— Победа! Влад выиграл дуэль!

К поверженному братцу тут же подскочила стервочка Элина, пытаясь привести того в сознание.

— Ну все, пора расходится, — заявил Юджин, обняв меня. — Сегодня вампиры получили достойный урок.

Наша группа претендентов-людей направилась через площадку к краю учебного корпуса, завернула за угол, откуда перед этим вышли Рой с Артуром, и в следующее мгновенье мы замерли, словно громом пораженные: перед нами в луже крови лежала девушка с разодранным горлом и вывалившимися из разрезанного живота внутренностями. На ее лице навеки застыла уродливая маска боли.

ДРУГИЕ

Следователь Митон внимательно разглядывал сидящего перед ним подозреваемого: типичный представитель молодой аристократии, наглый, высокомерный, твердо уверенный, что принадлежность к высшему клану гарантирует полную безнаказанность. К сожалению, основная сложность работы следователя Министерства безопасности заключалась не в раскрытии преступления, а в принятии решения, как завершить дело и при этом не задеть интересы высших кланов. Ну а с учетом невозможности соблюсти в ряде случаев интересы всех противоборствующих кланов порой приходилось рисковать карьерой и даже жизнью.

В настоящий момент напряженная борьба за кресло Министра финансов вступила в финальную стадию. Клан Феллини вырвался далеко вперед, оставив позади не только менее влиятельные кланы вроде Мироки, Бурсико и Ютагана, но и могущественный клан Ваноцци. Если так пойдет и дальше, то папаша сидящего перд Митоном юнца возможно скоро станет очень влиятельным лицом. Но, с другой стороны, если победит клан Ваноцци, то следователю светит благодарность с их стороны за беспристрастное расследование дела об убийстве в поместье с доказательством вины юного Феллини. Так что сейчас следователь тщательно прокручивал в голове различные комбинации исхода событий.

— Итак, господин Рой Феллини, на вашем лице, руках и одежды обнаружены следы крови убитой Марисы Фолк, — наконец произнес Митон. — Девушка являлась претенденткой. Как вы это объясните?

— Нам бы хотелось сперва ознакомиться с результатами экспертизы, дабы избежать голословных обвинений, — вмешался адвокат, такой же наглый и высокомерный, как его клиент. Он с многозначительным видом материализовал в воздухе небольшой светящийся экран и застыл в ожидании.

— Не надо, — небрежным жестом остановил его Рой. — Кровь на мне действительно принадлежит Марисе. Видите ли, я гурман и предпочитаю в качестве пищи использовать красивых девушек.

— В поместье достаточно служанок из ранга пищи для этих целей, подавляющее большинство молоды и красивы, — заметил Митон.

Рой недовольно поморщился:

— Всем известно, что за место служанок в поместьях ордена Печати девицы из ранга пищи готовы пойти на что угодно: ведь это реальный шанс удачно выйти замуж за адепта и перейти в более высокий ранг. В итоге каждая служанка раздвигает ноги направо и налево, а это означает наличие в ее крови целого коктейля инфекций. Я слишком брезглив, чтобы питаться подобной субстанцией. У нас дома имеются особые люди для еды, за здоровьем которых осуществляется строгий контроль. Однако в поместье запрещено брать с собой посторонних, поэтому я нашел девственницу из числа претенденток-людей, симпатичную, скромную, из очень бедной семьи. Само собой, она делилась своей кровью добровольно и за весьма щедрое вознаграждение, так что здесь нет никакого нарушения закона.

— Пункт пять статьи 67 Главного закона гласит, — важно изрек адвокат, выведя на экран текст документа и выделяя нужные строчки красным, — что в случае, если…

— Спасибо, я знаю законы, — недовольно поморщившись, перебил его Митон. — Но почему вы, господин Рой, тогда были полностью испачканы в ее крови, если девица насыщала вас добровольно?

— Все дело в дурацких предрассудках: в среде адептов ордена Печати и членов их семей считается крайне унизительным служить пищей для вампиров. Поэтому мы встречались в тех местах, где нас не могли увидеть. Непосредственно перед убийством мы столкнулись с Марисой возле учебного корпуса. Я был очень голоден, место камерами не просматривалось, вокруг никого не было, так что я решил пообедать, так сказать, на ходу. И только я вонзил клыки, как за углом послышались голоса. Мариса от испуга дернулась, кровь брызнула небольшим фонтаном и испачкала меня. Я сильно разозлился и решил наказать наглецов, помешавших приему пищи. Когда я уходил, Мариса была жива. Думаю, все остальное вы видели на камере.

— Да, мы просмотрели камеры и заметили, что вы вышли на площадь как раз из того места, где был найден труп, и сразу же затеяли драку с одним из претендентов.

— Согласно статьи 15 Закона о поединках дуэль не является… — тут же встрял в разговор адвокат.

— Я в курсе, — одернул его Митон. — Итак, господин Рой, вы утверждаете, что госпожа Фолк на момент вашего расставания была жива и невредима?

— Именно так.

— А кто еще это может подтвердить?

— Мой кузен Артур.

— Вы с ним из одного клана?

— Да.

— Тогда его показания не имеют большого веса.

— Согласно пункта 136 Уголовно-процессуального кодекса… — снова завел свою шарманку адвокат.

— Надеюсь, у вас найдутся независимые свидетели, способные подтвердить вашу невиновность, — не обращая внимания на адвоката, продолжил следователь, — иначе даже связи вашего отца не помогут избежать наказания.

— Вы мне не верите? — небрежно приподняв одну бровь, поинтересовался Рой.

— Я готов вам поверить, господин Феллини, но улики свидетельствуют об обратном. Вам знаком этот нож?

Митон поставил на стол небольшой ящик, сквозь прозрачные стенки которого виднелся нож со следами засохшей крови. С Роя моментально слетела вся высокомерность.

— Ваш нож? — еще раз поинтересовался следователь.

— Похож на мой, но подобные ножи могут принадлежать не только мне.

— Согласен, но именно на этом множество ваших потожировых следов различной степени давности. И именно этот нож найден возле трупа Марисы Фолк.

— Только глупец оставляет орудие убийства возле трупа, — тут же нашелся адвокат. — Мы заявляем, что нож был украден у моего подзащитного и подброшен на место убийства.

— Из моей практики могу сказать: даже опытные и хладнокровные преступники оставляют улики на месте преступления, — парировал следователь. — Что уж говорить о вспыльчивых темпераментных юношах? Насчет похищения ножа — спорный вопрос, но я могу допустить и такой вариант. Однако, как вы поясните следующие улики?

Перед следователем в воздухе засветился экран с изображением белесо-серого коридора и рядами дверей по обе стороны. Вот по нему прошелся человек в низко надвинутом капюшоне, не позволявшей разглядеть лицо. Просторный плащ скрывал фигуру. Неизвестный зашел в комнату Марка и через некоторое время покинул ее.

— Мы тщательно проанализировали видео с камер в вечер убийства Марка Алесандре, — проговорил Митон. — На первый взгляд, неизвестный тщательно скрыл свое лицо. Однако, когда он выходил из комнаты, то допустил одну малюсенькую, но роковую оплошность.

Видео на экране отмоталось назад и с заметным замедлением возобновилось. Вот неизвестный выходит из комнаты, кутаясь в плащ, быстро смотрит прямо на камеру и через секунду опять продолжает путь.

— Всего лишь пара мгновений, но для нас этого оказалось достаточно, — проговорил Митон. — Мы увеличили изображение и с помощью особых программ добавили четкости. Посмотрите, что у нас получилось.

На экране появилось изображение лица… Роя.

— Не может быть! — в замешательстве воскликнул юный вампир. — Я не приходил к Марку и тем более не убивал его, я вообще в этот вечер находился под домашним арестом у себя в комнате!

— И кто это может подтвердить?

— Мой кузен Артур Феллини, — проговорил Рой.

— Опять Артур? Претенденты-вампиры проживают в том же общежитии, что и претенденты-люди, только на другом этаже. Значит, вы легко могли нарушить запрет и, даже не покидая здания, отомстить одному из участников ссоры в тренировочном зале, а ваш кузен обеспечить вам липовое алиби. Итак, господин Рой Феллини, по совокупности улик я вынужден официально объявить вас подозреваемым в убийствах Марка Алесандре и Марисы Фолк и немедленно заключить под стражу. Надеюсь, господин адвокат знает, согласно какой статьи и какого кодекса я обязан так поступить.