— Что, пока нас не было, вы парочку настоящих шпионов сумели поймать? — Хмыкнула Доброслава, тщательно обнюхивающая тела погибших в прямом и переносном смысле слова.
— Троих вообще-то, — не без гордости откликнулась суккуба-полукровка. — И еще пару десятков нацелившихся на дома офицеров воришек, один из которых был настоящим профессионалом по части проникновения в хорошо охраняемые места и, если верить результатам допроса, заказными убийствами тоже не брезговал…Эй вы, ротозеи! Быстро доставить себя командиров всех постов, что стоят на улицах Цветочной, Белой и Мучной! Они должны были проверить и бочки, и тех кто их везет, если только сегодня не перепились на радостях!
— Если перепились, то это будет последняя выпивка в их жизни, — будто бы в никуда посулила Анжела, которой очень не понравилось, что на Стефана и его близких было совершенно почти успешное покушение. Ведь их собственный дом стоял вообще-то по соседству! — Не уверена, будет ли это публичное повешение или пожизненный обет трезвости…Но я этого так не оставлю!!!
Олег ничего не сказал своей рассвирепевшей супруге, в которой видимо взыграла кровь крутых на расправу боярских предков. Чародею после резкой вспышки физической и магической активности очень не хотелось хоть как-то взаимодействовать с миром, а ещё было грустно и плохо, ибо терзающее его уже которой день похмелье не просто вернулось, когда отступил адреналин, а сделало это с утроенной силой, подарив ему почти тот же букет ощущений, от которого волшебник страдал в первые дни после завершения Четвертой Мировой Войны. Голова болела, сердце стучала как-то не в такт, а аура пульсировала с ней в унисон и, такое чувство, должна была вот-вот покрыться прыщами, ибо как-то она подозрительно чесалась и ныла в одних и тех же местах… Мысленно чародей слегка завидовал Святославу, который по какой-то причине интересовал Хозяйку Медной Горы гораздо слабее, чем всего-то магистр, очень бы желавший никогда и ни при каких обстоятельствах не оказаться с этой женщиной наедине. Впрочем, его пророческий дар прямо говорил своему обладателю — возможные свидетели и прочая публика её тоже особо бы не смутила, если бы не была представлена десятками архимагов, сотнями иных волшебников высшей категории, несколькими правящими монархами и Папой Римским. И умеренно симпатичная внешность Олега сию наслаждающуюся вечной молодостью прекрасную даму, ещё пару тысяч лет назад славившуюся своим горячим гостеприимством, вместительной вечнопылающей печью и откровенно людоедскими гастрономическими пристрастиями, интересовала явно меньше, чем содержимое его разума, а может быть и сама душа…
Идея резко покинуть праздничное торжество, выпив химическое оружие, что идиоты-официанты выдавали за элитный сорт французского коньяка, предназначенный исключительно для высших магов и высоко оцененный самим деспотом Парижским, в тот момент показалась Олегу гениальной…Однако сейчас он чем дальше тем больше начинал видеть её в совсем ином свете, считая скорее дурацкой. Да, с ног сия бурда валила просто отменно, что могли бы подтвердить многие высокие лица, если бы их достали из салатов или вытащили из-под стола, но во вкусе чувствовались отчетливые нотки раздавленных клопов, а уж букет неприятных ощущений после попойки мог сохраняться неделями. Хотя, в присутствии стольких архимагов и правителей выставлять какую-то мерзкую алхимическую паленку, способную заставить страдать даже сверхчеловеческий организм сильных одаренных, никто бы не посмел…Вероятно лучший ритуалист планеты просто подобным образом издевался над остальными коллегами и прочими представителями высшего общества. Или просто был весьма своеобразным гурманом-мазохистом…
— Бронзовая конструкция на руках смертников — это жертвенная печать, трансформирующая жизненную энергию в магическую, дабы она усилила взрыв и огненных духов, что до поры до времени были скрыты внутри емкостей с зажигательной смесью. — Добавила её сестра, одетая как одна из рядовых сотрудников спецподразделения, но выдающая себе тем, что ткань напоминающего мешок с дырками для глаз головного убора натягивалась иногда в самых неожиданных местах, словно из её головы вырастали рога и тут же пропадали. Змеи, растущие из головы дальней родственницы Медузы Горгоны, очевидно являлись большими противниками подобной моды и всячески показывали свое желание вырваться на свободу и свежий воздух. — Явно поздняя османская школа, где многие приемы были заимствованы из демонического арсенала. Да и следы работы умелого менталиста ведут примерно в ту же сторону…Как считаете, смертники действовали автономно или же кто-то ими командовал издалека?
— Командовал! — Одновременно выпалил и Стефан, и его жена, что принадлежала к числу коренных аборигенов Америки.
— Действия того из них, кого я видел в деле, были вполне себе разумными и целенаправленными, но в то же время начинались с легким запозданием, — секунду спустя дал чуть более развернутый ответ Полозьев. — Думаю, менталистика все же не самая сильная сторона того, кого мы ищем, пусть и развита неплохо. Возможно, он даже действовал не совсем сам, а использовал возможности какого-то артефакта для промывки мозгов…Ну, просто хоть в моем роду по-настоящему великих магов не было давно, наши звери в бою обычно так не тормозят. Только если кудесник совсем начинающий или же если мешает его работе что-то.
— Видела пару раз одержимых сильным духом мертвого, которых не желающие выходить из своих укрытий на солнечный свет вампиры использовали как марионеток. — Добавила Река. — У них при полностью невредимом теле аура была чуть-чуть припорошена некросом и страдала от душевной боли, прямо как у этого безумца, которого целители обычными чарами наркоза все никак успокоить не могут…
— Ага! — Радостно воскликнула Камилла, переведя взгляд на единственного выжившего самоубийцу и убедившись, что упомянутый симптом действительно наблюдаются.Угнетенная малой, буквально микроскопической дозой силы смерти энергетика сама по себе не могла появиться у того, кто и магом-то не являлся. — Ситуация начинает проясняться…Мы ищем очень осторожного менталиста с некоторыми талантами в некромантии…Значит, церковники из часовни отпадают, среди них силу смерти никто не использует. Жаль…
— Дык, а вот у осман подобное, того-этого, сочетание встречалось, кажись, у каждого второго серьезного, стал быть, чародея… Ну, максимум каждого третьего.– Пощелкал пальцами Святослав. — Мы итъ много кого тама насмерть обидели, могли и мстители за убитых найтися…Али кто из выживших ответочку послал…Хотя мож и просто беженецъ, приют нашедший у англичан либо исчо где, подзаработать по заказу решился, все ж много беглецов во все стороны брызнуло, и тепярича у бывших высокордных рабовладельцев и темных магов ни кола сваво, ни двора…
— Да и закосить под работу осман, а может даже вампиров, для наших недоброжелателей довольно ловкий ход. — Призадумался Стефан. — Хоть некромантию официально не любят нигде, кроме Южной Америки, но пользуются-то ей все или почти все. В том числе и чтобы гадить другим, отводя от себя подозрения…
Прибывшие командиры постов один за другим принялись докладывать, и докладывали примерно одно и то же. Телегу с бочками видели, ухаживающих за зелеными насаждениями рабочих тоже. Никто из них ремнями к себе тару не привязывал, да и вообще выглядели эти индусы тогда вполне нормально…Вот когда Камилла попыталась установить точное время, когда те видели эту группу, оказалось что дистанцию между двумя отдельными группами защитников города, которую не напрягаясь можно было бы преодолеть минуты за три, они преодолевали как минимум четверть часа, если не дольше. Часы вообще-то были у каждого из командиров патрулей…Но привирали они весьма заметно, ибо ухаживали за довольно деликатными маго-механическими устройствами солдаты, лишь относительно недавно прошедшие курс молодого бойца, не самым лучшим образом. Или же это делали те, у кого эти хронометры изъяли в качестве трофея.
— Людей обработали где-то между постами на Белой и Пшеничной. Удобрение, скорее всего, подменили взрывчаткой там же… — Задумалась Анджела.
