Когда я выпрямляюсь, готовая отпустить едкое замечание, он вдруг оборачивается. И тут я замираю.

Этот мужчина...

Он огромный, с внушительной фигурой, но не это заставляет меня оставаться неподвижной.

Это его лицо.

У него взъерошенные каштановые волосы и глаза настолько ярко-зеленые, что, кажется, они проникают в самую душу. А этот шрам... Четкая линия, рассекающая бровь надвое, придает его лицу смесь жесткости и загадочности.

Он смотрит на меня со странным, почти беспокойным выражением.

— У тебя проблемы? — спрашивает он низким тоном, эхом разносящимся по пустому коридору.

Мое сердце колотится все сильнее, я не могу пошевелиться, парализованная его взглядом. Его поведение вызывает дискомфорт, но я не могу отвести глаз.

Не дожидаясь ответа, он разворачивается и выходит из здания.

Я остаюсь стоять, пытаясь прийти в себя. В воздухе витает какой-то особенный запах — знакомый аромат, который я не могу определить. Запах осени и опавших листьев с ноткой пачули. Я уже чувствовала этот запах раньше, но не могу вспомнить где.

Встряхиваю головой, пытаясь избавиться от странного ощущения. Собираю бумаги, поправляю сумку и наконец направляюсь к «Мизери-Холл», все еще взволнованная, с мыслями, полными этого мужчины и его пронзительного взгляда.

Прежде чем отправиться в свою комнату, я решаю заглянуть на парковку за вещами. Мой «переезд» ограничивается одной сумкой через плечо и чемоданом на колесиках. Не так уж много, но это все, что мне нужно.

Вижу свой фургончик — он стоит на своем месте. Старинный красавиц цвета алой крови, местами покрытый облупившейся краской. Он перешел ко мне от дедушки, и хотя порой капризничает, для меня он — настоящее сокровище. Каждая вмятина, каждый звук мотора хранит свою историю, которую я не хочу забывать.

Я вытаскиваю чемодан из багажника и на мгновение замираю, оглядываясь вокруг. Кампус бурлит жизнью: студенты снуют туда-сюда, кто-то возбужден, кто-то явно нервничает из-за нового этапа жизни. Но мои мысли заняты другим.

Тот мужчина... Который толкнул меня у кабинета декана. В нем есть что-то знакомое, какое-то дежавю, будто мы уже где-то встречались. Его пронзительный взгляд, зеленые глаза... Я точно знаю, что никогда его не видела. Так почему же у меня такое стойкое ощущение, что он не чужой?

Встряхиваю головой, пытаясь избавиться от этого странного чувства, и возвращаюсь к реальности. Ключ в кармане указывает, что мне досталась комната номер 69. Цифру легко найти на табличках, когда я захожу в общежитие.

Внутри не менее шумно, чем на территории кампуса. Чемоданы сталкиваются друг с другом, раздается заливистый смех, а голоса первокурсников сливаются в единый оживленный гомон. Все спешат добраться до своих комнат, а я умело маневрирую в людском потоке. Предпочитаю лестницу вместо переполненного лифта.

Ступеньки ведут на второй этаж, который удивительно тихий — разительный контраст с суетой внизу. Медленно иду по пустому коридору, немного нервничая при мысли о новой комнате. Наконец останавливаюсь перед дверью с нужным номером — моим домом на ближайший год.

По привычке тихонько стучу. Может, моя соседка уже здесь?

В ответ — тишина. Наверное, еще не приехала.

Я вставляю ключ в замок, поворачиваю его и вхожу.

Комната простая, но гораздо более роскошная, чем я ожидала для студентки-стипендиатки. Две односпальные кровати стоят друг напротив друга, под каждой окном — письменный стол. В глубине комнаты виднеется дверь, ведущая, судя по всему, в ванную и туалет. Редкое преимущество в таких заведениях — обычно такое доступно только тем, у кого, как и у меня, блестящая успеваемость и стипендия, позволяющая претендовать на подобный комфорт. На губах появляется улыбка. Все бессонные ночи за учебой и упорный труд наконец окупились.

Я кладу свои вещи возле свободного спального места и подхожу к занятому. Хотя я еще не знакома с соседкой, быстрый взгляд на ее вещи уже рассказывает кое-что о ее характере. На стене висят черно-белые фотографии — то ли художественные снимки, то ли памятные моменты, сложно сказать. Ее кровать укрыта черным одеялом с изображением Уэнздей Аддамс, а вдоль шкафа выстроился ряд идеально выровненных кроссовок. У нее определенно есть вкус.

Меня охватывает огромное облегчение. Не придется делить комнату с одной из тех поверхностных девушек, что учились в моей старой школе. Здесь все иначе. Моя соседка, похоже, с характером, и хотя я ее еще не встретила, уже чувствую себя комфортнее.

Я падаю на свою кровать, глядя в безупречно белый потолок. Меня охватывает смесь усталости и удовлетворения. Первые дни, несомненно, принесут много сюрпризов, но я знаю: здесь смогу быть собой. Звонит телефон, и я спешу ответить маме. Мы обсуждаем мои первые шаги в этом удивительном месте.

Лили

Я не спеша распаковываю багаж, методично раскладывая каждый предмет одежды, книгу и вещь на свое место. Пространство в шкафу небольшое, но мне удается разместить свои наряды. Я страстный коллекционер необычных платьев. Те вещи, что большинство людей на дух не выносят и заталкивают в самые темные закоулки, я просто обожаю. Их отвергают за то, что они не такие, как все — совсем как меня.

Мне никогда не удавалось завести настоящих друзей. Были одноклассники, но ни с кем не сложилось глубокой дружбы. Моя застенчивость и странные увлечения — например, коллекционирование этикеток от сырных коробок — вряд ли помогали расположить к себе окружающих. Я привыкла быть одна, а после той истории на Хэллоуин стала еще менее склонной к общению.

Я встряхиваю головой, прогоняя эти воспоминания. Нельзя позволять прошлому омрачать мой энтузиазм. В конце концов, мне предстоит провести большую часть года в лучшем университете штата.

Взбодрившись, я застилаю постель, заканчиваю разбирать одежду и, опустошив чемодан, убираю его под кровать. Сумка находит свое место возле стола.

Затем я направляюсь в ванную освежиться после долгого пути. Холодная вода немного оживляет, разгоняя усталость, накопившуюся за несколько часов, проведенных в дороге.

Я живу в Рейвен Холлоу — маленьком городке, затерянном где-то посреди «нигде», примерно в шести часах езды от университета Гримвуд. Сказать, что я с нетерпением ждала отъезда — значит ничего не сказать. Родителям было гораздо труднее отпустить меня. Я понимаю их желание защитить и искреннюю заботу, однако их чрезмерная опека порой душит. Мне нужно было вырваться и найти себя вдали от их постоянного внимания.

Рейвен Холлоу — не то место, которое я особенно ценю. Некоторые находят очарование в его старинных зданиях и традициях, но для меня этот городок связан с более мрачными воспоминаниями.

Меня продолжает преследовать один кошмар — то, что я не могу забыть, даже спустя столько времени. Я выросла с ощущением удушья, с желанием убежать каждый раз, когда шла по этим пустынным улицам под сенью вековых деревьев.

Этот кампус, несмотря на свою странную атмосферу, стал для меня новым началом, шансом избавиться от этого груза. Да, я понимаю, почему родители так не хотели меня отпускать. Их тревога была оправданной. Но здесь, вдали от Рейвен Холлоу и его призраков, я наконец чувствую, что могу свободно дышать.

Я быстро вытираюсь и надеваю удобную одежду — льняные брюки и объемный свитер. С облегченным вздохом ложусь на кровать с книгой в руках. Университет оправдывает мои ожидания, и несмотря на странную встречу с тем мужчиной ранее, все, кажется, идет хорошо.

Погружаюсь в чтение, наслаждаясь моментом спокойствия. Когда я полностью поглощена историей, дверь резко открывается, заставляя меня подпрыгнуть. Входит девушка — ее внешность бросается в глаза: волосы цвета воронова крыла, темная помада, пирсинг в брови и полностью черный наряд. Без сомнения, она явно демонстрирует готический стиль.

Она даже не здоровается. Я смотрю на нее с любопытством и пытаюсь завязать разговор: — Привет, я Лили, твоя соседка.