— Попай выходил на связь? — бросил мужчина взгляд на девушку, которая до этого момента стояла столбом и никак не реагировала на разговоры. Белки её глаз закатились, на груди слабо сияло несколько кулонов, артефактов связи, которые работали в этом мире, но были слишком ограничены. А ещё быстро разряжались. Поэтому их использользовали редко и точно в нужный момент.

— Нет, командир, — невозмутимо ответила она. — Канал связи устойчив, но в эфире тишина.

— Думаешь, они провалились? — усмехнулся зам. — У этого Демидова был неплохой план, будет жалко, если облажается.

— Доверять пацану-новобранцу, — поморщился разведчик. — Это изначально была плохая идея.

— Но сам ты отказался рискнуть, — справедливо уколол его зам со всё той же усмешкой. — А план мальчишки подразумевал конкретный такой риск. Но если справится, будет ему честь и хвала.

— «Если», — никак не отреагировал на упрёк разведчик. — Я своими парнями не собираюсь рисковать из-за авантюр зелёных юнцов.

Их пикировку прервал мощнейший взрыв, от которого содрогнулась земля под ногами. Ткань шатра затрепетала от ударной волны, а на поле боя, словно бы, образовалась тишина. Выбежав наружу, каждый из ранее присутствующих в шатре, даже меланхоличная связистка, в шоке уставились на растущий до небес огромный гриб из пламени, чёрного дыма и пыли. Но ещё больше были удивлены сражающийся в первой линии обороны. Жуки замерли в нерешительности, словно кто-то оборвал им связь, а единый разум, контролирующийся королевами, дал сбой!

— Похоже, Попай психанул, — зам Тарасова сглотнул ком в горле. — А может это Перун вмазал…

Я не сразу осознал, где конкретно нахожусь и что происходит. В ушах стоял отдаленный шум, ничего кроме него слышно не было. Ноги и всё, что ниже живота словно что-то придавило, в горле першило от дыма, а перед глазами всё вокруг танцевало и плясало в отблесках огня.

— Кгха… кха… — прокашлялся я, стёр грязным рукавом слёзы и чертыхнулся от попавшей в них пыли. — Надо было поменьше камней брать… кха…

Краткий осмотр показал, что меня засыпало землей почти до самой груди. Ещё не похоронило, но очень близко. Вокруг валялись сломанные деревья, которые чуть ли не с корнями вырвало ударной волной. Куда не брось взгляд горело пламя, а густой дым застилал небо. Жуки носились, как ужаленные, не зная что им делать, но большая их часть уже подохла. Жужжащий рой и вовсе падал вниз из-за отравления, устилая землю хитиновым ковром.

Начинка в виде энергии смерти сработала, как надо. Был риск, что от взрыва создастся своего рода аномальная зона, где эманации смерти будут убивать всё живое, но огонь сдержал распространение и сделал его более точечным. Нет, умереть здесь и сейчас очень легко, даже мне, с аспектом смерти, поплохело, но когда пламя потухнет всё вернётся на круги своя.

Так, а где Попай?

— По-пай! — вновь закашлялся я, уже не думая о маскировке. У жуков были другие проблемы, им явно не до меня. — Чтоб тебя! Попай!

Я помнил, как нас подхватило ударной волной и хорошо прожарило. Всю спину словно стянуло и каждое движение отдавало болью. Я извернулся, коснулся спины и зашипел от боли. На ладони была кровь, смешавшаяся с грязью и сукровицей. Регенерация уже делала своё дело, но всё равно надо потерпеть. А ещё поесть. После такого забега жрать хотелось неимоверно.

— Попай! — крикнул я в поисках напарника.

Один жук всё же решил отличиться и, вскинув жвала, побежал на меня. Надо будет Михалычу потом спасибо ещё раз сказать, меч оказался хорош. Лезвие легко перерубило вначале две лапы, а затем вошло в пасть твари. Жук забился в конвульсиях и сдох, а хитин его почернел и стал разваливаться трухой от энергии смерти.

Разведчика я нашёл. Ему повезло меньше, чем мне и конкретно так досталось. Большая часть тела в ожогах, одежда буквально вплавилась в кожу кусками ткани, на голове видна глубокая рана, как от пореза, а в завершении его ноги раздробило куском дерева. Но он дышал, сипел и хрипел, но дышал. Его сердце почти не билось, но Попай ещё был жив.

Мне пришлось поднапрячься, чтобы аккуратно убрать толстый ствол, приваливший разведчика.

— Давай, Попай, — сухие губы слушались неохотно, жуки повсюду, а Перуна с остальными не видно. — Пора сваливать. Задачу мы выполнили.

Он ничего не ответил, только глаза едва-едва приоткрыл и посмотрел на меня мутным взглядом.

Крепко сжав зубы от боли в спине, я вскинул на себя Попая и пошёл в сторону наших. Медленно, едва переставляя дрожащие ноги, чувствуя боль в каждой клетке тела, которое всеми силами латала регенерация. Удивительно, что мне ничего не поломало, но трещины точно есть. В рёбрах как минимум, каждый шаг с ношей это чувствовалось.

Жуки не захотели отпускать нас. Возможно, контроль перехватила другая королева. На меня ринулась целая группа из восьми особей. Поджаренных и смердящих жжеными потрохами, но ещё способных доставить проблем.

Я цыкнул. Сражаться с Попаем на спине точно не вариант, опустить его на землю тоже опасно. Значит, пойду другим путём.

Меч воткнулся в землю на половину лезвия. Твари уже были близко, их верещание почти не было слышно из-за шума в ушах.

Моё ядро по объёму просело в одно мгновение на две трети от общего запаса, а ближайшему жуку не повезло. Из земли вылезла чёрная, словно обсидиан пятипалая конечность и раздавила его. Во все стороны брызнула зловонная тёмно-зелёная кровь, кусочки хитина разлетелись.

Похоже, у жуков опять мозги заклинило, либо королевы просто не поняли с чем столкнулись. Из земли вылезло три чёрных, двухметровых каменных истукана. Внутри их глубоко посаженных глаз бурлила чернота смерти, а аура могильного холода пробрала инсектов до дрожи. Пусть тех контролировали королевы, но инстинкт просто так не выключишь.

— Убить, — прозвучал короткий приказ и големы сделали синхронный шаг вперёд.

Вот только в отличие от обычных големов, созданных на основе одной лишь стихии земли, эти были очень даже проворны. Четыре жука сдохло практически моментально, они даже поцарапать големов не успели, а последних добили спустя пару секунд.

— Вы двое впереди, — можно было бы отдать команду мыслью, но сейчас так было проще. Хотя собственный голос доносился, как через толщу воды. — Ты — идёшь за нами. Людей не трогать, всех остальных убить.

Так мы и двинулись дальше в поисках выхода из этого средоточия огня и смерти. Големы шагали, распугивая своей аурой всё живое, а я тащил Попая и старался лишний раз не спотыкаться. В какой-то момент начала накатывать слабость, хотелось прилечь и отдохнуть, сбросить ношу, но я упрямо пёр вперёд, старался не обращать внимание на жар под ногами и закрывал собою Попая от ауры големов.

— … тя! Кос… слы… тя!!! — в какой-то момент показалось, будто меня кто-то зовёт, но это вряд ли. Если Перун и парни выжили, то либо искали бы нас, либо отступили. Мы с Попаем оказались в эпицентре взрыва, в натуральном пожарище среди пепла и смога.

Големы вдруг остановились и я чуть не врезался в одного из них. А когда поднял глаза от тлеющей земли, увидел грязного Перуна. Тот был бледным, подкопченным и ошалело вращал глазами, внутри которых то и дело вспыхивали молнии.

— Ко… слы… — быстро оказался тот передо мной и схватил за плечи. — … ны? По… ка… он?

— Не слышу, — собственный язык почти не слушался, а в горле пересохло. — Контузило…

Перун кивнул, а вскоре появились и два разведчика. В отличие от Шило, Маздаю повезло меньше, его рука была туго обтянута тканью и истекала кровью, да и сам вид… краше в гроб кладут. И ещё хуже им было от ауры големов, даже Перун с опаской косился на истуканов, но терпел холод смерти.

Я аккуратно передал свою ношу Саше. Тот быстро проверил состояние Попая, удовлетворённо кивнул, а мне пришлось перестраивать големов, чтобы их аура не мешала. Отпускать их ещё рано, мало ли что может ещё произойти и лишняя поддержка не помешает. Тем более, что Маздай уже не боец, я и Попай тоже, а Шило, судя по всему, словил сильное истощение. Вон, как его потряхивало. Один только Перун держался, но и для него бой и взрыв не прошли бесследно.