— Ужин? В смысле? Мы как бы и так…

— Не здесь, — покачал я головой. — Моя семья приезжает сегодня в Смоленск и какое-то время побудет здесь.

— Оу, — приподняла брови Мария. — Это из-за случившегося в столице?

— В том числе, — пойти бы ещё чая налить, но как-то лень. — Главная тема разговора — наша будущая команда. Нас не отпустят в Москву сейчас, всей группой, но уже нужно готовить почву, чтобы потом не бегать впопыхах. Думаю, желающих помимо нас будет достаточно и я хочу всё сделать заранее. Пусть на сборы я не попал, но Тимирязев обещал поспособствовать разрешению, вот и буду выбивать его. Что касается родителей, они хотят с вами познакомиться. Разрешение я в обед получу, его с утра сделают.

— То есть, — как-то опасливо сглотнула Аврора. — Мы будем ужинать с графом и графиней? Сегодня?!!

— Ещё Варя приедет, это моя сестра, — пояснил я. — А что такое? Чего вы так на меня смотрите?

— Да просто, это же… Ну… Демидовы! Ну то есть…

— Я тоже Демидов и что? — хмыкнул я.

— Ты их сын, а мы чужие люди, — взял слово Игнат. — Вот Аврора правильно переживает. Ты просто, возможно, не совсем понимаешь, Костя, но твой род в Российской Империи это большая величина. На уровне богатых и влиятельных князей.

— И тем тупее был поступок Дроздова, — хищно усмехнулся Толик. — Я больше чем уверен, твой отец теперь стрясёт с Дроздовых знатный куш. Или быть войне.

— Война, вряд ли, — поразмыслив несколько секунд, покачал головой я. — Да, он нанёс оскорбление и мой род ответит, но до кровопролития скорее всего не дойдёт.

— Ты так в этом уверен?

— Хм, — нахмурился я. — В большей степени, да.

Отцу не нужна война. Это издержки, траты, смерть людей и напряжение в стабильности. У нас как бы тоже есть недруги и такой повод укусить они не пустят. А вот наказать Дроздоввх иначе, с помощью связей, обширных возможностей и желательно так, чтобы не осталось даже шанса ударить в ответ, это да, отец так может.

И дело тут отнюдь не в трусости, как могло бы показаться, а в рациональности. Вырезать Дроздовых можно, но они не третьесортный род, у них тоже есть друзья, гвардия, статус и репутация. Когда кровь друг другу пускают какие-нибудь бароны это одно, но если начинают резаться графы и князья, тут уже начинает лихорадить всё государство.

— Блин, — выбила меня из мыслей Маша. — Вот не мог ты вчера сказать, Костя? У меня даже платья нет!

И тут началось…

Такой благоговейный ужас и решимость я не видел у наших девушек даже в сражении с Хаосом. Нас, парней, как-то сразу за бортом оставили и девчата принялись обсуждать, как подобрать платье без выезда в город, какое оно должно быть и… дальше я уже не слушал, слишком много ненужной информации.

— Женщины, — с видом познавшего жизнь мудреца вынес вердикт Толик. Ещё и несуществующую бороду пригладил, как это делал Лахима. И сам себе удивился, зачем это сделал. — А мы в чём пойдём, парни?

— Вот только давай ты не начинай, а? — Игнат ткнул в его сторону вилкой. — В форме пойдём. Форма мужчине всегда к лицу.

— Сказал качок поперёк себя шире, — весело хохотнул Толик. — Тебе уж точно форма идёт.

— А в глаз? — прищурился здоровяк.

— Так, успокойтесь, — хлопнул я ладонью по столу. — За внешний вид можете не переживать, форма одежды любая. Можете хоть в джинсах идти, никто вам ничего не скажет, но лучше так не делать. Матушка промолчит, но запомнит.

— Вот я и говорю, пойдём в форме, — кивнул Игнат и опасливо покосился на щебечущих девчат. — Если нас не заставят нацепить что-нибудь другое.

Я, конечно, предполагал, что так будет, но всё же надеялся на лучшее. Ещё вчера с отцом созвонился и он обрадовал новостью, что они с матушкой и Варей приедут в Смоленск погостить пару дней. Вот только было у меня предчувствие, что отца вынудили.

Меня и Олега нет, я в Корпусе, а он на Урале, вот Виктор и остался один против младшей сестры и матушки. Ещё и похищение с последующим нападением. В общем, сам этот приезд просто из желания повидаться со мной, ну и заодно, раз такое дело, познакомиться с ребятами, да.

— Ещё кое-что, — отобрал я чай у Игната и сделал пару глотков.

— Эй! — возмутился он.

— Как ты можешь пить с бергамотом? — поморщился я и продолжил: — Так вот, помимо родителей ещё дядя Жора будет.

Девушки сразу прекратили шептаться и синхронно повернули головы ко мне. Выглядело это… сюрреалистично.

— Дядя Жора это который генерал Артюшин, Костя? — елейным голосом, но с нотками угрозы, спросила Мария.

— Ну да, — почесал я затылок. — Он тоже приедет.

— Абзац, — хлопнула себя по лбу Альбина и судорожно выдохнула. — Ещё и генерал там будет.

— Да чего вы напряглись? — вскинул бровь Толик. — Вы и так красавицы у нас, вам хоть платье, хоть пижама, блистать будете.

— Вот и иди в пижаме! — припечатала Голицына. — Вы мужчины и вам не понять!

— Да всё-всё, — поднял он руки, признавая капитуляцию. — Не надо на меня волком зыркать.

— Демидов, ну ты… — покачала головой Аврора. — Подставил, конечно.

Я пожал плечами и ничего не ответил. А что им сказать? Что они просто так беспокоятся? Игнат прав, у нас есть парадная форма, можно пойти в ней и всё будет хорошо. Та же матушка и слова не скажет, наоборот ей понравится, но если девчата хотят платья, то пусть идут в платьях.

— Так, девочки, пошли, — командным тоном заявила Голицына и поднялась из-за стола. — До занятий ещё сорок минут!

В едином порыве женская половина нашей группы выбежала из столовой, оставив нас одних.

— Знаешь, Костя, они ведь не простят тебе такую подставу, — хмыкнул Толик. — Мог же ведь предупредить заранее.

— Толя, у меня младшая сестра и матушка могут одно платье часами выбирать, — посмотрел я на него с иронией. — Предупреди я их, они бы всю ночь не спали, а у вас ещё сегодня тренировка. А их маленькую месть я как-нибудь переживу.

— Хм, хитро, — кивнул Игнат. — Но почему ты не сказал нам?

— А что бы изменилось?

— И то верно, — вздохнул здоровяк. — Что-то я не подумал…

— Ты? И не подумал? — наигранно ужаснулся Толик. — Ты же мозг нашей команды, Игнатушка! Говорю тебе, Костя, это всё из-за Машки! Мозг нашего качка стал сбоить с её появлением!

— Нет, ну ты точно в глаз получишь! — потянулся к нему через стол Волков. — Тем более, ты сам не лучше! Вон, постоянно делаешь, что Альбина не попросит!

— Ничего ты не понимаешь, Игнатушка, это ход такой, тактический! — со смехом уклонился парень от широкой ладони, не дав себя сцапать. — Обмани противника, покажи ему, что он почти победил, а потом вырви победу из его рук!

— Это кто такое сказал? — усмехнулся я.

— Да какой-то китаец, — махнул рукой Толик. — Сунь Вынь, или Сунь Цзынь. Вроде бы там так было, но это не точно… Так что, учится тебе ещё и учится, Игнатушка!

— Всё, достал!

Волков выскочил из-за стола и ринулся на Толика, а тот со смехом, под хохот некоторых зрителей свалился со стула и кувырком уклонился. Затем вскочил на ноги и рванул на выход, а Игнат за ним.

Я взял полупустой стакан с чаем, который оставил здоровяк, допил его одним глотком и осмотрел оставленные ребятами подносы.

— И кто это будет всё убирать?

В самом сердце Корпуса, в его Смоленском штабе, жизнь как обычно била ключом. На меня никто не обращал внимания, занимаясь своими делами и куда-то спеша, а дежурный на первом этаже просто отметил в журнале время посещения и всё.

Поднявшись на нужный этаж, прошёл по практически пустому коридору. Один раз девушка с папками в руках выбежала из одного кабинета, мазнула по мне взглядом и забежала в другой, хлопнув дверью.

Я подошёл к двери без таблички и вежливо постучал, ожидая ответ.

— Входи, Костя! — раздался приглушенный голос Спицына.

— Здравствуйте, Евгений Евгеньевич, — поприветствовал я куратора. Тот зарылся в бумаги, хлебал, судя по запаху, кофе и был каким-то слишком взъерошенным.