— А ты чего не женишься, Зилар? — поинтересовался Влад. — Парень видный, и зарплата позволяет содержать семью.

— Не знаю, Влад, как-то не думал об этом, — признался тот. — У нас так не принято.

— Ой, да забудь ты про свою родину, — отмахнулся Влад. — Мы туда при твоей жизни не доберемся — слишком далеко. Так что дерзай. У нас знаешь, как говорят?

— В чужой монастырь со своими правилами не ходят?

— Нет, — с улыбкой ответил Влад. — С волками жить — по-волчьи выть.

— Да-да, слышал, — согласился Зилар. — У вас очень образный язык, с кучей идиом. Наверное, пора становиться волком.

— Вот-вот, и не затягивай. Дети растут медленно. Пока вырастут, ты уже на пенсию пойдешь, — усмехнулся Влад.

Утром он дозвонился до Александра и вылетел в Москву. В столице он направился прямиком в Кремль, где его уже ждала аудиенция у канцлера. Влад беспрепятственно миновал все посты по разовому пропуску. Юсупов-младший встретил его широкой улыбкой и обнял, как брата. Его кабинет располагался в Сенатском дворце и когда-то принадлежал его деду.

— Ну, бродяга, рассказывай, — с нетерпением произнес Александр. — По тебе видно, что что-то нарыл.

— Саня, тут такое дело, что просто так потом придется пересказывать десять раз. Я, конечно, доклад подготовил, он у меня в папке, но между нами… Мы вышли и разгадали процесс перемещения в подпространстве. Ни много ни мало. Так что думай теперь ты, что с этим делать. Это не должно выйти наружу, старик, иначе нас всех вместе схарчат. А еще, короче, мы нашли живую планету с биосферой, но без людей — там даже теплокровных не обнаружили. Правда, далековато, но не для нас. Он открыл ноутбук и стал показывать кадры, а затем смонтированный фильм — время в подпространстве позволило спокойно заняться монтажом.

Александр потерял дар речи.

— Ты… сукин… чертов гений, Влад, — прошептал он.

— И еще — нами открыт эффект Эйнштейна. Мы по корабельному времени пробыли за пределами Земли почти восемь месяцев, а здесь прошло только четыре. Саня, ты понимаешь, что это такое? В подпространстве наше внешнее время практически останавливается. Мы даже с Малаем не стали расследовать, к чему может привести этот эффект. У меня полно биоматериала с планеты, так что думай, что делать, а я пока сам не осознал, что мы наделали.

Александр молчал, не веря своим ушам.

— Ты… бл… чертов гений, Влад, — повторил он. — Ты хоть понял, что ты открыл? — Да ни хрена ты не понял, бл… Он тут же позвонил референту императора и попросил срочно соединить с ним. Раздался звонок, и Саня проговорил в трубку код — три восьмерки.

Иван ворвался в кабинет, словно ураган. «Что случилось? Ты задействовал суперкод?» — выпалил он, хватая ртом воздух.

Александр лишь молча указал глазами на Вольфа. Иван замер на полушаге. «Ты что-то нашел?» — прозвучало с ледяным оттенком в голосе.

Влад поднялся. «Можно и так сказать, Ваше Величество. Информация… крайне деликатная.»

Иван, всегда готовый к неожиданностям, мгновенно все понял.

«Все вон отсюда!» — скомандовал он, жестом приглашая следовать за собой. Они спустились в лабиринт казематов под Кремлем. Иван, словно тень, вел их по тайному маршруту, завещанному ему отцом. Свернув в неприметный отнорок, они оказались перед древней дверью. Император поднес к ней какой-то прибор, и дверь бесшумно отворилась, являя взору помещение средних размеров. Тяжелый дубовый стол и стулья, явно не соответствовавшие современности и занимали центр комнаты. Иван кивнул, предлагая занять места. «Здесь безопасно, — заверил он. — Говори, Влад.»

Влад открыл ноутбук и принялся рассказывать, подкрепляя слова пейзажами неведомой планеты. Он поведал об открытии, о перемещении в подпространстве, об эффекте Эйнштейна. Но он был ученым, а не государственным мужем, и тяжкое бремя организации процессов лежало вне его компетенции. Иван и Александр, нахмурившись, погрузились в раздумья. Казалось, их нейросети скрипят от напряжения. Лишь сейчас они осознали всю ценность этого дара, когда мозг работал на пределе возможностей.

Иван резко встал. «Александр, вызывай своих — будем решать коллегиально. Нам понадобится свежий взгляд их учеников, без них мы рискуем совершить ошибку. Влад, с тебя клятва крови — ни единый байт информации не должен просочиться наружу. Для всех вы летали в пояс астероидов на разведку. Александр, еще с тебя — Кирсанов. Приведи его к клятве, а затем поручи ему всестороннее исследование материала, что привез Влад. Это его стихия. ИСБ пока не уведомляем. Это будет в рабочем порядке, чтобы не привлекать внимания. Предлагаю тихо создать новое управление, в рабочем режиме, дабы бюрократы ничего не почуяли. Тебе поступит письмо из моей канцелярии, отпиши его по регламенту. Поиск руководителя — на тебе. Потом подключим ИСБ с официальной проверкой на лояльность. Думаем, где их разместить, чтобы уши не торчали. Легально — где-то на наших площадях, секретно — будем решать с Юсуповыми. А я поговорю кое с кем еще. Тут нужна тотальная секретность, иначе — крышка. Все в нас вцепятся мертвой хваткой. Общий сбор — на рождественском балу, во время вручения премий перед Новым годом. У нас есть месяц на подготовку. Все по коням, господа!» — заключил Иван.

Влад мгновенно оценил замысел императора. Он знал, как кропотливо агенты собирают информацию. Любое отступление от регламента всегда вызывает подозрения, рутина же притупляет бдительность. При создании нового управления средства на его содержание не учитываются в бюджете, и первый год оно финансируется из внебюджетных источников, что отражается в Указе. Только на следующий год все становится прозрачным. Таким образом, год можно скрывать штат управления, а потом либо раскидать его функции, либо спрятать под зонтиком ИСБ или ГРУ, чей бюджет всегда засекречен. Ведь никто не знает, сколько спящих агентов окопалось в аппарате Правительства или Думы. Любой нестандарт немедленно привлечет внимание опытного аппаратчика. Иван прекрасно это понимал и досконально изучал регламент прохождения документов. Но без господдержки эта схема не работает. Управление так или иначе контактирует с другими службами, его сотрудники известны и включены в реестры согласований с цифровыми подписями, которые они получают в общем порядке. Зато они обладают правом на первоочередное получение любой информации от госслужб по своим запросам — порядок бьет класс. У каждого запроса есть срок исполнения, контролируемый государственным сервером, и чиновники редко нарушают регламент из страха потерять место. Три нарушения срока исполнения грозят увольнением. Аппарат — мощное оружие в умелых руках. А в цифровом документообороте нельзя замылить запрос или документ, алгоритмы сервера не позволят, и сигнал поступит в службу контроля за исполнением. Влад мысленно отдал должное Императору — тот прекрасно разбирался в механизмах управления государством. Именно так, тихой сапой, было создано небольшое управление по климату, собиравшее информацию об изменениях климата, поскольку в СМИ постоянно муссировалась тема потепления, и игнорировать этот факт аппарат Правительства и император не имели права. Это была стандартная процедура. Его назвали управлением «К» и пока финансировали из внебюджетных средств согласно Указу императора, с последующим включением в бюджет.

«Кстати, биологическую опасность проверяли?»

«Да, Ваше Величество, все по протоколу, это же азы, — ответил Влад. — Неизвестных вирусов не обнаружено. Но мы еще не начинали тотальную проверку, пока все лежит под спудом. Там работы на годы.»

«Добро, — сказал Иван. — Ты, Влад, чертов гений. Жили не тужили, и тут ты, как гром среди ясного неба.»

«Мне уже Саня об этом сообщил, так что маемо, що маемо, — простите за мой хохляцкий, Ваше Величество.»

Срочное собрание было решено провести в тихой гавани, в опалихинском доме Влада — месте не засвеченном, укромном. Александр прибыл инкогнито, словно тень, а за ним и сам Иван, и, собственной персоной, Евгений Георгиевич Кирсанов. Влад вновь продемонстрировал видеоматериалы. Кирсанов, связанный клятвой, казался немного отстраненным, но держался молодцом, храня хрупкий осколок спокойствия.