В общем, после недолгих размышлений, я взял кусок трубы, диаметром в три четверти дюйма, соорудил формовочную смесь из песка и жидкого стекла, набил ею небольшой деревянный коробок, и пока стекло не схватилось воткнул в него кусок трубы. После того как извлек ее получилась вполне себе удобная форма для заливки, которую и положил на крышу сарая, чтобы она хорошенько просохла, под жарким Ташкентским солнцем. Дня через два, когда все было готово, отсыпал пару спичечных коробков золотого песка, подхватил готовую форму, и отправился на завод. Остальное, от греха подальше прикопал на дальнем конце нашего сада, где обычно никто не бывает. На заводе нашелся более удобный вариант для того, чтобы расплавить золото. Рабочий день уже закончился, а охрана не очень-то любит шарахаться по цехам, да и делать там особо нечего. Да и в охране одни пенсионеры. Сейчас наверняка, заварили чай, устроились на топчан возле ворот проходной и ведут свои неспешные беседы.
Возле индукционных печей, имелась газовая горелка, для подогрева разливочного ковша. Сами печи сейчас находились на ремонте, и потому рабочие выходили на смену только днем. К тому же эти печи стояли в самом конце цеха, и сюда редко кто-то заглядывал с других печей, работающих в три смены, что было мне только на руку. Добравшись до места, убедился, что на печах нет никого из рабочих, а горелка выключена. Зажечь ее было проще простого. Смял газету, поджег ее бросил в стоящий под горелкой ковш и открыл подачу газа. Вдобавок ко всему, не нужно было искать стакан, в котором бы расплавился песок. Возле неработающих печей обнаружился металлический стакан на длинной рукоятке, которым обычно брали пробу металла для лаборатории.
Высыпав в него золотой песок, я поднес стакан под самый факел. Благодаря длинной рукоятки из железного прутка, было удобно держать этот стакан, и контролировать расплав золота. Уже, через каких-то пятнадцать-двадцать минут в стакане переливался жидкий металл. Подождав еще пару минут, чтобы тот хорошенько разогрелся, я вытащил стакан из-под факела, и вылил его содержимое в приготовленную форму. К моему удивлению, получилось даже немного больше, чем я на то рассчитывал. Больше не меньше, подумал я, и убрав за собою, выключил горелку, подхватил залитую форму и со спокойной душой отправился домой.
Дома, закинул залитую форму в сарай, и спокойно отправился спать. На следующий день, аккуратно разобрал залитую металлом форму. У меня вместо кольца, получился кусок трубы высотой около двух сантиметров. Правда пришлось долго возиться с удалением, прикипевшего песка, к металлу, особенно из центра изделия, где пришлось его вначале высверливать, потому удалять всем, чем только возможно. Как минимум пяток сверл, пришлось потом выбросить. Знал бы, что будет именно так, придумал бы что-нибудь иное.
Но так или иначе, после недели возни, у меня на руках оказалось два, довольно приличных золотых колечка. Может не настолько красивых, как продают в магазине, но тем не менее на кольца они были похожи. Даже на один из пальцев вполне себе налезали. Кольца получились немного шире обычных и потому, школьные лабораторные весы, находящиеся в кабинете химии, куда я зашел в один из дней, показали, что одно из колечек весит семь с половиной, а второе восемь граммов. Впрочем, при взвешивании я немного торопился, поэтому вполне мог ошибиться. Оставалось решить вопрос с реализацией.
У меня паспорта, в силу того, что полгода назад исполнилось двенадцать лет, а паспорт дают в шестнадцать не имелось. Без паспорта увы сдать было невозможно. Разве что попытаться сбагрить цыганам, но это все равно, что просто выбросить на помойку. Денег с них все равно не выцыганишь, а кольца они тут же заберут, как пить дать. Поэтому, искал другое пути.
Выход был найден, может быть не самый лучший, но в тот момент, мне показалось, что вполне приемлемый. Если бы все получилось, то у меня должно было бы оказаться на руках, где-то порядка сотни или ста пятидесяти рублей, и такая сумма меня вполне устроила бы. В конце нашей улица жил старый мужик, спившийся алкоголик. Как бы то ни было иногда у него происходили моменты просветления, и с ним, можно было решать кое-какие вопросы. Например, он без особых проблем, соглашался вскопать участок, помогал убирать урожай, или же разгружал машину с мебелью. Именно к нему я и решил обратиться с этим вопросом.
Разумеется, первым делом, он потребовал показать ему кольца, которые я якобы нашел во время купания на пляже в песке. С первого взгляда на них было понятно, что они действительно долгое время или валялись где-то в земле, да и отсутствие проб, указывало на то, что они явно самодельные. Впрочем, «самодеятельностью» в это время удивить кого-то было сложно. Это в шестидесятые-семидесятые годы, ювелирные магазины начали наполняться золотыми изделиями, а в войну, или чуть позже больше половины города носили кустарно изготовленные кольца, причем отнюдь не золотые, хотя встречались изделия и из драгоценного металла. Поэтому подобная находка, в общем не удивила. На всякий случай сказал, что колечки были связаны между собой суровой ниткой, и мне вроде бы поверили.
Во всяком случае, Семен Семеныч, как называли этого мужичка, все кто его знал, согласился отнести эти колечки в ювелирный магазин, и попытаться их сдать. За свою услугу он запросил четвертной. Причем десятку, потребовал вперед, якобы для того, чтобы привести себя в порядок. Судя по весу, они должны были потянуть грамм на пятнадцать, другими словами запрошенная им сумма не должна оказаться чересчур завышенной.
Милиция, появилась уже на следующий день. Оказалось, что сдал меня, тот же Семен Семеныч. Причем в поданном заявлении было написано, как мне позже рассказал дед, что он видел, как я промывал золото на реке, и не донес сразу, только потому, что просто не понял, чем я там занимаюсь. Мало ли, какой-то мальчик сидит посреди русла, чуть ли не каждый день, и производит кое какие движения руками. Издалека не видно, а ближе подходить не стал.
— А вот когда пацан принес мне золотое колечко, и попросил сдать его в ювелирный магазин, сказав, что нашел его на пляже, у меня в голове и наступило прояснение. Парень-то золотишко моет. Небось расплавил золотой песочек, отлил колечко и теперь ищет пути продажи. А паспорта еще нет по малолетству, вот и обратился ко мне.
— А, второе где? — удивленно спросил я следователя, когда тот озвучил мне версию Семеныча.
— Какое второе?
— Так ведь, два колечка получилось. — воскликнул я без задней мысли. — И еще десятку он вперед потребовал за старания.
Я рассказал все как было, как готовил форму, как заливал ее, потом сколько положил труда, извлекая кольцо из спекшейся формы, и как распиливал его на две части обычной ножовкой по металлу. В общем все что мог. Правда сразу же сказал, что намыл всего спичечный коробок песка, и он весь ушел на изготовление этих двух колец. Уже на следующий день, у Семеныча, похоже провели обыск, и нашли не только мое колечко, но и еще кое-что, из-за чего тот занял место в одной из камер «Таштюрьмы» — так в городе называли местный следственный изолятор. Десятку кстати, так и не вернули. По всему выходило, что тот позарился на золотишко, и решил сдать пацана ментам, а пока суть, да дело, самому по-тихому избавиться от золотишка. Глядишь и выйдет по более обещанного четвертного. Позже я узнал, что он, был и местным осведомителем. Почему бы и нет. Пьяница, милиция его не трогала, что с него взять, местные тоже не обращали внимания. Вот и постукивал мужичок на всех подряд, за денежку малую.
По всему выходило, что меня плавно подводили под статью 191 Уголовного кодекса республики Узбекистан. Наказывающей за: «Незаконный оборот янтаря, нефрита или иных полудрагоценных камней, драгоценных металлов, драгоценных камней либо жемчуга». Статья предусматривала огромные штрафы и наказание, но дед тут же посоветовался со знакомым юристом, и подрядил его на мою защиту. В итоге выяснилось, что вышеуказанная статья предусматривает совершение сделки. Другими словами, если бы я продал эти колечки, тогда — да, я нарушил закон. Но на деле, выходит совершенно иное. Да я по незнанию занимался добычей золота, но с другой стороны, намыл его всего не более пятнадцати грамм. Переплавив которые изготовил два колечка, чтобы подарить их бабушке с дедом, и эти колечки, у меня украл гражданин С. С. Ермичев, решивший сдать их в ювелирный магазин, а когда его взяли на горячем, обвинил в этом мальчишку.
