Говорить я не мог, так что просто пожал плечами, за что получил удар коленом в грудь. Терпимо, но дыхание прервалось. Самое обидное, что не делал я абсолютно ничего.

— Нас засекли, — рявкнул мужик и не размыкая хватки потащил меня за собой куда-то во дворы. — Лучше скинем говнюка, чем попадёмся сами. Адель, жги дом!

Через миг рядом с нами что-то вспыхнуло, разрастаясь до яростного пламени. Моё тело без церемоний швырнули в проём.

Жар ударил в лицо, дым тут же врезался в горло. Я попытался вдохнуть — и будто проглотил угли. Лёгкие взорвались болью, глаза заслезились, мир вокруг стал красно-чёрным.

Вокруг всё трещало. Я кое-как пополз к выходу, но ноги не слушались, руки скользили по раскалённым доскам.

Где-то наверху оглушительно хрустнуло, и на спину обрушился обугленный брус. Воздух выбило из лёгких, меня пригвоздило к полу.

Запах горелых волос и плоти смешался с дымом, забил рот и нос, мысли путались, а в глазах окончательно потемнело. Последнее, что я услышал сквозь гул в ушах, были крики снаружи — резкие, встревоженные. Может, ещё не всё потеряно.

Я очнулся на холоде и тут же стиснул зубы от жуткой боли. Тело невероятно ныло, а я, несмотря на то, что кандалы уже сняли, не мог даже пошевелиться. Вокруг дико холодно, негромко переговариваются люди. Я всё ещё на улице, но хотя бы не в горящем доме.

С трудом открыл глаза и увидел незнакомого человека, приложившего обе ладони к моему бедру. Инстинктивно дёрнулся, но нашивка ГУЗНА на руке дала понять — свои. Повернул голову на бок и увидел знакомый силуэт. Романова, всё ещё облачённая в боевую броню, стояла неподалёку. Будто почувствовав мой взгляд, она тут же обернулась и застыла. В глазах девушки промелькнуло облегчение.

— Оч… — я попытался ей что-то сказать, но горло будто сдавило тисками.

Романова улыбнулась и аккуратно присела рядом со мной, поджав ноги под себя. Она молча влила мне в рот зелье, после чего убрала серебряный резной бутылёк обратно в свой бездонный карман.

— Очень рад вас видеть, княжна, — тихо прохрипел я с довольной улыбкой. — Спасибо за зелье.

— Ты вон доктора поблагодари или Зорина, что на руках тебя из горящей избы вынес. — Внешне Романова была холодна, но мимолётные моменты заботы выдавали её с потрохами.

— А Паша где? — я попытался привстать и оглядеться, но тело по-прежнему не слушалось.

— Не шевелитесь, господин Бронин, — приказным тоном остановил меня лекарь. — У вас сильные ожоги по всему телу. Минут пятнадцать ещё полежите, я вас подлатаю. Но только внешне. У вас есть штатный медик?

— Ага, — ответил я.

— Тогда он справится с дальнейшим уходом, я напишу ему записку, — доктор на мгновенье прикрыл глаза, кивнул что-то для себя и продолжил. — И ещё. Денёк побудьте в постели. Дайте тканям прийти в себя. Вставать можно, но ненадолго. Никаких физических и уж тем более магических нагрузок. Всё ясно?

Я кивнул.

— Тогда не смею вас больше отвлекать.

— Что с Пашей? — я снова повернулся к Романовой.

— Пока не знаю, — пожала она плечами. — Вынес тебя из огня, оставил мне и убежал похитителей догонять. Я своих гвардейцев с ним отправила, но быстрый он у тебя… В общем, потеряли мы и его, и врага.

— Найдётся, — прохрипел я, пытаясь унять внутреннюю тревогу за друга. — Не пропадёт.

— И я так считаю, — мягко ответила девушка, поднимаясь на ноги. — Нужно продолжать поиски, мои способности пригодятся. Поправляйтесь, барон.

— Апельсинов пришлёте? — я попытался улыбнуться, но сквозь боль, вероятно, получилось так себе.

— Возможно, — Ангелина вернула мне улыбку и торопливо зашагала к выходу со двора.

— Витя, — знакомый голос послышался откуда-то сбоку, а вскоре показался и его обладатель, Ребров-младший. Он подошёл ко мне и нагнулся прямо над моей головой. — Живой-таки, Ян Борисович?

— Бывало и поживее, — скривился я.

— Ничего, сейчас Витя тебя подлатает, будешь как новенький, — Дима хотел было похлопать меня по обгоревшему плечу, но вовремя остановился. — Ну и видок у тебя, конечно, дружище. Я бы после такого налысо побрился.

— Ну спасибо, — закашлялся я. — Удивил.

— Не беспокойтесь, господин барон, — ровным голосом утешил меня лекарь, — волосы отрастут. Но да… остатки придётся сбрить.

— Как ты, лысый? — дверь в мою комнату открылась нараспашку, в комнату с подносом в руках вошёл Зорин.

— И тебе доброе утро, Павел Сергеевич! — Я искренне улыбнулся. — Мне казалось, ты тоже побреешься, чтобы меня поддержать.

— Ещё чего, — Пашка гордо провёл рукой по своей блондинистой шевелюре. — Такую красоту ради какого-то барона портить!

— И то верно, — рассмеялся я. — Что принёс?

— Полную тарелку свежайшей ухи и немного гренок, чтобы разбавить твоё скудное существование. Скучаешь небось по своим «правильным» завтракам?

— Да если честно, не очень. Ставь давай.

— Сию минуту, ваше благородие!

На дворе было второе января, позднее утро. Если начать по порядку, домой я попал только к рассвету, первого числа. Привезли меня в местном аналоге скорой помощи. Романова выделила четырёх угрюмых гвардейцев, что должны были охранять моё существование денно и нощно. Конечно, это было связано с похищением. Оказалось, что я один стал целью культа или по крайней мере единственным, до кого они успели добраться.

В связи с этими событиями возле моего особняка собрались все службы, которые только могли быть — военные, полиция, ГУЗНО. Разместить их пришлось во дворе, спасибо что не в доме. Как же я устал объяснять, почему на территории моего особняка стоит иномирная боевая машина, вы даже не представляете.

Зорин вернулся к обеду и сразу же доложился. В какой-то момент пятёрка разделилась, и самый юный из них наследил так, что его могли бы вычислить чуть ли не по запаху. Оказалось, это был рекрут, практически стажёр.

Короче, с ним нам одновременно повезло и нет — с учётом своей незрелости юнец раскололся очень быстро и всячески пытался оказывать содействие дознавателям, вот только не знал практически ничего. В определённый момент наши даже пришли к выводу, что его специально «пометили» и отпустили отдельно, чтобы запутать следы.

Культ «Тёмного Пришествия», как они себя называли, оказался весьма новой организацией, и, как и все подобные ей, вёл человечество к миру и процветанию весьма радикальными методами. Верховная жрица утверждала, что знает, как исправить этот мир. Даже не спасти, удивительно… Исправить!

Короче, миссию культа юнец понимал плохо. В общих чертах — подготовить мир к прибытию Первородного. Каким образом ублюдки призывали иномирных существ в наш мир, он не понимал, в ритуалах участия не принимал и вообще в культе был меньше месяца. Тем не менее даже эти крохи информации для Империи были чрезвычайно важны. «Язык» был погружен в служебный дирижабль и покинул Печору в сопровождении Ангелины Романовой.

А я всё это время лежал в кровати, боясь пошевелиться. Только сегодня мне стало значительно лучше — Егор и добрая половина литра зелий сделали своё дело. Даже вставать уже не было такой пыткой. Блок с источника наконец-то пропал, и я смог подключить и собственную магическую регенерацию. В общем, восстановление шло неплохо.

Дождавшись, пока я поем, Зорин забрал у меня поднос и передал мне конверт без подписей.

— Лично в руки, Зорин! — скопировал он чью-то интонацию. Хотя не мудрено, чью именно. — Что у тебя с ней?

— Не понимаю, о ком ты, — пожал я плечами. — У тебя всё?

— Ладно, — по-отечески улыбнулся Паша, — храни свои секреты.

Райден выбрался из кучки вещей и попрыгал в мою сторону. Прервав свой путь на середине, он жадно наелся сушёного мяса, заботливо оставленного Зориным на прикроватной тумбочке. Честно говоря, я был рад, что фамильяру удалось пропустить новогоднее шоу. Он только начал восстанавливать свой боевой дух, и новое испытание могло всё испортить.