в голове, как она растворяется в пространстве. Но ничего не произошло. Впрочем, это было неудивительно – ведь фонтан тоже не исчез!

– Я бегу! Госпожа ведьма, я уже бегу! – навстречу нам на всех парах нёсся Фриц.

С прошлого раза я не видела мужчину и, честно говоря, думала, что он будет меня избегать. Но, как оказалось, толстячок вроде уже и не помнил, на какой ноте мы в прошлый раз расстались. Подбежав ближе, он вытащил из‑за пазухи корзинку, накрытую полотенцем, и довольно проговорил: