Уже собирался отправляться дальше, как вдруг увидел, выброшенные в продажу армейские сухие пайки. Причем отличие от советских было разительным. Мало того, что мясные блюда оказались саморазогревающимися. Так еще в порции входила колбасная нарезка, галеты, сладкий джем и даже чай или кофе. И стоило все это очень недорого. Ввиду того, что срок хранения подходил к концу, и именно поэтому был выброшен на местный рынок, для продажи населению. Расхватывали его с энтузиазмом. Поговорив с продавцом, выяснил, что до завершения сроков хранения хоть и остался месяц, но фактически, учитывая правильное хранение употреблять эти продукты можно без особых опасений еще около полугода.
— Армейские нормы несколько отличаются от гражданских, поэтому и происходит некая путаница.
А еще в одном месте увидел небольшую контору, где местный ушлый малый продавал любому желающему клейкую ленту с обозначенной на ней датой. Дату, можно было заказать любую, и наклеив эту бумажку на армейский паек, тут же увеличить сроки его годности, хоть втрое. Впрочем, даже не особенно наглея, и прибавив всего полгода-год, можно реализовать эти пайки уже по цене, впятеро превышающей реальную стоимость. А уж альпинисту, готовящемуся к восхождению на вершину, куда как лучше, заполучить в свое распоряжение армейский офицерский сухой паек, со сбалансированным питанием, дающим необходимые килокалории, и занимающим при этом гораздо меньший объем. Одним словом тут же приобрел пять ящиков с сухим пайком. И полтора метра, самоклеящихся этикеток, ничем не отличающихся от тех, что имелись на пайках. В хозяйственном магазине, куда зашел, чтобы приобрести топор и пилу, как-то не догадался взять все это из дома, неожиданно для себя увидел что-то похожее на обычный вентилятор, но на этикетке, расположенной под ним, указывалось на то, что это походный ветрогенератор. Его мощности хватает для работы транзисторного приемника, или пары лампочек суммарной мощностью около сотни ватт, при напряжении до двадцати четырех вольт. При необходимости, с его помощью можно подзарядить подсевший аккумулятор, переносной радиостанции, или карманного фонарика. Ну а, что поставил палатку, укрепил генератор на крышу, и пока спишь, нужные вещи заряжаются, или обеспечивается свет в самой палатке.
Сам генератор выглядел очень небольшим, напряжение тоже выдавалось прямо сказать низкое, но с другой стороны. Мне придется стоять в горах, где ветер есть всегда, а вот заводить двигатель и тратить солярку, на подзарядку аккумуляторов, выходит гораздо дороже. А так крутится пара ветрячков, один обеспечивает работу транзисторного приемника, другой освещение фургона, и никаких не забот, ни хлопот. Разве что завел двигатель грузовика раз в неделю, чтобы проверить работоспособность, и подзарядить автомобильный аккумулятор, а все остальное время, можно использовать энергию ветра. Уж не знаю, как они покажут себя в деле, но понадеявшись на лучшее взял сразу два. В благодарность за покупку, продавец подарил мне «елочную гирлянду», точнее довольно длинный провод, с укрепленными на нем мелкими лампочками, сказав, что провод можно растянуть на целых пять метров, а лампочки как раз рассчитаны на мощность генератора, и обеспечат достаточную освещенность. Даренному коню, как говорится, в зубы не смотрят, зато теперь можно будет обеспечить светом и развернутую маркизу, что только пойдет в плюс моему заведению.
Одним словом, затарился по полной, хотя и уложился в грузоподъемность своего грузовика, но все-таки, старался сильно не разгоняться, чувствовалось, что масса машина заметно увеличилась. А, как иначе, если практически весь фургон был заставлен ящиками с сухими пайками, и я протискивался по нему буквально бочком, пробираясь между диваном к мойке, плите и холодильнику. Туалет был доверху забит коробками с одноразовой посудой, во внешних отсеках лежали газовый баллон, стояла большущая кастрюля, доверху заполненная салом, рядом с нею была втиснута соль, со специями, а в соседнем двадцатипятикилограммовый мешок с сахаром и такой же, но с мукой.
И наконец на полке, что располагалась над моим диваном стояло несколько ящиков, с макаронами, сухими сливками, небольшой мешок с рисом, и большая коробка с сигаретами разных сортов, и зажигалками. Сам я не курю, и даже никогда не пробовал этим заниматься, но подумал, что среди моих будущих клиентов, вполне могут оказаться курящие люди. И продажа этих изделий, тоже сможет привнести в мой карман, кое-какие средства. В моей библиотеке появились два справочника, один из которых давал пояснения о том. как приготовить с десяток различных сортов кофе, другой касался остальных наиболее распространенных блюд. Предлагающихся в кафе. Одним с каждым днем я все более превращаюсь если не в бизнесмена, то скорее в какого-то торгаша на автолавке.
Один внешний отсек, намеренно оставил пустым, рассчитывая по дороге запастись некоторым количеством дров. Не однажды видел в растущих вдоль дороги посадках или лесах, поваленные стволы деревьев. Тогда все это было не столь необходимо, а вот сейчас должно было прийтись к месту. Стоило мне только становиться на обочине, неподалеку от валяющегося бревна, как почти сразу же, здесь притормозил и полицейский автомобиль. Причем, остановившись местные полицаи, продолжали находится внутри, но явно поглядывая за мной, желая узнать, что я собираюсь тут делать.
То, что запрещен мочиться на обочине, я услышал уже довольно давно. Это не СССР, где можно справить свои надобности практически в любом месте, разве что не людном, и то не факт, что тебя за это накажут. Здесь, вам не там. Вдоль дороги имеются специально отведенные места, с построенными туалетами. В любом другом месте, подобное карается штрафом. Исключения касаются только девочек и беременных женщин. Тем дозволено
это делать хоть в центре города. В этом отношении мне повезло больше, у меня имелся собственный теплый туалет. Правда сейчас, чтобы добраться до вожделенного места, мне приходилось освобождать отсек от лишних вещей, а затем укладывать их обратно, но зато, все это происходило в тепле. И без нареканий, со стороны, хотя в итоге все так же сбрасывалось за пределы грузовика.
Сейчас, я стоял на обочине по другому поводу, но на всякий случай, решил проверить свою догадку, и подойдя к полицаям спросил, могу ли я распилить и порубить это бревно на дрова. Большинство полицейских имеют возможность объясниться на английском языке, их учат этому в обязательном порядке, поэтому пусть не сразу, но все-таки удалось выяснить, что самовольная рубка леса, запрещена законом. И неважно, растет это дерево, или повалено ветром или каким-то иным способом. В любом случае — это дерево, и рубить его запрещено. Сумма штрафа довольно внушительна.
— И, что же мне делать?
— В большинстве городов или поселков, имеются деревообрабатывающие предприятия, там с удовольствием продадут вам некондиционные отходы производства.
Да, уж, подумалось мне, здесь точно не Советский Союз. Там бы я срубил сосенку, порубил бы на дрова и спокойно отправился дальше, а здесь уже это не прокатит. Хотя, остановившись вечерком на небольшой стоянке, рядом с ручьем, где останавливались грузовики, следующие в том же направлении, что и я, заметил, как один из водителей, зашел в местную лесополосу, спокойно наломал веток, и устроил себе небольшой костерок, на котором приготовил себе ужин. Ладно рубить, а вот разжигать костер, вне особых мест, карается в стране, чуть ли не смертной казнью. Утрирую разумеется, но штрафы такие, что можно остаться вообще без штанов. А тут спокойно, деловито, и ни на кого не обращая внимания. Пошел, наломал, разжег костер и приготовил себе ужин.
Ну я и подумал, а что-я-то теряюсь. В итоге, пройдя по посадке нашел сухую лесину, распилил ее на чурбаки, поколол на дрова, и сложил в отсек, и спокойно лег спать. Кто там что у меня проверять будет, как говорится не пойман — не вор. А то что нет квитанции на покупку дров, так не дали. Да и кому это интересно.
