— Лучшей благодарностью будет верная служба, дружище.

— Не подведём, командир.

— Я говорил абсолютно серьёзно: мама, брат, сват, имперский дознаватель… особенно он — НИКТО не должен узнать об этих артефактах. Пока что. Как только вернём роду былое величие, мы их ещё и продавать начнём. Но сейчас… Элементарно не сможем защитить.

— Я персонально доведу до каждого из наших людей твои слова, босс, — Егор крепко пожал мою руку. — Ещё раз спасибо. О таком мы и мечтать не могли.

— Ян Борисович! — не сходя с лестницы на другом конце полигона, мне рукой махала Настя.

— Проведи беседу, будь так добр. А! И да! Сегодня в ночь помогите Дане перевезти содержимое её мастерской сюда, если надо, арендуйте грузовик. Всё, труба зовёт!

Дёрнув за собой Зорина, я поспешил к Насте. Выглядела она довольно взволнованной. Впрочем, не настолько, чтобы бежать ко мне через весь полигон, что давало мне надежду на то, что особняк ещё не в огне.

— Ян Борисович! — повторила горничная, когда мы подошли поближе. — Там этот… Дядька в форме, с усами! Суровый такой! Вас просит!

Мы с Зориным переглянулись. Ночной визит Горина вряд ли сулил что-то хорошее. А в том, что наверху меня ожидает он, у меня сомнений не было.

— Янчик! Рад видеть! — по-свойски расправив руки, Николай Александрович встретил меня крепкими, буквально медвежьими объятиями. Я отчётливо ощутил запах алкоголя, хотя мужчина был в форме.

— И я вас, — проскрипел я, пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха. Силёнок мужику было не занимать, хоть и возраст под полтос…

— Звиняй, что без приглашения, в столь поздний час, так ещё и под шафэ… — майор скривился, будто только что подумал, что ему вообще не стоило приходить, — но дело срочное. С завтрашнего дня мы выставляем патрули. Так как обычные есть, этот вид решили назвать роковыми. Против прорывов-с… Пока что сугубо добровольные. Но из пятнадцати действующих согласились только пятеро, ты последний.

Майор остановился на секунду, достал из нагрудного кармана флягу и пошатал её в руке. С грустью открыл и перевернул, поднеся ко рту, но оттуда не упало и капли.

— Паша, будь добр, налей гостю…

— Всё, кроме керосина, — подсказал Горин. — Спасибо, Ян!

— Присядете?

— Не откажусь.

— Пройдёмте в гостиную, чего на веранде мёрзнуть?

Спустя минут пять мы уже сидели в тепле, а едва откупоренная бутылка виски успела похудеть на три рюмки. С такими новостями и я выпить не отказался.

— Короче, — продолжил майор, — прорывы теперь регулярные. Аналитики столичные работают, классифицировать пытаются… Но нам достался один из крупнейших. Остальные поменьше. От пяти до сотни в основном, альфы — редко. С двойными вам тоже «повезло»… Если согласишься, в патруль придётся выходить на сутки, отдых — двое суток, но на вторые вы в резерве, на случай если другие не справятся… В общем, не бухать на вторые сутки… Янчик, давай накатим, в горле сушит!

— Будем, Николай Александрович!

— Будем, — подключился Паша.

— Будем, — подытожил служивый.

Вытерев рот рукавом кителя, им же и занюхав, Горин продолжил:

— И такая канитель до нового года. В столице формируют патрули быстрого реагирования, но… Сам понимаешь, Печора в такой… жопе находится, что до нас очередь одна из самых дальних. Из хорошего: тройные выплаты по трофеям, плюс по сотне тысяч за каждый выход. Само собой, на отряд… И медалей с грамотами по окончании, мать их за ногу!

Последнее майор сказал с неким отчаянием. Впрочем, здесь я его понял с ходу — тем, кто шкурой в окопах рисковал, боевых товарищей на поле боя погибших бросал… Им медали без надобности. Мне бы семью увидеть, да забыть тот ужас войны.

— Мы участвуем, Николай Александрович, — ответил я, не колеблясь. Решение было принято ещё в первую часть диалога, а тут и награды, и возможность побольше прокачаться — кровь из носу нужен третий ранг, без него поступить в академию будет сложнее. Вообще, с магией бездны меня там примут в любом случае, просто не хотелось бы потом выслушивать весь год о том, что Бронину повезло. Буду идти на равных, а то и лучше…

— За это и выпьем! — майор протянул мне налитую рюмку. — Давайте, парни. До дна, и я пошёл! Пересменка завтра, в семь вечера, напротив отделения. Патрулировать можно на машине, ваш «Бизон» подойдёт.

Выпив по последней, мы распрощались с майором и вернулись в гостиную. Паша закурил.

— И мне дай одну, — я протянул ему руку в ожидании.

— Да держи, отчего нет, — пожал плечами Зорин, передавая мне сигарету. — Не помню, чтобы ты курить начинал.

— А я и не собираюсь… Так, баловство.

— Ну-ну, — Зорин сделал трюк с огнём из пальца, подпалив мне сигарету. — План имеешь или помочь?

— Разберёмся, друже, — сказал я, делая глубокую затяжку. Бумага с табаком тихо затрещали, сгорая. По телу прошла лёгкая расслабляющая волна. — Скажи ребятам, что завтра выходим в патруль. Все, без исключения. Пусть едут за вещами Даны и сразу спать. В четыре вечера сбор, обсудим действия, к пяти подъедем в ГУЗНО, возьмём карты, путевые листы, что там ещё…

— Так ты быстро повзрослел, — Зорин покачал головой. — Никогда бы не подумал, что из такого разгильдяя получится хороший командир. Но в последние месяцы ты меня прям радуешь. Может, и не выдумка эта твоя «прошлая» жизнь.

— А я и сам не знаю, Паша, — я грустно усмехнулся, — выдумка это или нет… Но по ощущениям, я уже давно не юнец.

— Ты молодец, Ян, — Зорин поднялся с кресла и подошёл ко мне. — Я серьёзно. Столько испытаний, а ты вон какой… стойкий. Всё будет.

— Знаю, спасибо, — я допил ещё одну рюмку пойла и затушил сигарету. — Но курить мне не стоит, тут ты прав.

— А когда неправ-то? — хохотнул собеседник. — Ладно, давай-ка ты отдыхай, а мы тут сами разберёмся.

— Лады, — ответил я, понимая, что минут через десять меня окончательно срубит. И впрямь, сильно вымотали меня эти артефакты чёртовы…

Проснулся позже обычного, благо времени было валом. Райден обиженно сидел в своей куче тряпья. Утром он пытался меня будить, даже клевался, но я не поддался. Надо было выспаться. Зато сейчас фамильяр злобно зыркал на меня, отказываясь принимать утреннее угощение.

— Ну давай мне тут без истерик, — я погладил ворона пальцем по холке. — Сегодня возьму тебя на дежурство. Будешь летать, разведывать… На днях заскочим к Разбудину, новые семена заберём… Здорово же?

Райден посмотрел на меня с недоверием, но протянутое семечко клюнул. Затем ещё и ещё. Порядок. Не хватало ещё обиженного разведчика на задании… Совсем я его забросил, конечно. Надо заняться развитием, а я, блин… Времени нет, что поделаешь. Глядишь, Разбудин подскажет чего…

Умылся, оделся и… лёг обратно на кровать. Осознание, что сегодня придётся спать в машине или в палатке, заставило меня проваляться еще десять минут. Ну а что. Могу себе позволить!

Впрочем, несмотря на то что дел было немного, до выезда оставалось каких-то пять часов, так что пришлось вставать. Спустился, наскоро съел свой, как выразился Паша, «спартанский» завтрак из той же каши, яиц и помидоров. Сегодня нам с Василием было достаточно друг другу кивнуть. Глядишь, скоро телепатией начнём с ним общаться. Странный мужик, но веселит меня чем-то… Не знаю, харизмой?

Спустился вниз, на полигон, временно объединённый с мастерской. В зоне, отведённой для работы, юлой крутилась Дана. В противоположной части помещения уже вовсю тренировались бойцы. Только Егора не было — он пока на посту. Ночной дозор мы упразднили на время Рокового Патруля, но днём решили всё же выставлять кого-нибудь. По крайней мере, пока отряд дома.

Впрочем, меня начинала утомлять эта традиция. Может, разработаю сигнализацию получше или какой-нибудь ЧОП для этих целей найму… Не знаю.

В кои-то веки я присоединился к тренировке. Совсем забросил это дело. Прогнал каналы в медитации, поспаринговался с Колей в рукопашном бою, с Зориным провёл бой на деревянных мечах, немного физических упражнений… В общем, два часа пролетели незаметно.