Ксюша сияла. Ее план «Вынужденный романтизм» сработал.

Свидание состоялось в уютном ресторане, который… оказался переполнен детьми. Ксюша «забыла» предупредить, что в этот вечер там проводился «Праздник непослушания» с аниматорами, сахарной ватой и массовыми танцами.

— Идиллическая атмосфера, — съязвил Артем, протирая салфеткой брызги газировки от бегающего ребенка. — Как раз то, о чем я мечтал.

— Не волнуйся, — успокоила его София. — По крайней мере, здесь тебя не укачает.

Их уединение длилось ровно до того момента, как Ксюша, сидевшая за соседним столиком с гидом (который уже смирился с своей судьбой), решила, что пора «подлить масла в огонь».

— Смотрите! — крикнула она, указывая на пару в углу, где мужчина делал женщине предложение. — Как романтично! Может, и вы, папа?

Артем посмотрел на влюбленную пару, потом на Софию, потом на Ксюшу.

—Если я сейчас встану на одно колено, — сказал он мертвым голосом, — то второе останется в этом ресторане навсегда. И это будет не романтический жест, а результат травмы.

Ужин проходил под аккомпанемент детских криков и пристального взгляда Ксюши, которая делала пометки в блокноте. В какой-то момент Артем не выдержал.

— Знаешь что, — сказал он Софии. — Давай сбежим.

—Куда? — удивилась та.

—Куда угодно. Лишь бы без аниматоров и дочери-наблюдателя.

Они расплатились и выскользнули через черный ход, оставив Ксюшу с гидом. Десять минут спустя на телефон Артема пришло сообщение: «ПРЕДАТЕЛИ! Но я вас нашла по GPS в телефоне гида. Иду к вам!»

Они сидели на скамейке в тихом сквере, когда к ним подбежала запыхавшаяся Ксюша.

—Нечестно! — кричала она. — Вы сбежали с поля боя!

—Это не поле боя, — устало ответил Артем. — Это наша жизнь. И иногда нам нужно побыть вдвоем. Без твоих… режиссерских комментариев.

Ксюша замерла. Впервые за долгое время она выглядела не уверенной в себе.

—Но… а если вы без меня не справитесь? — тихо спросила она.

—Дочь, — Артем положил руку ей на плечо. — Мы уже справляемся. С тобой. Просто… дай нам иногда справляться и без тебя.

Наступила тишина. Даже гиду, который наконец догнал их, стало неловко.

— Ладно, — наконец сдалась Ксюша. — Но я все равно буду за вами наблюдать. На всякий случай. — Она повернулась к гиду. — Пошли. Купим мороженого. Им нужно побыть одним. К сожалению.

Она ушла, оставив их вдвоем в наступающих сумерках.

— Наконец-то, — выдохнул Артем. — Тишина.

—Недолгая, — улыбнулась София. — Она же сказала, что будет наблюдать. Возможно, из-за того куста.

Он посмотрел на куст, который действительно подозрительно шевелился, и вздохнул.

—Знаешь, несмотря ни на что… — он замолчал, подбирая слова. — Я рад, что все именно так.

—Что именно? — спросила София.

—Все, — развел он руками. — Пиджак с лизуном. Ужин с аниматорами. Дочь, которая считает себя нашим свахой. И тебя. Особенно тебя.

Он взял ее руку, и его пальцы сплелись с ее пальцами. Это был простой жест, но в нем было больше нежности, чем во всех запланированных поцелуях у собора.

— Знаешь, — сказала София, глядя на их сплетенные руки. — Может, она и права. Может, нам действительно нужен хэппи-энд.

—У нас уже есть хэппи-энд, — возразил Артем. — Просто он не похож на то, что показывают в кино. Он… с мороженым, с испорченными пиджаками и с дочерью, которая сейчас, я почти уверен, подслушивает за тем кустом.

Из-за куста донесся сдавленный кашель.

— И знаешь что? — добавил Артем, глядя в сторону куста. — Мне такой нравится больше.

Они сидели на скамейке, держась за руки, а из-за куста доносилось довольное хрустение — Ксюша доедала свое мороженое. И все трое понимали — возможно, это и есть тот самый идеальный финал. Не тот, что в сказках, а тот, что получается, когда любовь приходит не по плану, а вопреки ему. И оказывается гораздо прочнее.

Ксюша, наученная горьким опытом побега из ресторана, изменила тактику. Теперь ее план назывался «Естественная среда обитания». Она уговорила отца поехать на выходные на загородную дачу — место, где по ее расчетам, побежать было некуда, а интернет ловил лишь на крыше сарая.

— Свежий воздух! — вещала она, запихивая в багажник три чемодана вещей, половина из которых были костюмы для ролевых игр. — Единение с природой! Никаких телефонов! Идеальные условия для сближения!

Артем смотрел на предстоящий «отдых» как на ссылку в Сибирь. Дача представляла собой бревенчатый дом с удобствами во дворе и печным отоплением.

— Ты уверена, что это не лагерь для перевоспитания трудных миллиардеров? — спросил он, с трудом протискивая свой дорогой чемодан в дверь, которая явно не видела таких гостей.

Первым делом Ксюша организовала «веревочный курс». Пока Артем пытался разжечь камин, рискуя угореть, а София боролась с насосом для воды, дочь заставила их пройти полосу препятствий из веревок, натянутых между деревьями.

— Смотрите! — кричала она, пока Артем запутался в веревках как муха в паутине. — Вы должны помогать друг другу! Это укрепляет доверие!

— Единственное, что это укрепляет, — хрипел Артем, — это мое желание продать эту дачу с молотка.

София, пытаясь его высвободить, случайно дернула не за ту веревку. С грохотом свалилась заранее подготовленная Ксюшей сетка, накрыв их обоих.

— Браво! — аплодировала дочь. — Теперь вы в ловушке вместе! Целуйтесь!

Из-под сети донесся приглушенный голос Артема:

—Я тебя усыновлю. Первому встречному.

Вечером Ксюша устроила «ночь страшилок» при свечах. Сидя у камина, она с жуткими подробностями рассказывала историю о «Призраке дачного туалета».

— И когда он говорит «уходи...», — шептала она, а София невольно прижалась к Артему, — из туалета доносится... плеск...

В этот момент с крыши сарая с грохотом свалилась кошка. София вскрикнула и вцепилась в рукав Артема.

— Кажется, твой план сработал, — сухо заметил он дочери. — Правда, не так, как ты ожидала.

Ночью выяснилось, что на даче всего две кровати. Детская — для Ксюши, и двуспальная — для «взрослых».

— Какая удача! — прошептала Ксюша, укладываясь спать. — Тесные условия способствуют сближению!

Артем и София стояли перед кроватью как перед экзаменом.

— Я могу поспать на полу, — предложила София.

—Не смей, — возразил Артем. — Здесь мыши размером с Марсика. Ложись.

Они улеглись по разные стороны кровати, между ними зияла пропасть, способная вместить еще одного человека. В темноте было слышно, как за стеной похрапывает Ксюша.

— Знаешь, — тихо сказал Артем. — Несмотря на весь этот ад... здесь довольно неплохо.

—Да, — согласилась София. — Особенно понравился момент, когда ты висел на веревках как батик.

Он повернулся к ней, и в лунном свете его лицо казалось мягче.

—Я, наверное, ужасный романтик. Не умею создавать красивые моменты.

—Зато ты умеешь их терпеть, — улыбнулась она. — И это куда ценнее.

Утром их разбудил крик Ксюши:

—Папа! София! Смотрите!

Они выскочили на улицу. Ксюша стояла перед дверью сарая, откуда доносилось громкое мяуканье. На крыше, рядом с той самой кошкой, сидел... Марсик. Как он сюда добрался — было загадкой.

— Он последовал за нами! — радостно кричала Ксюша. — Это знак! Даже кот хочет, чтобы мы были вместе!

Артем смотрел на кота, на сияющую дочь, на смеющуюся Софию, и вдруг рассмеялся. По-настоящему, от души.

— Ладно, — сказал он. — Вы победили. Все трое. И даже кот.

Он обнял Софию и привлек к себе. Поцелуй был долгим, сладким и абсолютно естественным. Без планов, без тактик, без веревочных курсов.

Ксюша смотрела на них, и на ее лице была такая улыбка, какой не было даже при получении той самой куклы с глазами опоссума.

— Наконец-то, — прошептала она. — План «Естественная среда обитания» сработал. Хэппи-энд обеспечен.

А Марсик, как бы подтверждая ее слова, громко замурлыкал с крыши сарая. Возможно, это и был тот самый природный романтизм, которого так не хватало Артему Чернову. И который он нашел в самом неожиданном месте — в окружении двух хулиганок и кота-путешественника.