— Да, ещё одна в копилку, — тяжело вздыхает Хоу Усянь. — Я сейчас помогаю той беременной девочке материально и организационно. Потому что если она носит моего внука — мне в жизни совесть не позволит вышвырнуть её из нашей жизни, как сделал мой непутёвый сын. Только бы теперь второй помогать не пришлось. Я сейчас говорю не про его будущую жену.

Налоговик тоскливо смотрит на ноутбук.

— Я понимаю.

— Уважаемый господин Ван, вы не откажетесь от союза наших семей и не отмените свадьбу?

— Нет, это личное дело наших детей, — отвечает он твёрдо. — Если для них всё остаётся в силе, то и для меня тоже.

Хоу Усянь заметно расслабляет плечи, выдыхает с облегчением.

— Спасибо вам огромное за понимание, — искренне благодарит он, снова кланяясь. — А знаете, что? Пойдёмте-ка выпьем вопреки всему. Нам обоим сейчас не помешает.

Интерлюдия.

Ресторан «Переулок счастья». Вечер.

Ван Мин Тao и Хоу Усянь входят в небольшое заведение, спрятанное на тихой боковой улице вдали от шумных проспектов центра.

Внутри царит приглушённый тёплый свет от бумажных фонариков, развешанных под потолком. Стены отделаны тёмными деревянными панелями, отполированными до матового благородного блеска десятилетиями постоянной эксплуатации. В воздухе витает соблазнительная смесь запахов.

Хоу Усянь останавливается у самого входа, окидывая знакомый зал довольным взглядом завсегдатая и знатока:

— Люблю это место ещё со времён своей молодости, когда мир казался проще, — признаётся он с лёгкой ностальгической улыбкой. — Настоящий семейный ресторан в третьем поколении. Двадцать пять лет назад, когда я только-только начинал свою карьеру в налоговой службе, здесь работали обычные наёмные официанты со стороны. А теперь на их местах трудятся собственные выросшие дети хозяев. Время летит незаметно.

За длинной деревянной стойкой гостей встречает хозяин заведения — крепкий, ещё полный сил мужчина лет шестидесяти с добродушным морщинистым лицом и проницательными чёрными глазами. Он мгновенно узнаёт входящего налоговика и радостно расплывается в широкой улыбке:

— Господин Хоу! — приветствует он звучно. — Давненько не заглядывали к нам! Ваше привычное место свободно, можете располагаться.

— Благодарю, Лао Ли, — налоговик протягивает руку и по-дружески пожимает ладонь хозяина через стойку. — Принеси-ка нам бутылку того превосходного байцзю, что я в прошлый раз пробовал. Помнишь ещё? Из провинции Гуйчжоу, пятилетней выдержки, с красной печатью. И что-нибудь из еды на своё усмотрение. У вас здесь всё вкусно.

— Сейчас всё будет в самом лучшем виде! — заверяет хозяин.

Старик широко машет рукой старшему сыну, выполняющему обязанности официанта в зале.

Ван Мин Тao идёт следом за налоговиком через полупустой зал. Оглядывается по сторонам, невольно оценивая обстановку взглядом бизнесмена.

Посетителей немного в будний вечер. Негромкая традиционная китайская музыка льётся из спрятанных динамиков — что-то мелодичное, приятное уху, совершенно не мешающее неспешным разговорам за едой. Атмосфера спокойная, расслабленная, камерная.

Хоу Усянь уверенно направляется к знакомому деревянному столу в дальнем углу зала. Занимает своё привычное место, усаживаясь с довольным вздохом, словно вернулся домой после долгого отсутствия.

Ван садится напротив него. Напряжённое тело благодарно расслабляется после выматывающего дня.

Заведение довольно простое, даже скромное по меркам пафосных элитных ресторанов современного Пекина — никакого вычурного претенциозного дизайна или показной дорогой роскоши. Но зато в нём чувствуется то редкое, что напрочь отсутствует в модных местах — настоящий уют и приятная домашняя атмосфера.

Хозяин Лао Ли лично появляется через пару минут с деревянным подносом в руках. Аккуратно ставит перед гостями керамическую бутылку отборного байцзю с красной восковой печатью на горлышке и два фарфоровых стаканчика. Следом за ним идёт его сын с разнообразными закусками: маринованные хрустящие овощи, жареный арахис в острых специях, тонко нарезанная говядина, свежие огурцы с ароматным чесноком, холодные закуски из речной рыбы.

— Горячие блюда принесу через десять минут, — информирует хозяин, кланяясь. — Приятного вечера вам, господа.

Хоу Усянь срывает с бутылки восковую печать уверенным движением и наливает крепкого прозрачного байцзю в оба стаканчика, не скупясь. Резкий запах алкоголя мгновенно бьёт в нос, заставляя слегка поморщиться.

— За что пьём? — спрашивает он.

— За то, чтобы успешно пережить бурную молодость наших проблемных детей, — отвечает Ван с философской усмешкой. — И благополучно дожить до рождения внуков в здравом уме после всех их выходок.

— Полностью поддерживаю! — кивает налоговик с пониманием.

Стаканы звонко соприкасаются.

Оба залпом выпивают всё содержимое до дна. Крепкий байцзю обжигает горло настоящим огнём, но приятным, согревающим изнутри. Ван морщится, тяжело выдыхает и быстро берёт палочками холодный маринованный огурец.

Хоу, не теряя времени, сразу же наливает по второй щедрой порции, недвусмысленно выражая твёрдое намерение пить сегодня серьёзно.

— Ну что ж, — налоговик откидывается на спинку деревянного стула, устраиваясь поудобнее. — Давайте теперь хоть о чём-то приятном поговорим. Как вообще идёт ваш мясной магазин в последнее время? Сын упоминал вскользь, что у вас всё развивается в разы лучше самых оптимистичных ожиданий.

Ван Мин Tao утвердительно кивает. Выпитый алкоголь постепенно начинает расслаблять его кованные стрессом мышцы.

— Да, всё очень неплохо складывается, — бизнесмен закидывает в рот горсть жареного арахиса и задумчиво разжёвывает его. — Поток постоянных клиентов стабильный, растёт каждую неделю. Графики прибыли идут только вверх. Времени на управление бизнесом уходит не так уж много, потому что я работаю в партнёрстве с вьетнамкой. Она взяла на себя львиную долю операционных обязанностей — закупки, персонал, контроль качества.

— Рад это слышать. Значит, рискованная затея в итоге оказалась успешной. Так оно в жизни и бывает.

— Более того, — Ван заметно оживляется, в глазах загорается азартный огонёк предпринимателя. — Я вовсю думаю об открытии второй торговой точки в другом районе Пекина. Спрос на качественное мясо просто огромный! Люди готовы платить ощутимо больше за твёрдую уверенность в покупке хорошего, безопасного продукта без химии.

— Абсолютная правда. Моя жена стала постоянным покупателем в вашем магазине, регулярно туда ездит. Причём всех своих подруг туда заманила, расхваливает на каждом углу. По вкусу мясо действительно неплохое.

— Никогда бы не подумал, что я, строитель с тридцатилетним стажем, вдруг перейду в мясной бизнес, — признаётся Ван. — Всю жизнь строил дома, торговые центры, офисные здания, промышленные объекты. Бетон, кирпич, арматура, сваи — это был мой привычный мир. А теперь вот сижу, разбираюсь в тонкостях говядины и оптимальных сроках мясного созревания.

Хоу Усянь поднимает стакан:

— Жизнь очень непредсказуемая штука, — соглашается он с улыбкой. — Никогда не знаешь точно, куда тебя в итоге занесёт судьба.

Под эти слова они выпивают очередную порцию. Крепкий алкоголь действует на обоих — накопленное за день напряжение спадает, скованность исчезает, разговор становится свободнее.

Официант приносит горячие блюда — ароматную жареную утку с хрустящей корочкой, тушёную свинину в остром соусе, рассыпчатый белый рис, овощи на пару.

За приятным разговором бутылка байцзю стремительно опустевает.

— А у вас как дела на работе? — бизнесмен берёт палочками кусок нежной утки. — Налоговая служба Пекина, наверное, сейчас загружена по самую макушку?

Хоу Усянь выразительно морщится, недовольно поджимая губы:

— Даже не спрашивайте про это, умоляю! — устало машет рукой. — Конец финансового года, как всегда полный кошмар. Годовые отчёты, внезапные проверки, планы на следующий период. Плюс постоянные указания сверху из министерства — то одно срочно ужесточить, то другое немедленно проверить. Работы по горло, не продохнуть. Не люблю я эту беготню в конце года.