Интересно, а чем люди-то тогда будут заниматься? Станут лишними? Илюха говорил, что это ерунда. Проблеме не одну тысячу лет. Как только появился прибавочный продукт, так она и возникла. И всегда решалась. Сначала перестал добывать пропитание вождь, потом шаман, затем воины вождя и ученики шамана и пошло-поехало. Как вариант, Илья предложил, чтобы все сгрудившиеся в Москве люди стали профессиональными киберспортсменами. А что, толково придумано. Искусственный интеллект под продукцию, произведённую роботами, эмитирует деньги и распределяет их в зависимости от успехов в убийстве виртуальных монстров или побед в виртуальных гонках.

— Смотри, куда идёшь! — высказала мне недовольство молодая мамашка, чей пяти-шестилетний пацан, разогнавшись на роликах таранил меня сбоку. Косплеит наших столичных электросамокатчиков. Какой-то я невезучий в этом плане, уже не первая авария. — Здесь ведь дети гуляют.

— Извините, — ответил, чем вызвал отпадение челюсти у девки, она ожидала чего-нибудь грубее с моей стороны. — Задумался.

Сказал бы я ей раньше так, что мало бы не показалось, да только теперь я культурный, интеллигентный молодой человек из самой столицы.

— Приезжий что ли? — посмотрела заинтересовано. — У нас тут с такой скоростью по тротуарам не летают. Прогуливаются.

— Это я уже понял. — машу рукой и действительно снижаю шаг, а то разогнался. — Удачи, пацан. — подмигиваю кое-как поднявшемуся на ноги мальчишке.

Вскоре достигаю перекрёстка с улицей Ленина. Тут наша местная достопримечательность — единственные на весь город пешеходные светофоры с зелёными или красными человечками. Если бы сейчас свернул под прямым углом, то через полкилометра дошёл до озера. Помню, в пору моего детства там всё было захламлено, туда свозили или сносили всё подряд, от дачных отходов до лысых покрышек. Но ещё до моего ухода в армию водоём почистили, а берег облагородили. Сделали дорожки, поставили беседки и скамейки. Тогдашнего мэра и его зама по строительству после этого посадили, говорят, много денег на обустройстве украли, но сделанное ими остаётся и по сей день. Во всяком случае пару недель назад я там с Юлькой в беседке сидел, пивко попивали, курили и любовались окрестностями. Потом пошли ко мне, но это уже не важно. Для решения второй моей задачи сегодняшнего приезда в родной город она совсем не вариант. Прилипчивая похлеще Олечки Ветренко, та даже рядом не стояла. Юлия, если что, может и в Москве достать.

Вот и главная площадь. Прошёл мимо своей гостиницы, миновал МФЦ — многофункциональный центр. В субботу работает. Зайти что ли, глянуть одним глазком на Вику Сажину свою первую серьёзную любовь? Зачем? Можно подумать, давно не видел. Да и нет той любви. Выбрала она Саню, да и правильно сделала. Он надёжный, спокойный, рукастый, весь ЖЭК на него молится, а то что туповат всегда был в житейских вопросах, так может ей с таким и лучше.

К «Жемчужине» подошёл уже полностью умиротворённый, гори они тётка со Светкой синим пламенем. В гробу я их видал. М-да, двусмысленное выражение получилось.

— Покормите? — спрашиваю у Витька-Бутылька, что-то считающего на калькуляторе смартфона за барной стойкой, очередного своего старого знакомого, на пару лет младше меня, но пару лет время в одной компании тусовались. — Что-то у вас тут народа совсем нет.

На самом деле в зале присутствуют трое посетителей, занявших столик у окна, но для заведения, рассчитанного на полсотни едоков, не считая семи мест у барной стойки, действительно, считай, что никого.

— Так выходной же, — охотно поясняет Витька, отрываясь от арифметики. — Учреждения закрыты, на бизнес-ланч приходить некому, а для отдыха и веселья к вечеру подтянутся. И вы приходите. Из Владимира?

— Немного подальше, — улыбаюсь. А он заматерел, уверенности прибавилось. Раньше каким-то мямлей был. Что ж, все мы с возрастом меняемся. — Так а сейчас-то покормите?

— Занимайте любой стол, — говорит появившаяся из двери за его спиной Наталья — так написано на бейджике у этой стройной, вернее, худенькой блондинки с топорщащимися под короткой причёской а-ля-мальчик ушками. — Сейчас принесу меню. — в её взгляде заинтересованность, а сама эталон обаяния и вежливости.

Раньше сидеть в «Жемчужине» мне ни разу не доводилось. Не по Сеньке шапка. И дорого тут для меня прежнего было, и публика мне не нравилась — городские чиновники, прокурорские, судейские, менты и местные бизнесмены. Так-то, при том, что цены в магазинах на продукты почти ничем от столичных не отличаются, общепит в Мухинске вдвое дешевле московского, но мой прежний потолок возможных трат — чебуречная у автостанции, надо было бы зайти туда, да ладно, обойдусь, и шашлычка на выезде из города в сторону Ярославля. Мы с братвой в тех заведениях обычно тусовались. Хотя я и туда не любил ходить, предпочитал всегда сам себе дома готовить.

— Имеется всё, что тут указано? — постучав по раскрытому меню, спрашиваю у официантки, стоящей у столика, сложив руки в замок ниже живота. — Или чего-то нет?

— Повара на месте, сготовят всё, что закажете. — отвечает, зачем-то слегка поворачивая тело туда-сюда. — Только придётся подождать.

— А что можно побыстрее получить из горячего, из первого?

— Быстрее? Суточные щи.

— Это вчерашние что ли? — удивляюсь. Меня просрочкой накормить хотят?

— Конечно, — теперь уже она удивляется. Иногородний парень одетый со скромным столичным лоском явно потерял в её глазах очки репутации. — Их всегда готовят накануне, заливают в термоса, а подают только на следующий день. Суточные щи на завтра сейчас только варятся, точнее, ещё пока бульон для них.

Вот ведь чёрт. Век живи — век учись. С этой мыслью сделал заказ и поел с большим аппетитом всего-то за восемьсот рублей с копейками. В столице в заведении примерно такого же уровня щи, антрекот с овощами гриль, салат цезарь с креветками, бокал пива и лаваш вышли бы раза в два дороже. Поэтому, рассчитавшись наличкой, тысячной купюрой из тех, что получил от Петьки Веселова, с лёгким сердцем сдачу всю оставил в качестве чаевых, чем снискал возвращение своей репутации в глазах Натальи на прежний уровень. Подозреваю, что поднялся в её глазах даже выше, но использовать свои паранормальные способности для уточнения этого момента не стал.

Чувствую, осоловел. Правильно, вчера поздно лёг, плохо спал, рано встал, да и поездка вымотала. А мне ведь сегодня ещё предстоит научить это тело плоской любви.

Да и прежнему мухинскому неплохо бы заняться самообразованием. Я же ни разу ещё не делал, как это принято у культурных людей, ну, там, ужин при свечах, шампанское, а перед этим в театр или ещё куда сходить с подругой. Нет, у меня всё накоротке происходило. Поговорили, договорились и в койку.

Здесь у меня, понятно, светское мероприятие не получится, но хоть что-то. Благо кандидатки в качестве партнёрш уже определены. И главная из них Зинаида, Зинуля. Не шлюха, а шалава. Для кого-то это одно и то же, а я разницу хорошо знаю. Меня прежнего Зинка и близко не подпускала, брезговала.

Ещё бы, она из интеллигентной семьи — мама завуч в нашем лицее, отец начальник участка в горэнерго, да ещё и срочку служил с нашим нынешним начальником ГУВД, до сих пор дружат, охота-рыбалка — всегда вместе.

Сама Зинаида закончила педагогический, но работать в школе не захотела категорически. Устроилась секретарём в администрацию и ведёт богемный образ жизни. Наша мухинская светская львица. С ней ещё постоянно Вика тусит, такая же шалава, только та не в моём вкусе — длинная, нескладная. На подиуме бы неплохо смотрелась, а в постели, ну её нафиг.

— Всё понравилось? — радостно спрашивает Наталья, чаевые она не приближаясь высмотрела. — Придёте ещё?

— Куда я денусь? — соглашаюсь. — Вечерком обязательно.

Сначала в парикмахерскую. Она совсем рядом, в том же здании, что и гостиница, только отдельный вход сбоку. Вот где ещё могут хорошо постричь всего за двести рублей? Других мест кроме Мухинска не знаю. Тётка-парикмахерша результатом своих усилий довольна, мне тоже нравится. С удовольствием посмотрел на своё отражение. И так симпатичный, а теперь ещё и аккуратный. Да, это не тот я, которого Зинка отфутболивала, со сломанным когда-то носом, суровым низким лбом и шеей, очень быстро и плавно переходящей в плечи, с наколками в виде перстней на двух пальцах левой руки и развязными манерами.