А после обеденного перерыва нашу группу ждала бомба или даже две, причём вторая оказалась намного мощнее первой.
Чуть задержавшаяся с возвращением Анна Николаевна явилась не одна, а в компании четырёх человек — двух девушек, похоже, выпускниц ВУЗов этого года, молодого мужчины лет около тридцати и совсем уж пожилого дяди, тому явно под пятьдесят, голова совсем седая, а спереди плешь, которую плохо скрывают зачёсанные на неё волосы, которые к тому же растрепались.
Коллеги, погруженные в дела, почти не обратили на спутников нашей королевы внимание, а вот я, кто, во-первых, уже выполнил свою дневную норму задач, и, во-вторых, вчера подслушал мысли начальницы обратиться к самой Альбине Маратовне, руководителю кадрового департамента, сразу же понял, кто это к нам пришёл.
— Внимание, — призвала своих сотрудников Анна Николаевна. — В нашей группе пополнение штата. Это четыре новых специалиста. Представлять их не стану, сами познакомитесь. Столы у нас есть, а компьютеры им обещали принести завтра с самого утра. Пока же, Ольга, — посмотрела она на Ветренко. — Выдай им все наши инструкции, должностные, по технике безопасности, регламенты исполнения и всё прочее. В конце дня они должны расписаться в журналах. Пётр Васильевич, вы примете у них зачёт и тоже распишетесь там же. Сообщаю, они все назначены на должности специалистов. Вижу вопрос, у нас только три таких ваканта. Отвечаю сразу, появился ещё один, потому что специалист Платов переведён на должность старшего специалиста группы.
Нет, я конечно уже ожидал подобного повышения, ещё со вчерашнего дня, только не думал, что всё произойдёт так быстро. А наша Аннушка весьма быстра и решительна в своих действиях. Надо же, как же мы все ошибаемся на её счёт.
В нашем отделе помимо руководящих должностей и пары делопроизводителей остальные — это либо специалисты, либо старшие специалисты, причём вторых раза в четыре меньше, чем первых, и зарплаты с доплатами почти на треть выше. У нас в группе старших всего три, и одна должность долгое время была вакантной. На неё все пророчили Филиппова, но старый начальник ушёл, новая притормозила все кадровые подвижки до того момента, как она сказала, пока не разберётся с тем, кто есть кто. Однако иного кандидата на этот вакант в нашем коллективе никто даже не предполагал. И вот начальница разобралась. Очень оперативно, надо сказать, и года не прошло.
На Игорька страшно сейчас смотреть. Если его сейчас кондратий хватит, я не смогу с ним посчитаться за всё хорошее. Впрочем, он тогда и не успеет сделать ничего плохого. Нет, выдержит. Он хоть и дерьмо собачье как человек, но удар держать умеет. Ах, как он сейчас на меня посмотрел. Чувствую, сердце моё запело. Съел, сволочь? Подавись! Остальные тоже пребывают в шоке. Ещё бы, такой прыти от бывшего лоха, без которого и жизнь плоха, никто не ожидал.
— А положение о деятельности организации им тоже дать почитать? — Олечка ко всему прочему у нас чемпион по задаванию глупых вопросов.
— Сказала же, всё! — скривилась Каспарова. — Платов, иди в департамент кадров, там распишись в приказе. Потом зайдешь ко мне.
Обе новенькие девушки смотрят на меня с уважением, уж не знаю, чего они там себе вообразили про мои достижения. Они невысокого роста, симпатичные, хотя не сказать, чтобы прям а=писанные красавицы. Причёски аккуратные, короткие, в очках явно без диоптрий, одежда — белый верх, чёрный низ. Видимо так представляют себе офисный дресс-код. На смом деле у нас конечно всё попроще.
И девушки и молодой мужчина лучатся удовольствием, улыбаются. Они поди давно уж смирились с тем, что сказанное после собеседования «мы вам позвоним» означает «пошли вон отсюда, вы нам не подходите», а тут вдруг колесо судьбы прокрутилось и стрелкой действительно указало на вызов в Инвест-гамму. Что же касается мужчины с плешью, то тут вообще ничего непонятно. То ли перевели откуда-то с понижением, то ли просто из другого подразделения назначили.
Так-то на нашем направлении деятельности с карьерой очень туго. Большинство уходит на пенсию с должности специалиста. Продвижения почти никакого, все руководящие должности часто достаются близким или дальним родственникам владельцев холдинга и входящих в него предприятий или протеже директората. К тому же, руководящих должностей в нашем департаменте не так уж и много, относительно общего числа работников. У нас в группе один начальник на пятнадцать человек, и это ещё хорошо. У тех же аудиторов вообще, то ли на двадцать пять, то ли и вовсе на тридцать. Это и мне надо учитывать для повышения своего социального статуса. Да, и материального конечно тоже.
Знакомиться с новичками, смотреть, как они делят свободные столы, мне некогда, приказ начальника надо выполнять, и я отправляюсь на выход, а затем по коридору к лифтам.
Кто-то из важных людей сказал, что кадры решают всё. Не помню, кто конкретно, Путин наверное, но у нас в холдинге реально так и есть, департамент Хусаиновой располагается аж на двадцать втором этаже. Выше только юристы на двадцать третьем и два этажа наших небожителей — директоров и владельцев с их аппаратами помощников. Там они все кучкуются, и те, кто руководит или владеет целиком холдингом, и те, кто командует предприятиями в него входящими.
Мне туда наверное никогда не попасть. Хотя слышал о случае возвышения простого парня вроде меня, не сироты, но от сохи, он занял кабинет на двадцать четвёртом через постель и последующий поход в ЗАГС с перезрелой дочерью директора «Инвест-гамма Страхование», став его первым заместителем. Есть масса работ и видов деятельности, которые по нормативным документам положено страховать. Вот владельцы холдинга однажды и подумали, нафига деньги на сторону отдавать? Прям как с нашим банком ситуация.
Руководить таким страховым агентством много ума не нужно, клиентов искать, мучиться над уменьшением страховых выплат и прочего. В общем, тот парень поди считает себя счастливчиком, ухватившим удачу за хвост. А как по мне, это позорище. В жизни бы не согласился на такой вариант, извёл бы своими комплексами и себя, и подругу, то есть, супругу. Не, это точно не мой вариант. Хотя с Аннушкой конечно же с удовольствием бы закрутил. Клёвая тёлка, если говорить о внешности. Так, не понял. Это во мне я-мухинский говорит? Что-то этот я сегодня часто высовываюсь. Наверняка влияние скорой разборки с Игорьком сказывается, там моя бандитская половина больше пригодится.
Ладно, вот и цифра двадцать два загорелась. Лицо серьёзней. Галстук? Нормально. Всё ж удобно, когда в кабинках лифтов ростовые зеркала. Одобряю свой внешний вид и выхожу в просторный холл с тянущейся вдоль стены стойкой, за которой сидят парень и девушка, как и во время моих предыдущих двух посещений этого департамента.
Первый раз я тут был на собеседовании по результатам отбора, и прошёл его вовсе не потому, что действительно имел лучший диплом и большие знания, чем мои конкуренты, а из-за того, что бывший детдомовец. Мне об этом прежний начальник группы Сергей Иванович поведал как-то на новогоднем корпоративе. Оказывается, у холдинга есть какие-то квоты на таких как я. Ну, мне обижаться на это, пожалуй, не следует. Пусть хоть так справедливость восторжествовала. А то взяли бы чьего-нибудь сынка или дочку, или просто тупо проплаченного.
Следующее моё посещение оказалось и вовсе коротким. Мне следовало только расписаться в договоре, вот как сейчас.
Направляюсь к стойке. Понятно, сама Альбина Маратовна меня знать не знает и видеть не должна. Это Анна Николаевна, как дочь подруги и даже какая-то дальняя родственница, при желании может в департаменте кадров любую дверь хоть пинком открывать. Мне же следует демонстрировать скромность, что я и делаю.
— Добрый день, — обращаюсь по центру между парнем и девушкой. — Начальник сказала, что я должен получить новую должностную инструкцию и расписаться в приказе о назначении старшим специалистом.
Думал, они отправят меня в какой-нибудь кабинет, а тут на удивление спокойно будто на кладбище, но нет. Девушка спросила:
