— Ага, а то, что он не в ванной купался, а в бочку с яблоками залез. Как он сказал: буду чистым и покушаю заодно! Это по твоему нормально? — иронично изогнула бровь княжна.

— Ну-у-у, у каждого из нас свои недостатки, — парировала Альбина. — Толик вот храпит, но я все равно люблю его.

Парень в ответ поцеловал её в щёку, на что девушка широко улыбнулась и многообещающе посмотрела ему в глаза.

— А у вас весело, — улыбнулась Варя, для которой жизнь за Червоточиной была чем-то вроде сказки. — Хотелось бы и мне посмотреть на этого Хохмача.

— Лучше не надо, — хмыкнул Игнат. — Иначе тогда Костя его точно либо прикончит, либо переломает ему ноги, как уже грозился сделать, когда он заговорил, что командиру нужен гарем, ибо вождь без гарема и не вождь вовсе.

— Ну, девушка моему брату точно нужна, — лукаво стрельнула в меня глазами мелкая. — А то не дело это, такому красавчику одному ходить.

— У-у-у… — протянул Толик. — Слышала бы тебя сейчас Розали!

Пока ребята общались между собой, а Варя насела на Толика и вынудила его рассказать, кто такая Розали, после чего странно на меня посмотрела, я обвёл взглядом огромную залу.

Наш островок спокойствия никто не нарушал, хотя подойти желающих было много. С моего прилёта я то и дело ловил на себя взгляды аристократов, шепчущихся между собой и разбившихся на группы по интересам. Старшему поколению, конечно, дела до меня особо не было, у них свои заботы, хотя и их внимания я не избежал. А вот молодняк, в особенности девицы с матронами, прожигали мою спину взглядами. Но стоило посмотреть на них, как те сразу шушукались и смущенно хихикали.

Вот поэтому я и не люблю балы и подобные мероприятия. Лучше делом заниматься, чем тратить время на этот цирк.

Заметив в толпе знакомую супружескую пару, которую обступили другие аристократы, я поймал взгляд мужчины. С князем Шуйским после того случая мы больше не пересекались, дела с ним вели отец и дядя Жора, но последний в основном матом ругался при его фамилии.

Помнится его супруга меня приглашала в театр, который я так и не посетил. Не забыл, а банально не захотел.

Шуйский мне коротко кивнул, я ответил ему тем же, после чего князь глазами показал на один из балкончиков.

Хочет поговорить? Хм…

Я допил шампанское одним глотком, поставил бокал на стол и сказал ребятам, что отойду подышать. Сестра захотела со мной, но стоило ей увидеть Шуйского, который двинулся в ту же сторону, сразу всё поняла. Варя была умной девушкой. Ещё юной, неопытной и неискушенной в интригах, хотя матушка её натаскивала, но умной.

Людей на балконе хватало. В основной тех, кто вышел на перекур, а от запаха табака засвербило в носу. Я облокотился на перила и посмотрел на вечерний город, а князь не заставил себя сильно ждать. И стоило ему появится, как балкон довольно быстро опустел.

— Константин Викторович, — кивком поздоровался он со мной, встав рядом.

— Александр Николаевич, — согласно этикету чуть поклонился я. Не слишком низко, но и не оскорбительный кивок. — Рад встретится с вами на этом мероприятии.

— Взаимно, Константин, взаимно, — обозначил он радушную улыбку, но глаза были цепкими, внимательными к любой мелочи. — Наслышан о твоих успехах в Корпусе. Похвальное рвение продолжить службу и, более того, организовать свою команду. Мало кто решается на такой шаг, особенно с твоим происхождением.

Намекает, что мне, сыну графа, заниматься подобным слишком мелочно? Мол вон, есть свободные команды аристократов, которые исполняют волю рода.

— Трудности закаляют, ваша светлость, — невозмутимо произнёс я. — А моё происхождение сильно помогает на этом поприще.

— С этим не поспоришь, — улыбнулся Шуйский. — У твоего рода множество возможностей, с ними легче справиться с такой задачей, как собственная команда.

Мы могли ещё долго так расшаркиваться, но у меня не было особого желания сотрясать воздух просто так. Поэтому я решил сразу перейти к делу.

— Вы о чём-то хотели со мной поговорить, ваша светлость?

— Молодёжь, — со вздохом, укоризненно покачал он головой. — Вечно куда-то спешите. Сегодняшний праздник организован также и для тебя, Константин, зачем спешить?

Видя моё молчание и отсутствие реакции, Шуйский перестал улыбаться и сухо заговорил:

— Хорошо, Константин. К делу, так к делу. Я хотел поговорить с тобой по поводу случившегося в моём поместье в тот день. И предупредить.

А вот теперь интересно.

— О чём? — чуть наклонил я голову, прямо смотря ему в глаза. — И почему вы хотите предупредить меня, а не отца или генерала Артюшина?

— Потому что именно ты помог мне, а с твоим отцом и Георгием у нас… свои точки соприкосновения, — постарался он не поморщится, но глаз дёрнулся. — Нулевой Отдел не нашёл тех, кто стоял за терактами в Смоленске и нападением на мой дом. След ведёт в Германию, но там обрывается. Мои гвардейцы смогли при облаве захватить пленника и разговорить его. А предупредить я хотел тебя о том, что тобой заинтересована не только британская корона. Его сиятельство, граф Распутин, нанёс им удар и убил Карла Смита, но они не отступят.

Опять Германия. То самое дырявое покрывало, как её называл дядя Жора, где пересекались интересы многих государств. Значит, оттуда пришли Таящиеся, напавшие в поместье Шуйского? Но как? Их не могли доставить сюда без помощи со стороны, как и в деле с ублюдками в нападении в столице. Слепо верить князю тоже нельзя, но подумать над его словами нужно. Впрочем, он ещё не закончил и продолжил.

— Я не могу быть уверенным, кто именно помог террористам в тот раз и как с этим связан Хаос, — проговорил он, нахмурившись. — Поиски идут, Нулевой Отдел совместно с моей службой безопасности держит руку на пульсе…

— В Смоленске они вряд ли ударят повторно, — дополнил я за него. — Как и в столице. Я понимаю, о чём вы хотите сказать, ваше светлость, но мир не крутится вокруг меня. Да, убить меня они хотят, но главная задача не в этом, и вы это тоже понимаете.

— Война, да, — вздохнул князь, бросив взгляд на вечерний город. — Последние пять лет обстановка в мире становится всё напряженней, а с той стороны приходят донесения об усиливающихся нападениях тварей Хаоса на Цитадели.

Я напрягся и принял стойку, будто борзая, готовая к рывку.

— Где?

— Восьмой мир — Ронстрим, Цитадель «Свобода», — поделился со мной Шуйский, действительно, важной информацией. Вокруг нас с самого начала беседы висел полог тишины с часов князя от лишних ушей. — Я, как градоначальник Смоленска, обладаю частью информации. Не всей, что-то точно ограниченно, но мне известно об усиливающихся нападениях. Рейды в восьмом мире практически прекратились, все силы брошены на оборону. Твари давят их и очень сильно.

— И вы считаете, что это связано с активностью Хаоситов на этой стороне, как и обстановка в мире, — не спрашивал я, а утверждал. — Что-то ещё известно?

Вместо ответа Шуйский протянул мне флешку.

— Здесь всё, Констатин. У меня нет долгов перед твоим отцом или генералом Артюшиным. Их не было в тот вечер, а ты — был. И благодаря тебе удалось спасти множество жизней. Никто не обвинит мой род в том, что Шуйские не платят долги. Я знаю, что ты рвёшься сражаться с Хаосом. Знаю о твоих успехах и могу лишь догадываться, куда ты дальше пойдёшь. Информация на этой флешке есть только у меня, Нулевого Отдела и частично у Красного Корпуса. И у императора, разумеется.

Я взял флеш-накопитель и положил в нагрудный карман, чуть ли не через ткань чувствуя, как информация на нём жгла кожу.

— Благодарю, ваша светлость, — протянул я руку князю. — Больше между нами нет долгов.

Он улыбнулся, ответил на жест, а затем похлопал меня по плечу и произнес:

— Надеюсь на твои успехи, Константин. И буду очень рад за ними наблюдать.

Шуйский убрал полог и двинулся в сторону дверей балкона, а я смотрел ему вслед и думал.

Долг-то я ему простил, но можно ли верить тому, что на этой флешке?

Потому что Хаос не дремлет, а слуги его всегда умели скрываться под личинами тех, кто жаждал помочь…