— Тогда будем договариваться.
Наш разговор занял полчаса, и мы пришли к соглашению не трогать друг друга. Бухгалтер показался мне человеком расчётливым и холодным. И я прекрасно понимал, что рано или поздно нам придется решить вопрос окончательно. Это не вечный мир, а всего лишь временное перемирие. У Бухгалтера сейчас полно своих проблем, чтобы еще разбираться со мной. После смерти Водяного в его теневом мире не все спокойно. Надо навести порядок. Да к тому же убийство Водяного удачный способ свети счеты со своими идейными противниками, на которых можно спихнуть вину за его смерть. Все это я прочитал между строк в нашем разговоре. Как и скрытую угрозу. Расслабляться все же не стоило. Бухгалтер может нанести удар и во время перемирия. Он же не человек, а счетная машинка. Тень из своей глубины поддержал меня одобрительным ворчанием.
Итак, одна проблема решена, остался только серийный убийца под кодовым именем Садовник, но в этом деле мы топтались, как медведи топтуны перед тем как залечь в зимнюю спячку. Мне очень не нравилось, что нам не удалось продвинуться в деле. Делать все равно было нечего. Марина сегодня с родителями собиралась на дачу. Какие-то обязательные дела на приусадебном участке: прополка, посадка, полив. Я в этом ничего не понимал, поскольку был далек от сельского хозяйства. В моем мире этим делом занимались профессионалы. Поэтому я решил доехать до работы и воспользоваться спокойствием выходного дня, чтобы поработать с документами. Посмотрим, что удалось нарыть товарищам сыщикам.
По дороге я заехал в гастроном, взял городской батон, немного докторской колбасы и пошехонского сыра. Чай на работе был. Так что голодным я не останусь. Бутерброды на скорую руку быстро себе настрогаю.
До управления я доехал быстро. Машин воскресным днем на улице было немного. Я оставил автомобиль напротив входа в здание, прошел через проходную, предъявил удостоверение и поднялся к себе, вернее в кабинет нашей рабочей группы.
В управлении народа было мало. Я воткнул чайник в розетку, засыпал в заварочник грузинский чай, удобно расположился в кресле и обложился отчетами Стрельцова и Ефимова. Мне никто не должен был помешать. Однако, стоило мне пробежать глазами первые листы отчетов, как в кабинет вошел Амбаров, наш Мегре. Выглядел он встревоженным, весь погружен в свои мысли, так что сперва меня даже не заметил. Я не стал ему мешать, продолжая читать, но информация в голову не лезла, расплывалась в какую-то бессмысленную кашу.
— Добрый день, товарища Ламанов. Как это я вас не заметил? — раздался голос Амбарова.
Я оторвался от документов и посмотрел на него. Он сидел на подоконнике и мял в руке сигарету, словно размышлял закурить ему или нет.
— Да вот решил заехать с документами поработать, — сказал я.
— С документами это хорошо. Очень мы топчемся в этом деле. Старик нервничает. Его из Москвы постоянно беспокоят. Результат спрашивают, а у нас пока нет результата.
— Вот я и решил в спокойной обстановке, так сказать…
— Это хорошо. Смотрю вы тут решили чайком побаловаться. Чаёк это хорошо. А как вы относитесь к коньяку.
Я посмотрел на стол, где я уже успел разложить все для бутербродов. Чайник как раз уже закипал. И я подумал, что чай я всегда успею попить, а вот коньяк с начальником, да доверительные беседы в перспективе — от такого отказываться не стоит. И я согласился.
Амбаров обрадовался.
— Тогда пойдемте ко мне. Там нам никто не помешает. А закуску с собой прихватите.
— В каждом деле важно понять психологию убийцы. Тогда и дело то легко раскрыть. Но как понять того, чья психология не поддается общечеловеческой логике. Того, у кого нет причин убивать, понятных простому человеку. Я вот дело одно вспоминаю. Я тогда совсем был юн, неопытен, первые шаги в уголовном розыске. А тут дело любопытное.
После третьей рюмки Амбаров разговорился. Складывалось впечатление, что собеседник ему особо и не нужен, а вот нужен внимательный и благодарный слушатель. Я с большим удовольствием слушал его историю. Мне, человеку без трех минут прибывшему из другого мира, особо полезен будет чужой опыт, тем более такого уважаемого всеми оперативника. Коньяк к слову мне не понравился. Попахивал какой-то морилкой для клопов и горло драл, словно моравийская особая настойка, которую пьют только за неимением другого пойла в творцом забытых уголках обитаемой галактики.
— Произошло это лет десять назад. В райотдел милиции обратился мужчина. Звали его Иван Поликарпович Пагонян. Работал он бухгалтером — ревизионщиком, обслуживал дома престарелых и дома инвалидов. Он ездил в длительную служебную командировку, вернулся из нее досрочно и дома в запертой квартире обнаружил свою семью. Все были убиты. Семья у него мама, жена, трехлетний родной сын и сын от первого брака жены двадцати с лишним годков. Жили все вместе. В общем, оперативники выехали на место преступления. Первичный осмотр показал, что квартиру никто не вскрывал. В квартире царил беспорядок, словно что-то искали, но что самое странное: это две горящие свечи. Вот именно эти свечки и позволили нам раскрыть это дело.
Амбаров налил нам по рюмке, прихватил кусок сыра и застыл с рюмкой в одной руке и сыром в другой. Он смотрел куда-то в окно, но мне показалось, что вглядывается в глубины своей памяти, восстанавливая страшные картины тех дней.
— Входная дверь запиралась на два врезных замка, но следов взлома не было. Это было очень важно. Дом — новостройка, наполовину незаселенный. Соседей по лестничной площадке нет. Так что и свидетелей не было. Орудие убийства, молоток, был найден на дне ванны, возле сливного отверстия со следами крови. Особо интересно было расположение тел. Жена Ивана Поликарповича была убита в спальной во время уборки. Его мать рядом с кухонной плитой во время приготовления оладьев. Маленький сынишка в своей спальне. А вот старший приемный сын лежал в гостиной. Все убитые были убиты путем нанесения ударов по голове предположительно найденным молотком, после чего им перерезали горло. Если в остальных комнатах обстановка стояла не тронутая, то в гостиной мебель была сдвинута, ковер задернут. Такое ощущение, что здесь происходила борьба. И старший отпрыск был в уличной одежде, когда все остальные в домашнем. А главное свечи…
Амбаров поднял вверх указательный палец правой руки и потряс им, словно грозил кому-то.
— Свечи вот что нас поразило. Одна свеча стояла в детской. Она стояла словно бы в домике из книг. И сооружение это очень походило на алтарь. Другая стояла в гостиной просто на блюдце. В детской комнате свечка сгорела больше. Она стояла в книгах, в идеальных условиях для горения. Следственно медицинская экспертиза установила, что смерть домочадцев Пагонена наступила двое суток назад. Но когда приехали оперативники, свечи горели. Свечи не могут гореть двое суток. Получается убийца возвращался на место преступления, но зачем? И зачем зажег свечи. Мы провели следственный эксперимент. Взяли такие же свечи, поместили в схожие условия, подожгли и засекли время. Затушили тогда же, когда затушили и свечи с места преступления. Эксперимент показал, что свечи горели два часа с четвертью. Получается, что убийца был в квартире за два часа до появления там отца семейства. В квартире на ковре и в комнатах были следы бензина. А газовые комфорки были открыты. В доме было две плиты одна большая, подключенная к общему газоснабжению. Только газ в квартиру еще не успели дать. Вторая переносная плитка, на которой и готовила мать Пагонена. Но возгорание мы успели предотвратить. Получается, что преступник зажег свечи, чтобы потом они подожгли книги, огонь перекинулся на пол и дальше взрыв. По крайней мере он на этой надеялся.
— Пагонен — финн? — спросил я.
— Да. Там все финны.
— У меня следак один знакомый финн, — не знаю зачем сообщил я.
— В общем сразу начали отрабатывать три версии. Первая — убийца сам Пагонен. Очень уж он спокойно вел себя. Мы отправили ребят проверить его алиби. И оно подтвердилось. Во время убийства он находился в Кингисеппе, делал ревизию местного дома престарелых. Вторая версия — месть Пагонену за его служебную деятельность. Но и тут не подтвердилось. Он все время работал с одними и теми же объектами с целевым финансированием. И никаких существенных нарушений им выявлено не было. Хотя всплыло, что он откуда-то брал продукты в большом количестве без оплаты и не из магазина. Семья кстати жила богато, в доме были приличные суммы денег, и убийца ничего не взял. Получается версия убийство с целью ограбления тоже отпадала. Все ценности в доме остались нетронутыми. Убийца ходил туда-сюда как у себя дома. Об этом говорил тот факт, что на место преступления он возвращался, не взламывая замки. Значит был кто-то из своих. Да и положение тел говорили о том, что убитых застали во время выполнения каких-то домашних дел, которые они делали при убийце, совершенно его не стесняясь. Мы стали отрабатывать друзей, знакомых, родственников и очень скоро вышла на Мартына Всевалло, племянника Пагонена.
