Чарли присел, озираясь по сторонам, не понимая, что происходит. Возле двери медленно покачивалась на цепи клетка с кейрассом. Вытянув руку, он отцепил ее и поставил на ступени. Внутри сидел съежившийся кот, казавшийся совсем маленьким. Марлоу вцепился в рукав Чарли, будто боясь, что его бросят.

— Нужно бежать, — сказал Чарли. — Там есть выход. Пойдем, пока другры заняты…

Но тут из дверей Карндейла, словно вспышка белого огня, вылетел старик и врезался в женщину-другра, отбросив ее на землю. Старик в ночной рубашке, заляпанной кровью, с окровавленной всклокоченной длинной бородой и такими же волосами, но казавшийся мощным и внушающим страх. Он поднял руки. Те заканчивались нелепыми обрубками, которые вдруг стали утолщаться, превращаться в кисти с постепенно вытягивающимися пальцами, в два сильных белых кулака. Чарли понял, что перед ним хаэлан. Старик же мгновенно притянул к себе хлыст из черной пыли и внезапно исчез из виду. Не охваченной ужасом частью своего разума Чарли понял, что это был Первый Талант — тот самый, которого все боялись. Обладатель всех пяти даров.

Вдруг старик появился вновь и рванул к сражавшейся женщине-другру, впился когтями в ее плоть, опутывая ее веревками из пыли.

— Чарли? — дернул его за рукав Марлоу. — Чарли? Мы же не можем здесь оставаться. Бринт заберет нас…

Послышался звук, похожий на шипение воды в трубе. Рядом с ними, мерцая, совсем близко стоял дух. Дух умершей женщины огромного роста.

— Марлоу, — прошептала она. — Сюда. Идем.

— Это Бринт, Чарли, — сказал Марлоу. — Она все время была здесь. Ты помнишь Бринт?

Но Чарли смутно помнил дух, который вел их через город мертвых, когда настоящий Карндейл еще стоял на своем месте, а их преследовал Джейкоб Марбер.

— Нам нужно добраться до орсина. На острове, — сказал он.

— Сюда. Идем, — повторил дух.

Бринт повела их по дальнему краю поместья, через гниющую траву. Дойдя до поворота, Чарли оглянулся и увидел, как старик в окровавленной ночной рубашке впечатывает оба кулака в женщину-другра, которая спасла Мара, — прямо ей в грудь, — а потом взваливает ее на плечи. И как она, беспомощная, бьется в его хватке.

А после Чарли побежал, держа руку Мара в своей. Так они преодолели всю дорогу от Карндейла, соскальзывая с гниющих склонов, падая, поднимаясь и продолжая торопливо бежать дальше. При этом Чарли упорно держал в другой руке клетку с кейрассом, которая больно стучала о его ногу, но не переставал следовать за духом Бринт.

Затем туман на мгновение рассеялся. Перед ними показалась коса суши, пропитанная черной озерной водой, и остров за ней. Бринт уже плыла над перешейком. Чарли с Марлоу побежали по хлюпающей жиже в клубящемся холодном тумане. Замедлив ход, Марлоу разжал руку, остановился и потряс головой. Лицо у него заметно посерело.

— Раньше здесь не было острова. Я сам видел. Не было…

— Мар, нам нужно идти дальше, — настойчиво сказал Чарли.

Но маленький мальчик продолжал смотреть на него широко распахнутыми глазами. Вокруг них тихо плескались воды озера.

— Ты настоящий? Настоящий Чарли?

Чарли сглотнул вставший в горле комок, пытаясь перевести дыхание.

— Потому что Бринт — это не совсем, на самом деле, Бринт, — продолжил Марлоу.

— Я — это я. Я — Чарли.

— Если это не так, то скажи правду. Пожалуйста, скажи. Потому что я не могу… — И он быстро заморгал, вытирая лицо порванным рукавом. — Скажи правду.

Чарли замялся. Позади них над крышей кошмарного Карндейла клубился туман. В другой стороне, совсем рядом, на острове, возвышался монастырь. Можно было просто схватить Марлоу за руку и потащить дальше. Но он не стал этого делать. Вместо этого он поставил клетку с кейрассом на землю, осторожно опустился на колени в грязь и посмотрел Мару прямо в лицо.

— Иногда бывает так, что ты точно ничего не знаешь, — мягко начал он. — И тогда нужно просто доверять своему сердцу. Ты сам научил меня этому давным-давно. В доме миссис Харрогейт на Никель-стрит-Уэст. Помнишь? Тебе придется решать самому, Мар. Если бы я мог сказать какое-то секретное слово или как-то иначе доказать, что это я, то, конечно же, я это сделал бы. Но не могу. У меня есть только вот это, — он протянул пустую руку ладонью вверх. — Ты либо берешь ее, либо нет. Но ты должен принять решение. Потому что у нас нет времени.

В тумане за ними что-то промелькнуло — что-то большое, темное, направляющееся к озеру. Кейрасс мяукнул, тихо, по-кошачьи.

Наконец мальчик положил свою маленькую руку, теплую и мягкую, на ладонь Чарли.

— Ну что ж, хорошо, — прошептал Чарли, крепко сжимая руку Марлоу. — А теперь пойдем, ладно?

Марлоу кивнул. Подхватив клетку, Чарли направился к монастырю, то и дело тревожно оглядываясь и словно ощущая, что их ждет дальше.

Туман впереди расступился, и из него выплыла высокая фигура. Чарли пронзил страх. Это было то самое существо с зубастой ухмылкой, худое, как скелет, и в капюшоне, которое он видел в лодке на озере. Оно двигалось неторопливо, но почему-то с каждым шагом становилось гораздо ближе. Чарли понял, что им от него не убежать.

— Мар, бери кейрасса, — прошептал он. — Беги к орсину. Я за тобой.

И повернулся, притягивая к себе всю пыль, какую только мог найти. Заставляя себя усилием воли оставаться на месте.

Но рядом с ними вдруг проявился мерцающий призрак Бринт.

— Иди с Марлоу. Я задержу карикка. Идите, — произнес призрак.

— Но… он же убьет тебя, Бринт, — сказал Марлоу. — Ты сама так говорила.

— Я уже мертва, — ответила Бринт. — А так это будет милосердие. Идите. Не оглядывайтесь. Обещайте.

Чарли кивнул и поднял клетку.

— Обещаю, — хрипло сказал Марлоу.

И они побежали по скользким камням к темному входу в пещеру. Позади них послышался крик. Чарли остановился, обернулся и увидел, как карикк размахивает своими цепями, рассекая воздух, стараясь попасть по преграждающему ему путь серебристому сгустку. Но Марлоу, сдерживая свое обещание, не оглянулся, а лишь с силой дернул Чарли за руку, увлекая его в темную пещеру. Внутри не было ни единого духа мертвых. Каменные ступени поднимались во тьму.

Марлоу посмотрел вверх широко раскрытыми глазами.

— Чарли?

— Ты готов?

Марлоу серьезно кивнул, сжимая его ладонь.

— Только не отпускай меня, ладно?

— Хорошо. Я держу тебя, — сказал Чарли.

И еще крепче сжал маленькую ладошку. Другой рукой он высоко поднял клетку и решительно шагнул в нависшую над ними темную воду, которая не была на самом деле водой и за которой уже виднелись размытые, освещенные мерцающим факелом очертания его друзей — Рибс, Элис, костяной ведьмы Джеты. Он ускорил шаг, а Марлоу деловито последовал за ним.

Далеко внизу, в клубящемся тумане на берегу Лох-Фэй, в самом сердце мира мертвых, стоял Аластер Карндейл, Первый Талант, и смотрел, как посреди озера скрывается в тумане и исчезает остров. Он не злился и не был утомлен. Тело его затекло от долгого сна, но боль была даже приятной. В руках он держал перчатку с тихо позвякивающими сломанными пластинами. Она еще пригодится. Вокруг себя он ощущал тысячи мертвецов, позабытых, уныло парящих в воздухе, и ощущение это, похожее на уколы мелких булавок, тоже доставляло ему удовольствие. Ощущал он и карикков, голодных, лишенных выкачанных из них сил. Как ощущал и испуганный орсин.

Итак, Карндейл открылся. Его темница станет его крепостью. «Пусть приходят, — подумал он. — Пусть попробуют». Где-то в мире мертвецов создавался другой орсин — тот, который доставит его в мир живых, на его законное место.

Задумчиво глядя перед собой, Первый Талант с испачканной кровью седой бородой медленно вращал в руках артефакт. Сальные волосы лезли в глаза. За спиной его сгрудились верные другры, затаившиеся в тумане, ожидающие его приказа.

Но он пока не двигался.

— Марлоу, — пробормотал он.

Его шестая, самая великая сила. То, что было отнято у него, но должно было вернуться. А затем, словно цитируя строчку из какого-то священного текста, он прошептал: