Я думал снова заняться чёртовым ящиком: ведь всё это время мог бы применять артефакт, а потом дальше практиковаться в сложнейших формах магии. Но, пожалуй, могу потратить немного времени.

Из хроно-комнаты показалась Мэль, не скрывающая мощную ауру.

— Ещё один прекрасный день. Алексей, получилось всё настроить?

— Да и справился быстрее ожидаемого. Скоро выкурим синемордых. Пожалуйста, перепроверь всё и поищи в ближайшем пространстве приличную цель. Юра, кстати, люди ещё пропадали?

— Был случай с индийской командой, — кивнул мой помощник и замялся. — Мы можем сделать всё быстрее? Если это скрывающиеся на Земле делают…

— Или ещё одна команда псов, — фыркнула Мэль. — Которой поставили цель собрать побольше эфира и дали лучшие скрывающие артефакты.

— Мы попытаемся ускориться, но пока не решено несколько проблем. Может быть всё же поговорить с Викаром о наших планах?

Демоница без сомнений качнула головой.

— Только после отправки, когда точно не перехватят в пустоте. Поймать тебя и вытащить с территории Орды сразу окупит все затраты.

Непонятно, кто похищает людей — есть ли вторая группа. Боги знают все ограничения системы и умеют от неё скрываться. Хотя внешне настала стабильность, на самом деле в любой момент двое синемордых могут устроить локальный апокалипсис, на пороге стоит теург, которого мы не одолеем всей толпой и через космос крадутся те, кто поможет ему нанести удар.

Земля находилась в точке столкновения великих конфликтующих сил. Причём менее враждебные к нам, просто тоже расчётливые, предпочитали не покидать своей территории и изначально собирались сдать очередной неудачливый мир.

Тем не менее, боги выступят, если увидят возможность без чрезмерного риска нанести врагу большой урон. И это служило сдерживающим фактором для Непокорных.

Всё ещё пребывая в раздумьях, я открыл портал, одновременно посылая хорошо знакомому магу хаоса просьбу прибыть.

Я сел на кресло в просторной светлой переговорной. Всё вокруг было исключительно красивым и качественным, на стильной обстановке не экономили. Как-никак здание европейского парламента.

— Грабский, что ты задумал? — спросил Мёбиус, не здороваясь.

Широколицый крепкий мужчина с частично седыми волосами, сложил вместе пальцы, старательно сдерживая недовольство.

— Добрый день, командующий Мёбиус, Архонт Алексей. Надеюсь, такое обращение уместно? Если честно, я ожидал встречи наедине.

Я вскинул брови и наклонил голову.

— Мы не знакомы. А основным моим посредником в контактах с Европой остаётся Эмиль. Было бы странно внезапно соглашаться на встречу без его присутствия. Нет, не считай меня невеждой: отчасти я император самой могущественной магической цивилизации иного мира. Я не стал Атласом, но многое помню из его жизни. К тому же сто лет я далеко не только бил монстров. Желание просящего встречи я понимал, однако не видел причин не звать помощника. Так чего же ты хотел?

Заранее я не знал, с кем конкретно встречаюсь, зато сейчас информация передавалась мне в мысленной форме. Грабский был самым сильным европейцем, не состоявшим в команде Мёбиуса. Всё же у Гвардии Цитадели появились преференции, благодаря которым уровни росли быстрее. Некоторым я лично помог оптимизировать дар, устранив последствия ускоренного развития методами системы, уменьшающими потенциал.

Передо мной кинетик сто пятнадцатого уровня. Сейчас подобный впечатляет уже не так сильно. Тем не менее европейцам всегда немного не хватало территорий. Однако ему давали долговременные увеличения получения опыта ещё эмиссары богов. И, скорее всего, брали с собой на миссии зачистки, пусть там львиная доля добычи доставалась посланникам. Помогавшие им усиливались быстрее большинства прочих.

Грабский несколько секунд смотрел на меня, а затем немного наклонился вперёд.

— Я не так уж против аудитории. Мог бы говорить хоть на весь мир. Насколько свободны люди?

— Свобода одного ограничена свободой других и потребностями коллектива.

Мужчина нахмурился, я ощущал его беспокойство.

— Но насколько мы вольны выбирать наш путь?

— Прекращай, — влез Мёбиус, не скрывая недовольства собеседником. — Алексей круглыми сутками делает всё, чтобы вытащить Землю из полной задницы, а ты развёл философский диспут.

Я хмыкнул и кивнул, жестом предлагая продолжить. В памяти всплыла интересная фраза, подходящая для болтливых, желающих начинать издалека.

— У тебя десять слов для изложения своего желания. Если я его не услышу, то уйду.

— В каком смысле? — переспросил Грабский и я вскинул бровь.

Повисла короткая пауза, мужчина явно не привык, чтобы с ним так говорили. Я хоть и выглядел уже старше возраста, в каком застал начало вторжения, но всё же где-то двадцать пять — двадцать семь лет не давали мне солидного вида. И, если честно, мне было плевать. Это проблемы окружающих, пока не привыкших к новым реалиям. Должно смениться поколение, с рождения привыкшее видеть сверх-сильных людей, по словам Мэль зачастую выглядящих молодо.

— Мы хотим покинуть Землю и отправиться к богам.

Я задумчиво кивнул. Примерно об этом и подумал, когда он завёл речь о свободах.

— Вот так бы сразу. Нет.

— Земля обречена, и ты это знаешь. Эмиссары, сражавшиеся за нас, умиравшие за нас и казнённые тобой намекали на экстремально низкие шансы победить. Твари из Орды говорят, что миры не выстоят. Куда более могущественные цивилизации проиграли.

Мёбиус стал злиться и сжал кулак, вокруг него начинала мерцать фиолетовая аура. Я же оставался спокоен.

— У них не было Архонта и древнейшей крепости.

— Той самой, в которую могут войти только избранные тобой? — осмелел Грабский. — Какого ты уровня сейчас? Сколько называемых теургами у Орды? Нас уничтожат — отберут всё, что мы получили убивая монстров. Мы должны отступить к тем, кто способен с ними бороться.

— Бросишь родных и друзей? — продолжил я.

— Вы ведь можете перенести их. Затраты порталов зависят от энергетического потенциала! Какой он у людей без магии?

Мы догадывались об этом: кое-кто вроде Нолана предупреждал. Есть те, кто жалеет о невозможности сбежать в миры богов, щедро подаривших им магию и возможность прославиться. Грабский, без сомнения, оказался бы числе избранников, достойных переноса.

— Ты как плохой экономист, который при расчёте затрат на создание продукта учёл только фабричное производство. Во-первых, само по себе создание моста требует энергии. Во-вторых, обычному человеку нужна дополнительная защита, чтобы в долговременном переносе не погибнуть из-за магического фона. В-третьих, энергетический потенциал — это не только магия. Материя, из которой сделано тело, если разбирать его на базовые составляющие тоже является энергией. Чтобы ты увёз, например, сына, придётся отказывать в эвакуации какому-нибудь слабому одарённому. Или я должен оставить его умирать потому что есть кто-то с сильным отцом?

— У нас ведь много энергии, — настаивал Грабский. Скорее всего ещё хотел бы сказать, что так работает власть и право сильных, но здраво рассудил и понял как я смотрю на ситуацию. Это неприемлемый обмен.

— Не настолько много, когда речь идёт о миллиардах. И если платить ей, придя в другой мир ты окажешься не нужен. Думаешь, у богов есть недостаток в населении простых смертных?

Грабский шумно выдохнул.

— Тогда почему ты не отпустишь нас? Мы не хотим умирать в бессмысленной войне.

— Трус, — почти сплюнул Мёбиус. — Ты всерьёз хочешь дезертировать, хотя сейчас мы дали серьёзный отпор Орде? Откинули монстров!

Я встал из-за стола, не видя смысла продолжать.

— Не отпущу потому что вы — часть армии Земли. Зачем мне тратить хоть каплю эфира и сил на трусов?

— Это наша энергия, мы её добыли в боях.

Я посмотрел на Грабского краем глаза и внезапно очень хорошо понял отношение богов: ничего «вашего» на Земле нет. Всё это принадлежит богам и люди пользуются этими благами по их милости. Звучит грубо, тем не менее…