Чувствовал я себя с утра разбито, словно одолевало меня лютое похмелье. Только вот не пил я вчера ничего крепче чая. И разбитость эта была иного рода. Все от того, что спал я ночью плохо, потел, словно от высокой температуры, которой и не было вовсе, и снились мне тяжелые, тревожные сны. Я попытался припомнить, что же мне снилось, но улавливал лишь обрывки сновидений, смутные силуэты образов. Я прошел на кухню, поставил чайник на плиту, нашел в шкафчике остатки грузинского чая, высыпал их в заварочник и залил кипятком. Оставив чай завариваться, я зашел в ванную и, умываясь, вдруг вспомнил.

Мне снился Невский проспект в майские праздники. Повсюду красные флаги с лозунгами «Мир. Труд. Май», празднично одетые люди в предвкушении демонстрации трудящихся. Повсюду радостные лица и ощущение праздника. Дома всех ждет праздничный стол, запотевшие бутылочки с горячительными напитками и застольные песни с обязательным обсуждением некоторых рабочих вопросов, без которых у нас в стране не обходится ни одно застолье. Ведь о чем же трудящимся говорить, если не о работе. Ведь в работе состоит их смысл жизни. Помнится, классики написали: «Жизнь даёт человеку три радости: друга, любовь и работу. Каждая из этих радостей отдельно уже стоит многого, но как редко они собираются вместе!» Вот и за столом только о труде, дружбе и любви разговаривают. А ведь у нас как, дружба завязывается либо на школьно-институтской скамье, либо на работе. Так что как ни крути все к работе и сводилось.

И вот у всех приподнятое настроение, а у меня почему-то тяжелое, словно я булыжник огромный проглотил, и он меня к земле давит. Я пытаюсь разобраться в себе и не замечаю, как обстановка вокруг меняется. Люди начинают вглядываться в начало Невского проспекта, туда откуда должна показаться праздничная процессия. И вот уже появляются первые колонны. Но это вовсе не та процессия, которую они ждали.

Я вместе со всеми смотрю вперед и вижу, как на Невский проспект стройными рядами входят маршем космические штурмовики, закованные в бронекостюмы, с плазмоганами наперевес. Ровные колонны космических штурмовиков, готовых тут же от парадного шествия перейти к смертельному бою. Они заполняли собой Невский проспект, а празднично настроенные жители не понимали, кто это и почему они здесь вместо колонн трудящихся с праздничными транспарантами.

Штурмовики приближались, и я смог рассмотреть в первых рядах своих старых братьев по оружию. Здесь были все из моего отряда: Тощий, Батюшка, Бубен, Кувалда, Таракан, Крыса, Лодырь, Дырокол и даже покойный давно капрал Фунике. Они маршировали с открытыми забралами, беспристрастно смотря на окружающих их гражданских. Как страшно было смотреть на то, как в привычную мирную советскую действительность врывается поступь Бресладской империи. На этой мысли я проснулся, чтобы через мгновение сон рассеялся, оставив после себя только тяжесть на душе и похмельность в теле.

Похоже подсознание сыграло со мной злую шутку. Встреча с моим сородичем, а также столкновение с людьми нового криминального босса сильно перегрузило мой разум, и он стал искать выходы из сложившейся ситуации даже во сне.

Тень недовольно заерзала на дне моего сознания. Похоже он тоже ночью созерцал парад штурмовиков, и видение это ему совсем не понравилось. Но мне было плевать что там нравится Тени.

Меня больше всего волновал Кармий. Он говорил о Хирургах, радикально настроенных майетах. Мне доводилось сталкиваться с майетами. Это были жуткие создания, на что же способны радикально настроенные особи страшно было представить. И похоже мне предстояло встретиться с ними. Кармий от меня не отстанет. Вот к чему мои сновидения. Если не остановить Хирургов, которые решили отсечь заболевшие территории майетов, а именно союз с людьми, то на Землю высадятся элитные войска Бресладской империи и тогда о капиталистическом мире или социалистическом можно будет забыть. Ничего этого не будет. Останутся только штурмовики и вероятнее всего идрисы. Потому что избавиться от союза с людьми Хирурги могут лишь одним способом, наводнив Землю идрисами. А вот будут они настоящими или иллюзорными вероятно не суть важно.

И на фоне всего этого проблемы с Бухгалтером, который похоже вознамерился меня убить, превращались в ничто, как и не пойманный до сих пор серийный убийца. Но сегодня я мало что мог сделать. Сегодня у меня по закону был выходной день. Хотя какие выходные могут быть у правоохранительных органов.

Вопрос с Бухгалтером надо было решать прямо сейчас, пока он снова не попытался меня убить. Значит надо нанести ему визит и поговорить по душам. Если не удастся с ним договориться, то придется убрать его как Водяного. Только вот не могу же я каждого нового криминального босса пускать в расход. Надо бороться не с проявлениями заболевания, а с его причинами. Потому что на место каждой срубленной головы вырастает новая и с этим ничего не поделать. Надо заключить перемирие с Бухгалтером, если это возможно, а после этого найти кто стоит во главе этой криминальной пирамиды и решить вопрос окончательно. В советском государстве не может быть никаких теневых империй.

Я допил свой чай. Завтракать не стал. Решил, что по дороге подкреплюсь каким-нибудь беляшом в столовке. Я оделся в гражданское и вышел из дома. Соседи по коммуналке еще спали. Выходной же день.

Я понятия не имел где мне искать Бухгалтера, поэтому решил начать с кафе «Роза ветров», где в свое время облюбовал себе лежбище покойный Водяной.

Я подъехал к кафе, отставил машину возле тротуара и направился внутрь. В это время дня в кафе было мало народа: двое мужчин в серых плащах о чем-то разговаривали за столиком в углу, прихлебывая чай из прозрачных стаканов в подстаканниках, полная румяная женщина вместе с пухлым ребенком лет шести ели розовое мороженое из металлических креманок и девушка и юноша пили лимонад за столиком возле окна, держа друг друга за руки.

Где находился кабинет Водяного, я помнил по прошлому визиту и сразу туда направился. Неожиданно словно из пустоты вышагнул мужчина в сером костюме и преградил мне путь. Он ни слова не сказал мне, только пристально буравил меня равнодушным взглядом. Я сразу почувствовал, что этот человек от природы убийца. Ему человека убить, что комара прихопнуть.

От кабинета врага меня отделял всего лишь один человек и я всерьез размышлял над тем, чтобы устранить его физическим образом, возможно и в особо жестокой форме, когда из-за двери послышался суровый голос.

— Пропустите его, — потребовал Бухгалтер. — Пусть проходит. Я его жду.

Костюм посторонился. Я вошел в кабинет и сел за стол напротив предполагаемого противника.

Это был невзрачный человек, внешность которого не располагала к высоким постам и достижениям, пускай и в теневой империи. Но как это часто бывает именно такие серые люди добиваются высоких постов и прибирают к своим рукам рычаги власти. Часто именно от таких серых людей зависит очень многое, хотя они и не афишируют свою власть. Интересно почему именно серые люди имеют столько власти?

— Я так понимаю именно тебе, Леший, я обязан своему нынешнему положению, — сказал Бухгалтер.

Он знал мое прозвище, значит наводил обо мне справки. Вполне возможно, что среди моих сослуживцев есть еще агенты, завербованные этим упырем. Ладно, посмотрим к чему приведет эта словесная игра.

— Своим нынешним положением вы обязаны неосмотрительности своего предшественника. Его недальновидности.

— Я не был знаком с Водяным. Но пока он руководил был порядок на районе. Так что не знаю уж в чем была его недальновидность.

— В том, что он решил надавить на меня, — тут же сказал я. — Впрочем вы это тоже решили сделать.

— И вы хотите сказать, что меня ждет участь Водяного?

— Я бы не хотел этого, но, если у меня не будет другого выбора.

— Меня признаться впечатлило, как вы избавились от моих людей. Какие ваши предложения?

— Вы живете своей жизнью. Я своей. Мы друг другу не мешаем.

— А если наши жизненные цели будут пересекаться? — спросил Бухгалтер.