Правда, при этом артиллеристы линкора «Император Борус Четвертый» также открыли по нам огонь из всех своих орудий. Из которых лишь их самые тяжелые крупнокалиберные пушки, стоящие на нижней орудийной палубе реарского линейного корабля, могли добивать до «Красного принца». А более мелкие калибры лишь бессильно падали в море. Так и не долетев до броненосца. Впрочем, этот обстрел противника каких-то серьезных повреждений нам не наносил. Броню «Красного принца» круглые ядра пробить не могли, бессильно отскакивая от нее как горох.
А реарские сферические бомбы, начиненные дымным порохом, также оказались неэффективны. Ведь их чугунные, полые корпуса с пороховой начинкой лишь раскалывались от удара о бронированный борт, но не взрывались при этом. Кстати, одно вражеское ядро даже по нашей боевой рубке прилетело, где как-раз в этот момент находился и я. Но ее броню пробить так и не смогло, отрекошетив в сторону борта. Я тогда еще мысленно похвалил себя. Что все же додумался обезопасить командование нашего броненосца таким вот образом. А то меня нынешняя манера командования морским боем совсем не устраивала. Когда капитан корабля стоит на открытом со всех сторон капитанском мостике на корме. И его там не то что ядро, а любая случайная пуля или шальной осколок убить могут. И ведь гибнут. Очень много при этом командиров кораблей и адмиралов гибнет вот так по-глупому. Поэтому я убежден, что во время морского сражения необходимо командованию корабля прятаться вот в такой боевой рубке. Там то внутри уж побольше шансов на выживание будет.
Линейный корабль «Император Борус Четвертый» погиб в дымной вспышке взрыва его порохового погреба. При этом я даже и не понял, что стала тому причиной. Ведь этот реарский линкор уже вовсю горел к тому времени. Да, и наши артиллеристы его при этом продолжали азартно обстреливать. Огонь ли добрался до пороха? Или туда прямо в погреб влетел фугасный снаряд калибра триста пять миллиметров? А может быть это была круглая чугунная бомба, выпущенная из пушки калибра двести двадцать миллиметров? В любом случае, но пороховой погреб линейного корабля «Император Борус Четвертый» внезапно взорвался. В результате чего огромный деревянный линкор Реарской империи погиб практически мгновенно. И выживших реарских моряков при этом было крайне мало.
Такая быстрая и страшная гибель большого военного корабля сильно впечатлила реарского капитана, командовавшего линейным кораблем «Корона императора». И он решил не играть больше в героя, а начать спасать свою жизнь. Поэтому его линкор, следовавший ранее за погибшим так трагически и ярко «Императором Борусом Четвертым», резко отвернул в сторону. А затем лег на противоположный курс выходя из боя. И следовавшие за ним фрегаты «Палач», «Буреносец» и «Знамение» тоже повторили этот маневр.
Ведь капитаны этих кораблей не были идиотами. И на них также произвела впечатление такая вот демонстративная расправа одинокого корабля мятежников над могучими и многочисленными линкорами Реарской империи. Которые его даже поцарапать не смогли. Тут буквально весь привычный мир сегодня рухнул на их глазах. Ведь раньше эти люди были убеждены, что именно огромные и многопушечные деревянные линкоры являются королями морских сражений. А здесь прямо на их глазах мы порвали эти самые линейные корабли как Тузик грелку. Тут есть от чего впасть в панику и броситься в бегство. Есть! Ничего господа просвещенные мореплаватели. Вы у меня и не такое увидите еще. Дайте только срок.
И так просто отпускать этих бегущих в панике врагов я не собирался. На полном ходу мы бросились вдогонку. Стреляя из всех стволов. Поэтому линейный корабль «Корона императора» уйти от нас не успел. Наши артиллеристы очень удачно выбили у него паровую машину, лишив врагов хода. А когда мы проходили мимо обездвиженного линкора. То по нему еще пару раз успели отработать и наши пушки правого борта. После чего на «Короне императора» благоразумно спустили флаг, показывая, что они сдаются. Реарский капитан в этом случае выбрал жизнь, вместо бессмысленного сопротивления. Ведь мы бы этот линкор просто издалека расстреляли, не входя в сектор стрельбы его бортовых орудий.
Мы притормозили, чтобы спустить на воду шлюпки с призовой командой для этого сдавшегося линкора реарцев. Поэтому сбежавшим фрегатам противника за это время удалось уйти довольно далеко. Кстати, вторая колонна вражеских кораблей, которую возглавляли те самые парохода-фрегаты «Завоеватель» и «Шторм», тоже благополучно слиняла куда подальше. Видимо, капитаны тех парохода-фрегатов и так не желали лезть под ужасные орудия нашего броненосца. А когда еще увидели, что все великие и ужасные реарские линкоры погибли или спустили флаг. То у них не осталось никаких сомнений, что отсюда надо сматываться и поскорее. Поэтому и вторая вспомогательная колонна реарских военных кораблей также героически отступила.
А мы тем временем подсчитывали потери и повреждения. Когда мне сообщили, что у нас на данный момент имеются лишь шестеро убитых и одиннадцать раненых. А из повреждений враги только слегка покорёжили такелаж на мачтах «Красного принца». Да одно вражеское ядро каким-то образом умудрилось попасть по стволу орудия в носовой башне. В результате чего от кончика ствола нашей пушки оторвался кусок. И вести огонь из нее стало опасно для жизни. Но пушка во второй башне все еще была в рабочем состоянии. Да, и орудия на нашей орудийной палубе тоже были в порядке и готовы к стрельбе.
Вот и все! Других повреждений у нашего броненосца не имелось. Поэтому я решил продолжить это избиение младенцев и ломание шаблонов у местных мореплавателей. Я уверен, что это наше морское сражение при порте Драйсе впоследствии войдет во все учебники по тактике морских сражений. И по нему потом будут учить будущих капитанов и адмиралов, как броненосцы могут эффективно воевать против деревянных кораблей. Ну, а пока стоит нам продолжить.
При нашем приближении к гавани порта Драйса мы увидели все то же множество транспортных кораблей реарцев. И они все также продолжали высаживать войска на берег. Были тут и три винтовых фрегата «Палач», «Буреносец» и «Знамение», которые ранее на полных парах драпали от нас с места недавнего морского боя. Сейчас он были здесь и наводили среди гражданских судов какую-то суету. Видимо хотели предупредить их об опасности. Кстати, тут еще были те шлюпы и пара корветов, которые всю эту толпу реарских транспортов и охраняли. «Красный принц» появился внезапно и начал сеять хаос и панику в рядах врагов. Впрочем, нам никто особо и не препятствовал. Ведь те военные корабли реарцев, что тут к этому моменту имелись даже и не подумали бросаться, нам наперехват и вступать в бой.
Вместо этого они просто начали трусливо разбегаться в разные стороны, сея панику и неразбериху среди своих транспортных судов. В результате чего и все реарские пароходы с парусными клиперами тоже стали разбегаться кто куда. Выгружать войска и припасы на берег они конечно при этом прекратили и стали просто спасаться бегством. В ходе этого неконтролируемого и панического бегства несколько кораблей столкнулись между собой. Четыре транспорта и винтовой фрегат «Буреносец» выскочили на отмель. И были потом нами захвачены. А еще семь пароходов и два клипера сдались на нашу милость. Там хватало даже одного пушечного выстрела из пушки калибром двести двадцать миллиметров перед носом такого судна, чтобы эти безоружные корабли Реарской империи просто останавливались и спускали флаг.
А вот остальные вражеские корабли к сожалению смогли от нас удрать, воспользовавшись царившей неразберихой. Мы просто физически не могли угнаться сразу за всеми ними. Слишком уж много целей в этот раз было в море. Поэтому части врагов все же в этот раз удалось благополучно скрыться. Кстати, им в этом в том числе помогли и сумерки, спустившиеся на море. В наступающей ночи видимость значительно ухудшилась. Поэтому я распорядился прекратить поиск и преследование кораблей противника. Так закончилось морское сражение при порте Драйсе.
